Да эти вампиры совсем озверели! - Валентина Игоревна Колесникова

никто этого не заметил. Боже, как же спина болит… просто кошмар…

— Боул! Я уже сто раз тебе сказал, что с Соней все хорошо! — ого, да это же голос Валеры! А он тут каким боком? — Хватит орать на меня благим вампирским матом! Я сам ни черта не знаю, где мы! Тут какие-то скалы, джунгли, чертовы комары размером с мой зад и единорожки в небе, если вовремя воды не пить… Нет… Нет, я же сказал… Да успокойся уже, кровосос чертов! Нет… Ее брат настройки перепутал… Да не нужно никого четвертовать, мы прекрасно и без тебя справляемся! ХВАТИТ!

— За моей дочкой еще какой-то вампир ходит, да? — с интересом поинтересовалась мама, явно анализируя ситуацию, — с чего вдруг такая симпатия?

— Просто дочь у вас необычная, — совершенно серьезно заметил Хоул, — она другая, отличается от всех, кого я видел. Думаю Боул чувствует нечто похожее.

— Ну вы еще петушиные бои тут устройте! — Василиса все же успокоилась, но не на долго, — и вот куда нам идти? Мы вообще в России? На кой леший ты в своей квартире хранил настолько испорченный телепорт?

— Он не был настолько испорчен, — спокойно заметил Хоул.

— То есть кто-то явно хотел твоей смерти, — заметил Дима, — а ты теперь меня во всем винишь, да?

— Ну да, просто пользуюсь случаем…

Хватит…. Боже мой… Хватит! Умоляю, заткнитесь все… замолчите… Не кричите…

— ХВАТИТ!

Мой голос сорвался в крик и именно в этот момент я проснулась…

Я проснулась на совершенно пустом пляже, где вокруг меня был лишь песок, пальмы и… вода…

Что? Ничего не понимаю…

— Эй, вы что-нибудь слышали? — голос Валеры однозначно звучал совсем рядом. Словно вампир стоял около меня и с кем-то разговаривал, — кажется, Соня очнулась.

Я сидела на песке и смотрела на то, как вода мягко обнимала теплый белый песочек, как в небольших углублениях-норках ютились маленькие черепашки…

— Я что, сплю? — мигом обернувшись на звук шагов, я ожидала увидеть позади себя Валеру или брата, но за спиной никого не было.

Может, я правда умерла? Или наоборот сплю, и слышу голоса тех, кто наяву?

Спина резко разболелась. Судорога охватила все тело, меня будто ударило током и я невольно начала стонать. Сидеть на месте стало невозможно, попытка подняться на ноги увенчалась успехом раза с третьего и лишь после этого я осознала, что мое тело перебинтовано, а за спиной что-то мешает…

Что-то прилипло к коже… что-то дурно пахнущее и самое главное плотное. Повязка лечебная? Но откуда на пляже бинты взялись?

Шаги вампира усиливались, к моему ужасу я все четче ощущала его близкое нахождение рядом со мной, но Валера так и не появился.

Вместо вампира я наблюдала за тем, как из густых зарослей выползает огромная черепаха…

Огромная черепаха!

Я что, сошла с ума? Или я умерла? А может я на самом деле не проснулась и это все мое видение?

Ноги тряслись, голова раскалывалась — я вообще не понимала, что происходит!

Морская вода казалась мягкой и теплой. Я замерла на месте, продолжая наблюдать за черепахами и за тем, как песок под ногами становится рыхлым — маленькие черепашата активно боролись за свою жизнь, пробуя добраться до воды.

Что-то не то…

Я смотрела на мир вокруг себя и чуяла, что что-то здесь не то. Все казалось таким настоящим, но в тоже время невозможным.

Резкая боль в глазах заставила вскликнуть — огонь в моих глазах вспыхнул искрами, но зрение при этом сделал лишь лучше.

Мир преобразился, он заиграл совсем иными красками — более яркими, живыми. Боль в теле постепенно проходила и я уже могла более свободно двигать руками — спина при этом не разрывалась на части по моим ощущениям, но сохранился непонятный мне зуд…

— СОНЯ! — голос Валеры раздался совсем близко, но самого вампира я не слышала.

— Я здесь! — крикнула я в ответ, но никакой реакции за этим не последовало.

Да что творится?

Никого не вижу… Может вампир чуть впереди?

Я решила пойти на голос, игнорируя простое правило из детства — потерялась, стой на месте. Почему-то я чувствовала, что в данной ситуации это не поможет — меня не найдут.

Шаг за шагом я медленно продвигалась вперед, оставляя глубокие следы на песке. Со временем волны настигали их и полностью смывали, словно хотели стереть с лица земли даже намек на мое существование.

Стало немного страшно.

Теплый ветер и шум прибоя успокаивали, стаи морских чаек шумели вдалеке — они кричали, пролетали над поверхностью воды и с шумом бросались в морскую пучину в процессе охоты.

Обступив огромные камни, птицы с большим удовольствием придавались трапезе, разрывая все еще живую рыбу на части, а кто-то проглатывал мелочь почти целиком.

Я отвернулась. Естественный отбор естественным отбором, но мне бы не хотелось, чтобы меня вот так кто-то проглотил. Фу.

Пейзаж вокруг слабо менялся, я все так же слышала голоса Валеры и своей мамы — они явно были чем-то обеспокоены, но я так и не могла их найти. Вроде бы совсем рядом, но в тоже время очень далеко.

Магия… — эта мысль всплыла в моей голове, я вновь озиралась по сторонам и теперь заметила одну странность — тени. Тени на песке гуляли отдельно от человеческих тел!

Вот тут явно женская… Мама? Судя по жестикуляции рядом с ней стоял мой отец — он любитель махать руками. Кажется, в стороне находился Дима и… Василиса? Да, точно Василиса — я видела тень ее длинного кошачьего хвоста. Судя по всему, они спорили, но почему-то я не слышала голосов.

— Вы заблудились? — голос раздался за спиной. Я резко обернулась, тут же увидев старца в длинном светло-сером плаще. Глубокий капюшон скрывал лицо, но руки выдавали — все в глубоким морщинах…

А хотя… Нет, что-то не то. С этим стариком что-то не то…

— Да, я не понимаю, где нахожусь, — спокойно ответила я, ожидая удара в спину. Тени тенями, но кто знает, может это очередной обман или магия, в которой я совсем не разбираюсь, — это какой-то остров?

— Остров посреди океана, — с удивлением заметил незнакомец, указывая рукой в сторону водного массива, — твой корабль разбился? Есть еще выжившие?

— Не знаю, — откуда мне знать маг он или нет? Может это простой человек, который не верит в телепортацию в силу своего мировоззрения? Если я начну вещать о магии и идиотах вампирах меня могут в местную психушку запереть, а там уже все — печаль, беда. — я очнулась на берегу, больше ничего не помню