Льдинка - Мария Печурина

видеть. Засада может быть и в лесу, так что я, собравшись со всеми силами, держу этот марафон.

Как и говорил Ричард, через двадцать минут мы оказываемся на месте. Я не хочу тратить время и ожидать, когда нас пропустят в ворота. Дематериализуюсь за высоким забором и тут же слышу какие-то щелчки, а затем топот ног. Не успеваю сделать и десяток шагов, как из-за угла выскакивает вооруженный отряд. Я ослепленная прожектором мгновенно оказываюсь под прицелом оружий.

— Это я, — сиплым после бега голосом сообщаю воинам. Меня признают. Навстречу мне вылетает Зод и, схватив под руку, тащит внутрь здания.

— Ты как раз вовремя, — сообщает он мне.

— Как он? — еле ворочаю языком, еще не восстановив дыхание.

— Уже лучше, — ободряюще улыбается он мне.

В медицинском центре стоит тишина. Мое сердце замирает, когда я чувствую запах крови. Его крови. Мы вроде бы идем быстро, но мне кажется, что воздух вокруг стал похожим на желе, в котором я вязну.

— Марианна, — выскакивает из-за дальнего поворота Роксана. Беспокойный взгляд направлен в мою сторону. — Ты как?

— Я в порядке, — пытаюсь улыбнуться. — Как он?

— Ты нужна ему.

Я знаю. Мое сердце ухает вниз. Я следую за Рокси, словно за видением. Двери одна за другой распахиваются мне навстречу. Я попадаю в знакомый коридор. Из этого крыла я пыталась сбежать в первый раз.

Меня охватывает паника, когда я вижу воинов. Кого-то я уже встречала, кого-то нет, но все они здесь, чтобы поддержать своего короля. На их лицах выражение злости, смятения, ожидания. При моем появлении все взгляды обращаются ко мне. И все как один они с облегчением выдыхают. Роксана берет меня под руку и заводит в палату.

Сначала я вижу спину медсестры. Она склонилась над… «Маркус!» Мои ноги становятся ватными. Я прирастаю к полу. «Этого не может быть. Нет!»

— Марианна, — еле слышный шепот. Глаза Маркуса закрыты. Он зовет меня. «Нет!» Это напоминает прощание с умирающим. Он так бледен. Я привыкла к живому королю, полному сил, здоровому и улыбающемуся.

— Ты должна его покормить, — быстро говорит Роксана. Я в растерянности хлопаю глазами. — Нельзя медлить. Просто покорми его!

— Мы будем за дверью, — добавляет Зод, уводя девушек. Они выходят. Я присаживаюсь на край койки. Маркус снова выдыхает мое имя. Его брови сходятся, и показываются клыки. Ему больно! И я слышу отголоски его боли, будто делю с ним ее. Он жив. Он будет жить, и я сделаю все возможное для этого.

Я никогда никого не кормила. Тем более вампира. «Ну и как это делать?» Маркус бледен. Внутри меня распространяется паника. «Я не могу его потерять! Взять себя в руки! Идиотка! Медлишь и убиваешь его этим!» Я прокусываю свое запястье. Капельки крови выступают на коже, а потом маленькими ручейками стекают по руке. Я подношу запястье к губам Маркуса.

— Ну же, — шепчу я, — как ты там говорил… не смей умирать… малыш.

Это вызывает у меня улыбку. Неуместно, но мне хочется смеяться. «Нервы. Мои нервы ни к черту». Губы короля вздрагивают, раскрываясь. Все мы звери. Это я усвоила давно. И инстинкты никуда мы не денем. Его клыки мгновенно погружаются в мое запястье. Я ощущаю тянущие движения. Кажется, что мое тело внезапно распадается на нити, как клубок разматывается и тянется к Маркусу. Я отдаю ему частичку себя, как он отдавал мне уже несколько раз. Глотки медленные, будто ему очень тяжело. Наверное, так оно и есть.

Я закрываю глаза, позволяя ощущениям захватить меня. Его губы на моем запястье, влажность его рта, тянущая боль вместе с убегающей из меня кровью. Я представляю, как моя сила переходит в него, разливаясь по его телу, заживляя раны, преобразуя все. Вот еще один глоток, и клыки исчезают. Теплый язык проходится по ранкам. Маркус не открывает глаза, он все делает инстинктивно.

Мне становится не по себе и не к месту возникает вопрос. «От кого же он питался все это время?»

Моя голова слишком легкая, как и тело, которое как воздушный шарик улетает куда-то в облака. Мне необходимо позвать Роксану. Я медленно встаю на ноги. Комната немного кружится. Я добираюсь до двери. Открыв ее, я снова вижу строй воинов. Они как один ждут… Верность. Они верны своему королю.

— Тебе лучше отдохнуть, — возникает передо мной Роксана.

— Я в порядке.

— Нет, — шепчет она, ведя меня за руку из центра. Я оглядываюсь и вижу Зода, входящего в палату. — Маркусу может снова потребоваться кормление. Хотя… мы можем попросить одну из…

Я наперед знаю, что она хочет сказать. Я останавливаюсь. Роксана смотрит на меня и замолкает. Я рычу. Мысль о том, что Маркуса будет кормить другая, пробуждает во мне ярость. Я не знаю, почему… или знаю.

— Тебе лучше отдохнуть… раз мы… раз мы поняли друг друга.

— Что с ним…

— Самое страшное позади, — откликается она, провожая меня к лестнице. Я понимаю, что меня специально выпроваживают.

Я поднимаюсь в свою комнату. Закрываю дверь. Сажусь на кровать. Тишина. Одиночество. Без Маркуса я снова окунусь в монотонную бесчувственную жизнь. Холод. Я прерывисто вдыхаю, сдерживая слезы.

Минуты идут медленно… слишком медленно. «Что они с ним делают? Снова операция?»

Мысли путаются, роятся в моей голове, которая потяжелела.

Маркуса ранили из-за меня. Адам не добрался до меня из-за короля, и теперь Док хочет его устранить. Воины в коридоре. Они верны королю. Они охраняют его. Зод — он его правая рука. Роксана — главная в доме. Эти двое никогда не подведут Маркуса. И меня выпроводили из центра, потому что нет уверенности, что пока я рядом с королем, он в безопасности. «Нет. Бред! Я просто брежу».

Чтобы как-то отвлечься, решаю думать о чем-то насущном. Например, моя одежда вся испачкалась, пока я бежала через лес. Я начинаю дрожать из-за пропотевшего и прохладного белья. Поэтому я принимаю быстрый теплый душ, переодеваюсь в чистую футболку и шорты и забираюсь на кровать. Ожидание хуже всего для меня.

Кажется, я задремала. Открываю глаза, когда слышу тяжелые шаги в коридоре. Разговор. Скрип каталки. «Они перевозят Маркуса». Я чувствую его даже за закрытыми дверями. «Стоит ли мне выйти?» Я не двигаюсь с места, хотя мои ноги готовы бежать к комнате короля. Проходит пара минут. Снова шаги, скрип, и все замолкает.

Я встаю с кровати, будто в трансе. Подхожу к двери, открываю ее и вижу коридор. Раньше он казался мне очень коротким. Слишком близко к Маркусу. Сейчас это пропасть, которую я преодолею. Поворачивая ручку