Детективное агентство "Клык оборотня" (СИ) - Гусарова Александра

Наконец настал тот миг, когда я должна покорять мужчин. И первым стал мой отец. Он стоял внизу лестницы в парадном черном фраке с белоснежной бабочкой под воротником и нервно теребил в руках белые перчатки. А когда поднял глаза, заслышав мои шаги, то замер, а затем даже потряс головой и потёр глаза:

– Нюрочка, ты ли это? – его глаза расширились, а выражение лица было просто непередаваемым. – Господи, ты так сейчас похожа на Наташу, но при этом так прекрасная!

– Папа, не надо, иначе я сейчас заплачу! – я почувствовала, как к моим глазам подходят слезы. – Я бы очень хотела, чтобы она сейчас была здесь.

– Доченька, – он сделал нетерпеливый шаг ко мне и сжал мою ладонь горячими пальцами. – Я верю, что ты обязательно научишься разрезать пространство. Мы перенесём ее сюда и обязательно сыграем вашу свадьбу ещё раз!

Я на это тоже сильно надеялась. О том, что выхожу замуж, пока ничего ей не сказала, как и про отца тоже. Маме предстояло ещё ответить на множество моих вопросов.

А затем была самая настоящая золочёная карета, запряжённая тройкой белоснежных рысаков. Принцессы по-другому не ездят. Специальный лакей помог забраться мне внутрь. Следом сел отец. И он же постучал в переднюю стенку экипажа. Это был сигнал для кучера. Карета дёрнулась и неслышно покатила по мостовым города.

А до меня только сейчас вдруг дошло, что я по-настоящему выхожу замуж. И это все совсем не игрушки. Скоро я стану женой человека… нет, оборотня. И это всё, что я знала о предстоящем событии. В нашем мире молодые могут годами жить вместе, узнавая друг друга ближе, притираясь характерами. В этой же патриархальной России такое пока невозможно. Хотя и к лучшему. На чужих мужчин время не тратить. Если он твой, то пожалуйте в храм. Правда, мои родители оказались исключением. Как так получилось, предстоит выяснить в будущем. Хотя, благодаря этому папа Костя стал моим настоящим отцом. Я ни разу и ни на миг в этом не сомневалась.

– Папа! – окликнула я Виктора Алексеевича. Это было всего второй или третий раз, когда я его так назвала. Он тут же растянул губы в довольной улыбке и спросил:

– Что, милая?

– У нас как-то с Антоном речи о местной религии не заходило. Я даже не представляю, в кого вы здесь верите! – усмехнулась я немного сконфуженно.

– Эх, молодёжь-молодёжь! – рассмеялся он. – Такие вопросы в первую очередь нужно задавать!

Но я видела, что он расслабился. Князь, скорее всего, боялся неудобных вопросов, на которые не знает, как отвечать. А религия – это, в общем-то, вполне нейтральная и безобидная тема, если вы не являетесь приверженцами какого-либо сурового течения. А затем поправил мне складку на подоле, как заботливая мамаша и дал неожиданный ответ:

– Мы здесь исповедуем ортодоксальное христианство.

– Ортодоксальное? Это как? – удивилась я.

Виктор Алексеевич стал проводить мне краткий курс истории религии. Благо до храма было минут двадцать езды. Мы не торопились. В принципе, все совпадало с нами. То ли Иисус Христос родился разом во всех мирах, то ли где-то про него рассказывали лишь легенды, а человека такого не было и в помине. И, боюсь, это у нас. Поэтому Россия и пошла непонятно каким путём.

– У нас всё тоже самое, – улыбнулась я в ответ. – Только религия зовётся православной.

– Какое слово красивое! И, возможно, более правильное, чем наше. Более русское, что ли, – улыбнулся он с лёгкой грустью на губах. – Всё, Нюрочка, мы приехали. Сама из кареты не выскакивай! От тебя вполне можно этого ожидать. Подожди, пока я выйду и подам руку.

Да, со Стрешневым мы знакомы всего ничего, даром что пока ещё одну фамилию носим, а он уже успел меня так хорошо изучить. Я бы точно ждать не стала, а выскочила из кареты и понеслась сама к возлюбленному навстречу. А ведь так не положено. Не раз и не два смотрела в сериалах, как проходят заграничные свадьбы в церквях. Жених ждёт у алтаря, а невеста под руку с отцом красиво идёт по проходу, демонстрируя всем гостям свой свадебный наряд. И я так же хочу! Поэтому, Нютка, не торопимся и медленно шествуем!

Оказалось, что на козлах сидел не только кучер, но и моя горничная Юля. Она была в праздничном платье и со смешной шляпкой на голове, которая ничего не прикрывала, а просто числилась. Да, в нашей культуре такие в церковь не носят, предпочитая голову укрывать платком.

Все же наше православие гораздо ближе к мусульманству, чем мы себе можем представить. Просто восточные народы лучше чтут традиции и всевышнего. А мы про них позабыли. Но, с другой стороны, я бы не хотела до конца жизни ходить в платке, как положено благочестивой замужней даме. Ладно, хоть наши никогда лица не прикрывали.

Юля всплеснула руками и быстро протараторила:

– Ах, ваша светлость, какая вы всё же красивая!

Отец же что-то шепнул кучеру, и тот, кивнув в ответ, побежал к церкви.

Горничная принялась поправлять на мне складки платья. А Виктор Алексеевич объяснил, куда и зачем отправил слугу:

– Я велел Зиновию узнать, приехала её величество или нет. Анна не простит, если мы начнём без неё. Но и прохлаждаться долго нельзя, если она уже там.

Дожидаться мужчину не пришлось. Следом за нашим экипажем в церковный двор влетела черная лакированная карета с золотыми вензелями. Кони, подчиняясь командам возница, затормозили, упираясь всеми копытами.

Я догадалась, кто это прибыл. Остальные кареты и магобили уже стояли в закутке, предназначенном для них.

– По Анне можно часы сверять! – покачал головой отец.

А из лакового нутра показался сначала Дворкович-младший. Он спустился по приготовленной кучером ступеньке, а затем подал руку, и вывел наружу Ее Императорское Величество.

– Меня ждёте? – широко улыбнулась императрица. – Благодарю за почтение к моей особе!

С этими словами она подхватила Всеволода под руку и потащила его с завидной силой в храм. Даже создавалось впечатление, что это она его тянет на венчание. Однако в народе говорили, что мой отец для неё не пара. А он был князем. Поэтому про бедного графа и говорить нечего.

– Не задерживайтесь, пожалуйста! – последним словом она постаралась смягчить свой приказ, повернувшись в нашу сторону почти у крыльца храма.

– Хорошо, что журналистов не набежало! – шепнул отец мне. А сам кивал в ответ на Аннино пожелание.

И тут, как нарочно, из-за кустов что-то вспыхнуло. Это была первая ласточка. Вернее, первая вспышка магшета, которые сегодня будут нас сопровождать до конца.

Глава 36

– Как ты относишься к пишущей братии? – негромко поинтересовался Виктор Алексеевич, когда мы подходили к основным воротам храма.

– Наверное, как к неизбежному злу! – пожала я плечами. – Работа у них такая. А я завтра прославлюсь на всю страну. Тем более на венчании будет Анна Константиновна. И думаю, что в первую очередь охоту ведут на неё.

– Я рад, что у меня такая понятливая дочь! – улыбнулся отец, пожимая мою руку, лежащую на его локте.

Ворота храма отворились, и мы синхронно вступили внутрь.

Я поняла, что за все то время, которое нахожусь в этом мире, ни разу в церкви не была. Я, по понятным причинам, будучи дитём двадцать первого века, особой тяги к религии не имела. Господин Ягр туда не ходил по каким-то своим причинам. А отличия местной ортодоксальной религии от нашего православия все же были. Наше с отцом вхождение в храм встречалось музыкой. Нет, это не был орган. Скорее, звуки походили на струнный квартет. Правда музыкантов я тоже не увидела. Но это уже мелочи.

Сразу же моё внимание привлекла высокая фигура в белом парадном мундире с золотыми эполетами, стоящая спиной к нам рядом с алтарём. Эполеты в этом мире не отличались от наших. Скорее всего они тайными тропами перешли из одной России в другую. А вот из какой в какую, пока оставалось секретом.

Подозрительно быстро отросшие за месяц волосы моего мужчины были собраны в низкий хвост и перехвачены черной лентой, сливающейся с цветом волос. Широкие плечи, спина, сужающаяся к узким бёдрам, длинные ноги в красиво обтягивающих их брюках и белые сапоги из мягкой кожи. Да, белых сапог у наших дворян я что-то тоже не припомню. По крайней мере на исторических полотнах и в исторических картинах я ничего подобного не замечала.