Очень драконий Новый Год (СИ) - Чернышова Алиса

Алан же сучиться не перестал и высочайше повелел всем студентам-бытовикам ходить на обязательные для всех будущих магов предметы. Ах, они их не тянут? Сил не хватает? Ну, это уже их проблемы. Вот пришлёт Министерство отдельную программу – тогда и поговорим. А пока правила едины для всех, и образец печати на ауре - тоже... И так далее. Усугубилась ситуация тем, что далеко не все преподаватели учитывали откровенное неравенство ребят с общего потока и бытовиков. Одни хотели выслужиться перед ректором, другие, как и Алан, были в ярости из-за обрушившихся на МУЗ скандалов и неадекватных указаний, но итог был для студентов-бытовиков плачевен.

Я пыталась повлиять на решение Алана, но… возможно, недостаточно усердно. Всё же, меня тоже возмутила тогда эта ситуация, а уж отношения с Бозией не складывались ни под каким углом. Только вот теперь, на мой взгляд, пришло время для ещё одной попытки: травля по отношению к бытовикам начала переходить на новый уровень.

— Алан, — позвала я мягко. — Ты ведь знаешь, что так больше не может продолжаться? Ты планировал уволить Бозию. Передумал?

На меня посмотрели с таким возмущением, что даже почти смешно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ищешь замену? — предположила я.

Сид простонал и откинулся на спинку кресла.

— В том-то и проблема, что подходящей кандидатуры нет, — скривился он. — Не так-то просто найти кого-то с достаточной квалификацией в столь короткий срок. Да и было мне… скажем, не до того. Но не думай, приказ об увольнении Бозии уже подписан. Я вручу ей его сразу после того, как получу на руки учебный план – мне не улыбается потом доставать его из воздуха.

— Хитрый ты, — вздохнула я.

— А то для тебя это новость… И вообще, ей несказанно повезло уже с тем, что мы встретились сейчас, а не лет сто назад. Мир изменился, особенно в последние годы. Начали говорить о всяких там правах, толкать с трибун речи о всеобщем равенстве и всё прочее. Нынче даже в Серых Кварталах труп нельзя сбросить без того, чтобы набежала толпа стражей. Вон до чего прогресс дошёл! Да и я, крысам на смех, теперь респектабельный человек. Жуть конечно! Вот что старость с сидами делает.

— Сиды живут в теории бесконечно, Ал, — закатила я глаза. — Хватит рассказывать о своей мифической старости.

— Я стар! — сказал он патетично. — Так что не мешай мне ностальгировать. И мечтать. Во времена моей молодости я мог бы продать эту дуру в рабство, свернуть ей шею, заманить в древние развалины и оставить на съедение гулям… А теперь мне приходится выслушивать её жалобы и даже притворяться, что я воспринимаю её всерьёз. Вот как это называется?

— Цивилизация? — предположила я. — Прогресс?

— Раньше было лучше, — вздохнул Ал, явно паясничая. — Можно было убивать, кого захочешь.

— Ага. И любой, кто захочет, мог попытаться убить тебя.

— Да, это недостаток, — фыркнул Сид. — Но зато было весело. Возможно, в повседневной жизни нам не хватает чего-то… эдакого?

— Мозгов?

— Эх, Джана, не понимаешь ты романтики и своеобразия тёмных веков… Вот я бы туда вернулся. На денёк. Чтобы ещё раз прикончить своего старого приятеля Ловкача, например.

Я вдохнула побольше воздуха. И приготовилась выдать эмоциональную речь о том, насколько важно на самом деле то, что мы имеем в современном мире, как пламенно это надо ценить… и всё в таком духе. Уже даже открыла рот, но встретилась взглядом с Алом.

— Выбрал такой способ, чтобы расшевелить меня?

— Но ведь работает, — ухмыльнулся сид. — А если без шуток, то ты готова к завтрашнему дню? И встрече с драконом? Больше ты не сможешь избегать его.

Я отвернулась, глядя в окно.

— Готова, конечно. Он ведь будет сидеть среди студентов. Какие сложности в этом могут быть? Просто вести занятие, как обычно.

— Ну-ну… — Ал вздохнул. — И в баню со мной ты не пойдёшь?

— Нет. Прости, но я просто не хочу.

— А просто встретиться вечером и выпить?

— Давай в другой раз.

Алан нахмурился.

— Джана…

— Знаю. И буду в порядке, но — не вот прямо сейчас.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ладно, — вздохнул он. — Но учти: у меня дома нынче много вкусной еды.

— Спасибо.

Мы помолчали, глядя друг на друга.

— Наверное, надо всё же нам с тобой пожениться, — вдруг выдал он. — Давно стоило об этом задуматься. Ты как, пойдёшь за меня замуж?

43

Я от такого поворота откровенно опешила.

— Очень смешно.

— На самом деле я говорю совершенно серьёзно, — добил меня он. — Я не прошу отвечать вот прямо сразу. Но — подумай.

Я закатила глаза.

— Алан, мне даже интересно, как ты станешь выкручиваться, если я соглашусь.

— Ты не поверишь, но — никак.

Я вздохнула, оценив серьёзность в глубине его глаз.

— На самом деле — верю. Но не совсем понимаю. Какой смысл в том, чтобы предлагать брак существу, которое не любишь?

— Люблю. Причём больше всех на свете, — ответил он буднично.

Да уж. Умеет он парой фраз выбить из колеи.

— Но… это ведь не в романтическом смысле.

— Нет, не в романтическом, — признал он. — Преимущественно. Но для сидов, владеющих магией очарования, спокойное честное тепло важнее фальшивого пламени страсти. Которое, как правило, переоценивают.

Я почувствовала смесь из благодарности, усталости и унижения.

— Ал, ты не должен предлагать мне такие вещи из жалости…

— Джана, — прервал он. — При чём тут жалость? Я же рассказывал тебе о предложении премьер-министра. Так вот, вчера мы вместе пили чай, и он повторил свои слова. Скажем, чуть более настойчиво. Мне бы неплохо было жениться.

— Верю, — я улыбнулась. — Но в таком случае — за чем дело стало, Алан? Перед тобой открыты все двери. Ты красив, состоятелен, приближен к власти. Да, в обществе ещё существуют предубеждения по отношению к магическим существам, но к сидам всё же относятся куда спокойнее, чем к фоморам. Так что...

Алан насмешливо улыбнулся.

— Ну да. Если ты богат и знатен, да ещё к тому же не фомор, то никаких других помех счастливому браку быть не может.

Оу. Кажется, я брякнула лишнего.

— Я не имела в виду...

— Скажи, ты никогда не задавалась вопросом: почему я не завожу длительных отношений? — он спросил это резче, чем обычно.

— Я считаю, что это не моего ума дело, — ответила я как можно мягче. — Какого рода они бы ни были, эти причины…

— И даже никогда не спрашивала себя, почему в самом начале наших отношений я поставил то условие?

Я будто наяву вспомнила мрачные своды древней гробницы. Тогда у меня был шанс выбраться, бросив Алана. Но я просто не смогла.

— И что, глупая фомора, не бросишь меня?

— Не дождёшься, — буркнула я, стараясь одновременно поглубже запихнуть его в нишу и зажать правильно жуткую рваную рану. — Я, может, всю жизнь мечтала с настоящим сидом подружиться!

— Если выживем, — сказал Ал, — то с меня выпивка. И дружба до гроба.

Я не стала отвечать. Хищные тени, мечущиеся за пределами ниши, занимали меня немного больше, чем разговоры.

— Только пообещай мне, что не влюбишься в меня, — добавил он. — Пообещай! Я не хочу всё пачкать и портить. Будь мне другом. Сестрой. Что скажешь?

— Скажу, что яд гуля оказывает на тебя крайне любопытное действие.

— Пообещай!

— Обещаю. А теперь — заткнись, будь так добр!..

Я посмотрела на него, выныривая из тумана воспоминаний.

— Вокруг тебя всегда крутилось много девушек. И иногда они были слишком навязчивы. К тому же, отношения между нашими расами…

— Ну конечно, — он будто бы ещё сильней разозлился. — Ты всё списала на своё происхождение! Мне стоило догадаться. Это ведь твой любимый мотив! Ты всегда думаешь: “Это потому, что я – фомор.”

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— У меня есть парочка причин для такой реакции. Нет? — получилось чуть резче, чем хотелось бы.

— Верно, — усмехнулся Ал. — В этом мы похожи, но у меня другая болевая точка. Я не то чтобы не хочу искать женщину для длительных отношений. Я скорее не могу.