Фиктивная жена дракона-дознавателя - Кария Гросс

как комар над ухом! Подумать не даёт! И что вообще за вопросы?! Ну разумеется я хочу, чтобы Доминик жил! И жил со мной!

Интересно, чего хочет он сам?

— Выбрала, — кивнула я и решительно сделала шаг к Кругу. — Я выбрала, Антуан.

— И что же ты выбрала? — насторожился жених, а в его руках вспыхнуло заклинание. — Говори.

Надеюсь, Доминик в меня всё-таки верит.

Я в него верю.

— Я слушаю твоё желание, — твердо произнесла я и почти одновременно с этим поймала себя на мысли, что да – так и было бы. Я выбираю Доминика. И выбрала бы его опять. Отдала бы своё желание, если бы он только попросил. Отдала бы ему и за него отдам. — Я попрошу за тебя у Круга.

С торжествующим видом Антуан уже открыл рот, чтобы наверняка изречь что-то крайне пафосное и невероятно самодовольное, как вдруг по залу разнесся оглушительный рев. Огромные ленты пламени засвистели по всему помещению.

Я только-только начала оборачиваться, хотя разумом уже понимала, что происходит, когда что-то сбило меня с ног, и я почти упала. Сильные руки подхватили под спину, и, ойкнув, я замерла в метре от пола.

— Всё, Мия, все, — зашептал Феликс на бегу. — Сейчас мы тут где-нибудь спрячемся, а он с ними разберется.

— Так он живой? С ним все хорошо? — с облегчением произнесла я, открывая глаза. Кажется, я искренне волновалась, несмотря на всю свою веру. Надо же.

— Ты не знаешь, куда тут можно спрятаться? — напряженно произнес некромант, уклоняясь от падающих камней. — Боюсь, что это помещение дракона не переживет.

Глава восемьдесят пятая.

Мы сидели у камина. Тихонько успокаивающе потрескивали дрова, плясали по стенам причудливые тени, пахло разогретой древесиной.

Это был самый умиротворяющий вечер со времён моего приезда в это поместье.

Угроза была устранена. Окончательно и, надеюсь, навсегда. От Антуана не осталось и мокрого места… Вернее, и выжженного пятна, если уж примерять на обстоятельства.

До сих пор стояла перед глазами картинка, как мы с Феликсом, укрывшись под многострадальной лестницей, наблюдали за яростью дракона – настоящего огромного магического ящера, которого я уже однажды видела вблизи, но от этого он не стал менее завораживающим. Особенно учитывая, что его ярость была направлена на моего врага.

К счастью, зал с Кругом выдержал, потолок, хоть и потрескался изрядно, устоял, и мы, хоть и надышавшиеся пыли, остались целы. Как и Фея – крылатая интриганка где-то умудрилась посеять свой верный веер и, причитая, носилась над завалами в попытках его отыскать. Отчего-то даже стало её жаль – в тот момент, когда я поняла, что всё закончилось – мною завладело неожиданное миролюбие. Обнаружив веер под одним из булыжников, я вручила его обратно Фее. Нам обеим было неловко – в конце концов, как я вела себя некрасиво, так и она уж точно не лучше. Поэтому, скомканно буркнув «Спасибо-ну-ладно-живи-пока-поздравляю-надеюсь-вы-уже-уезжаете», Фея заторопилась по своим делам и исчезла в облачке дыма. Не приходилось сомневаться, что следующий владелец поместья будет обласкан ею не меньше, чем я. Надеюсь, она хотя бы извлекла урок из «сотрудничества» с Антуаном.

Почти сразу после этого меня ждало ещё одно открытие. Из недр, щелей и каких-то ещё потайных ходов появилось несколько крыс. Все хором что-то недовольно пищали и целенаправленно торопились к нам. Но не успела я завизжать и спрятаться за спину Доминика, который вновь обрёл человеческий облик, как с лёгким «пуф!» каждая из крыс на наших глазах превратилась в… женщину.

«Ещё одно удачно раскрытое дело», — протянул крайне довольный Феликс. И после его получасовых объяснений и расспросов шокированных женщин — до меня дошло, куда пропадали жёны предыдущих хозяев. Вот, значит, как. Антуан знал, что если исполнить чужое желание, хоть добровольно, хоть нет, то превратишься в крысу! Наверняка знал, сам же тот ещё гад ползучий!

Вместе с этим его стало ещё менее жалко.

Ещё какое-то время ушло на то, чтобы сопроводить каждую из женщин. Ну, вернее, выпроводить, потому что на десяток голосов они требовали, жаловались и негодовали, несмотря на то, что мы, вообще-то, их и спасли.

С горем пополам, кипя праведным гневом на своих горе-мужей, каждая бывшая хозяйка откланялась. Ох, чует моё сердце, могилы их мужей точно пустыми не останутся…

Феликс решил отпраздновать победу в одной из таверн нашего города. Выражение лица при этом давало понять, что между строк его «пойду выпью, а то скукотища тут с вами, да и дом какой-то жуткий, тут каждый кирпич норовит сожрать» — стоило читать как «оставляю вас наедине». Я была ему так благодарна, что даже любезно подсказала, в какую таверну соваться не стоит ни в коем случае, потому что Мими, получив у нас от ворот поворот, вернулась на старую работу.

Итак, мы с Домиником остались вдвоём. И всё бы ничего, если бы не подслушанный мной кусок разговора.

Завтра он уедет. Я слышала их с некромантом. Доминик уже собрал вещи и оставил их здесь, возле входа. Грустно. Даже безоговорочная победа над моим несостоявшимся женихом поблекла на этом фоне. Чтоб провалился этот Антуан! Уже в аду!

— Ты молчишь весь вечер, — тем временем непринужденно произнес герцог, стараясь ненавязчиво начать беседу. Доминик и правда выглядел безмятежным. Как будто бы даже помолодел слегка.

И он сам настоял на том, чтобы мы посидели внизу, в гостиной. Именно тут мы и познакомились. Переступив сегодня порог, я даже слегка покраснела.

Что ж, логично – Доминик прощался.

— Это на тебя не похоже.

Я пожала плечами и невесело улыбнулась. А что я могу сказать? Вести светские разговоры ни о чём? «Какая сегодня прекрасная погода, да?»

Может, пойти напрямик? «Доминик, не уезжай»? Или «Доминик, возьми меня с собой»? В конце концов, от секретов во всей этой истории никому лучше не стало.

А вдруг у него в столице кто-то есть? Вот об этом-то я как раз и не думала, когда влюблялась. Вот дура! Мне всегда рассказывали, что у столичных, которые приезжают в отпуск, в городе остаются жёны с детьми.

— Мия, тебя что-то расстроило? Феликс что-то не то сказал? — изогнул красивую бровь Ник, а я удивленно подняла глаза на мужа. Однако. Пока я тут мысленно строю диалоги о безумно важных вещах и решается моя судьба, он о Феликсе задумался? Да тот Феликс уже небось отведал фирменной медовухи от трактирщика