Как достать стража. Влюбить и обезвредить (СИ) - Райская Ольга

— Да знаю уж, в чем причина, — улыбнулась добрая женщина. — Сама кровать перестилала, да простынку твою, стало быть, с первой кровью женщины, припрятала.

Так стало стыдно, не передать! Щеки опалило жаром, а кончики ушей горели, хоть костер разводи.

— Эх… — вздохнула я.

— Птичка моя легкокрылая, высших арс на всех не хватает. А среди стражей девочки рождаются ре-е-е-едко. А если и рождаются, ты наверняка в академии видела, какие они? — и Лойс хитро прищурилась.

А я задумалась. И, правда, какие?

— Ну-у-у-у… — протянула я. — Они сильные… Выносливые… Мощные такие…

— Именно, что мощные. Бой-баба только в эпосе хороша, и в каменоломнях, а мужчины во все времена любили изящных женщин. Одаренность играет немаловажную роль. Ты подарок для любого лорда, помни об этом! А невинность… Что невинность? Времена изменились. Сейчас любая арса до брака не одного перепробует, прежде чем выбрать подходящего. Конечно, тайно. Но это происходит так часто, что уже никого не удивляет, а уж Лесару это известно как никому!

Ну и о какой чести он мне втирал? Я трижды себя виноватой почувствовала! Тоже мне жених выискался!

— Вот, — улыбнулась Лойс. — Выражение лица поменялось, слезки высохли, узнаю свою девочку.

— А почему Лесару это известно как никому? — все же решилась уточнить я.

— Ох, птичка моя, ты ведь и сама видишь, насколько он обаятелен и хорош собой. Да что там, даже у меня, у старой, сердце заходится, когда страж взглянет. А уж от улыбки любая волю теряет. Сколько дам его соблазнить пыталось — у-у-у-у, не сосчитать! Больший комплект, пожалуй, только брат короля собрал. И отношения разные, поверь, у Лесара были. Ежели бы хотел, давно женатым летал. И что это значит?

Лукавая улыбка заставила добрые морщинки вокруг глаз стать глубже и приметнее.

— Что? — тут же спросила я, испытывая необходимость получить ответ незамедлительно, словно от него зависела вся дальнейшая жизнь. Впрочем, может, так оно и было? Если не жизнь, то стратегия моего дальнейшего поведения со стражем зависела точно.

— Что не хотел он, вот что! Не тронула ни одна арса сердце гордого воина. Чресла, тела и даже разум тронула, а сердце осталось целехоньким, — сделала вывод моя старушка.

И, знаете, сразу так легко стало, что даже все проблемы как-то отошли на задний план. Но оставались еще моменты, которые меня волновали и тревожили.

— Тогда… почему так? — спросила я и с надеждой посмотрела на Лойс. Умела служанка так прояснить ситуацию, что сразу в голове рождался план дальнейших действий.

— Это он не подумал. Я давно приметила, как наш блондинчик на тебя посматривает. Даже в тот первый его визит в замок Мид восхищался он сестрой твоею, а взгляды томные только на тебя и бросал. Я уж подумала, дыру в тебе прожжет. А вот что не расстелился перед тобой, да поухаживать не потрудился, тут только его вина. Уж не ревность ли тому виной? Наверняка, вокруг ребята вьются стайками! — испытующий взгляд нянюшки заставил потупиться. Я ведь действительно не одна за столиком сидела, и на ночную вылазку летала вместе с друзьями. Впрочем, ответ моей старушке и не требовался, она сама все прекрасно поняла. — Не горюй, моя птичка! Поверь старой Лойс, коли он все для себя решил, то нужна ты ему сильно. Не отступится. А помучить жениха не грех — больше ценить будет то, что трудом досталось. Ну, вставай, одеваться будем, да в порядок тебя приводить. Гости уж скоро съедутся. Есть пожелания?

Служанка помогла мне подняться. Ее слова глубоко запали в душу, настроение улучшилось, и даже мир показался менее враждебным, несмотря на притаившееся в каждой щелке зло. Хорошо хоть для стражей сущности не представляли опасности. Возможно, пока, ибо каждая болезнь имеет свойство мутировать и приспосабливаться.

Я посмотрела на вешалки и пожала плечами.

— Платье хочется. Красивое, — улыбнулась я Лойс.

— Рекомендую зеленое с золотой вышивкой и туфельки к нему. Страж точно не устоит!

— Согласна! — рассмеялась я, и мы отправились собирать меня к ужину.

Я смотрела на себя в зеркало и… любовалась! Правда-правда! Никогда я не выглядела лучше. И платье сидело, как влитое, и цвет мне удивительно шел, и прическа из алых кос удалась, но было что-то еще. То, что отличало меня прошлую от меня настоящей. Возможно, сияющие предвкушением глаза и румянец, который не покидал щек с утра.

Слова Лойс меня обнадежили, успокоили и вдохновили. Значит, и на Леандоре принято ухаживать за девушками. Тем более, высшие арсухи, как оказалось, дефицит в местном обществе. А я со своей природной хрупкостью и изяществом, имея крылья и статус стража, вообще, если верить нянюшке, превращалась в эксклюзив.

А ей я верила!

Наверное, я и сама бы пришла к подобным выводам, когда подучила бы историю, узнала местные обычаи и перестала обижаться и дуться, как мышь на крупу. Лесар не мальчик. Ясное дело — в переделки попадал всякие, но ведь не женился. А со мной, видите ли, честь у него какая-то избирательная!

Ну уж нет, дружок! Пока ты мне все положенные эйрисы с афесами не выложишь, никаких тебе браков! Впрочем, ругаться, отдаляться, комплексовать и ограничивать общение с белобрысым стражем я больше не собиралась.

— Вы прекрасны, птичка моя золотая! — улыбнулась старушка. — Будьте решительны, легки и изворотливы, как ваша покойница-матушка. Для нее не было не решаемых задач и недостижимых целей! Я в вас верю!

— Спасибо, Лойс! — ответила я, ощущая, как предательские слезы наворачиваются на глаза, и поцеловала старушку в щеку.

Нет, плакать я больше не буду! Не знаю, какой была моя местная матушка, но в том, что еще один мой предок Вигмарий Фрей был тем еще затейником, сомнений не было. Никаких! Столько загадок загадал, что всему миру не разгадать. А все почему? Потому что данные разрознены, у каждого своя часть пазла. Придется их соединить.

Страх перед помолвкой с Лесаром отступил, и с его исчезновением пришла уверенность в собственных силах, решительность, отвага, наверное, тоже. В общем, я больше не боялась и собиралась рассказать почти все, что знаю о темных сущностях.

— Бегите, птичка моя, — кивнула старушка, ее глаза подозрительно блестели, и она утирала их уголком фартука.

Я же всегда считала слабостью склонность к сентиментальности, поэтому, махнув Лойс рукой, покинула комнату и остолбенела. На перилах прямо напротив дверей сидел тот самый дерзкий попугай, за которым мы со Светкой все утро бегали по пыльным тайным ходам академии.

— А тебя кто звал? — я прекрасно запомнила, что отношения с птицей как-то не заладились, поэтому особой радости не испытала. — С гостями прибыл?

— Аррелы — существа свободные и гордые, между прочим! — заявил пернатый.

— Никогда не слышала о том, чтобы у свободного существа был хозяин, — пожала плечами я.

Не знаю, на какую реакцию я рассчитывала. Все же с птицей имела дело, по попугай погрустнел, склонил на бок голову и с тяжким вздохом произнес:

— Умыла.

Сразу как-то жалко его стало. Но интуиция подсказывала, что показывать свою слабость не стоит, потом наплачусь.

— Ладно, сиди тут со своей гордостью, свободное существо, а я пошла ужинать.

Внизу слышались голоса, я уже стояла у ступеней, когда сварливый голос птицы заставил остановиться.

— А ты для кого так расфуфырилась? Влюбилась, что ли?

И почему я сейчас себя почувствовала так, будто меня на чем-то преступном поймали? Щекам снова стало жарко, а уши горели так, словно меня ругалии все, кого я знала.

— Тебе-то какое дело? — чтобы сгладить возникшую неловкость, мне пришлось огрызнуться.

— Может, я помочь хотел? Бескорыстно! — отозвался аррел. И главное, выглядел ни разу не подозрительно, и глаза такие честные.

— Ты? Бескорыстно? — усмехнулась я. — Слабо верится!

— Если сестры счастливы, так и хозяйке хлопот меньше, а они с ректором только обрели друг друга, — нехотя признался Лошариус. И кто ему такое дурацкое имечко придумал? Явно не уроженец Земли. — Зная Тэсс, она сразу бросится решать чужие проблемы, начисто позабыв о своих, а этого допускать нельзя. Ты, как ее сестра, должна быть со мной солидарна. Кроме того, я неплохо знаю мир, обычаи Аэрлеи и отлично разбираюсь в мужской психологии.