Императорская Академия Магии, или как дожить до диплома (СИ) - Рэн-Мари Катерина

Ответить на его реплику я не упела, так как меня резко развернул к себе отец и уставился прямо в глаза. Затем они недобро прищурились и он посмотрел на ректора.

— Успел значит?

— Да. — это от него прозвучало так нахально и уверенно.

— Ты должен понимать, что теперь нам с тобой предстоит очень серьезный разговор?

— Да… — теперь это прозвучало не очень уверенно.

— Прекрасно, просто прекрасно. — мой отец улыбнулся, да так, что у меня ноги чуть от страха не подкосились, не знаю как там у ректора, он ведь сидит на подоконнике, а жаль. — До скорой встречи.

И нас с отцом мгновенно поглотила воронка фиолетового портала, перемещая нас в назнакомую роскошную комнату. Что? Так быстро? Я еще не закончила разговор с ректором, хотя… он подождет. Сейчас у меня разговор с отцом.

— Папа, что это все значит? Почему…

— Лоти! — неожиданно на меня полетели с обьятиями мальчики.

Я растерянно, но крепко приобняла их. Надо же, не заметила их. Так, а где мама? Сердце забилось в тревоге от неприятного предчувствия.

— Где… мама? — я посмотрела на мальчиков и заметила, что в их глазах после моего вопроса навернулись слезы, — Что…

— Лоти… — отец приобнял меня с мальчиками, — Мама… три недели назад она ушла за грань…

— Что… — я пробормотала я, не в силах осознать услышанное, во мне словно что-то оборвалось, исчезла частичка меня — Нет… Нет!

Слезы градом потекли по моему лицу. Я уткнулась в макушки братьев и зарыдала. Девятки не умирают, они уходят за грань, когда их призывают те боги, которым они служили. Они уходят в их мир навсегда, и никогда не перерождаются. Когда они уходят, вместе с ними исчезает и их тело. Но… я даже не успела с попрощаться с мамой! И ведь я видела маму на испытаниях… Неожиданно я почувствовала мягкое прикосновение к своей макушке и повернула голову. Мама… Она стояла перед нами, обьятая зеленым сиянием и улыбалась нам.

— Мама! — воскликнула я и бросилась в ее обьятия, — Ты жива!

— Лоти, моя милая, я так хотела тебя обнять! — она нежно провела ладонью по моей скуле, — И… Я действительно ухожу за грань.

— Мама…

— Тсс, милая, — она раскинула свои обьятия еще шире, и теперь все мы, кроме родителей, плакали, обнимая ее, не в силах остановиться, а мама шептала нам успокаивающие и ласковые слова.

— Мама, почему ты нас так рано покидаешь? — Лесси громко шмыгнул носом.

— Милый, меня призывает моя богиня в свой мир, и я должна последовать за ней. — мама присела перед ним на корточки, ладонями вытирая их его слезы, — Но помни, что я жива, но вот только не здесь, а в мире богов.

— Но для нас в этом мире ты… — Клэн запнулся и с трудом выговорил последнее слово, — Умираешь…

— Клен, милый, к сожалению это так, но я всегда буду присматривать за вами, даже если буду далеко-далеко.

Обняв братьев, мама встала, расправляя складки платьев и повернулась ко мне.

— Мама, — я обняла ее и тихо прошептала, в последний раз вдыхая ее запах, запах лаванды — Но я ведь видела тебя…

— Милая, это будет нашим маленьким секретом. — прошептала мне в ответ мама. — Я дам тебе последний совет: поступай так, как считаешь нужным и… Лоти, не отступай, всегда борись до самого конца. В конце концов ты будешь счастлива.

— Мама… — мой голос дрогнул, а слезы снова подступили к глазам.

Она отстранилась и обвела взглядом меня с братьями.

— Дети, помните, что частичка меня всегда будет с вами, — с этими словами мой амулет совы засиял зеленым светом, у Лессибыл амулет волка, у Клэна — ящерицы. — Эти амулеты всегда будут защищать вас, а животные на этих амулетах — ваши истинные помощники.

— Истинные помощники? — переспросил Лесси.

— Секрет, — усмехнулась мама, как с старые добрые времена, — Узнаете, когда приде время.

— А когда он… — Клен прервал свою вопрос, потому что я положила ладонь на его плечо и качнула головой.

— Не стоит задавать такие вопросы, и… просто помолчи. Папе тоже очень тяжело. Дай им время на друг друга а не на вопросы.

Родители стояли, обнявшись, и с такой нежностью смотрели друг другу в глаза. Им не требовались слова, чтобы выразить свои чувства. Это было так трогательно и грустно.

— Дорогой, ты должен отпустить меня.

— Оливия…

— Ты должен отпустить меня. — мама разорвала обьятия и отошла от мужа на несколько шагов, — Знай, на этом жизнь не заканчивается. Нужно жить дальше, ради себя, ради детей. Совсем скоро ты встретишь свою истинную любовь.

— Не думаю, что смогу еще так полюбить, — глухо пробормотал отец, уставившись на пол.

— Полюбишь, еще как полюбишь, и намного сильнее, ведь это будет твоя истинная суженная. И твои дети ее полюбят.

— Нет, не смогу. Я ведь всегда буду помнить о тебе…

— Да, ты всегда будешь помнить обо мне, — вздохнула мама, — Но скоро будешь вспоминать как об счастливом мгновении, будешь благодарен, что встретил свою истинную любовь.

— Я не…

— Калеб, не спорь со мной. Я знаю, о чем говорю. — мама вновь подошла к отцу и приобняла его одной рукой, другой подозвала нас, детей, — Теперь мне пора.

Последние обьятия были без слез, но самыми крепкими. Мама в последний раз улыбнувшись, исчезла вместе с ослепительной зеленой вспышкой света.

— Грэтхэн, отправляешься к своей богине?

— Да, здесь мои дела закончены. Что ты так недовольно хмуришься?

— Ты уходя, забрала часть их боли и горя. А у этого мужчины и вовсе — половину. Ты же знаешь, что я это не одобряю.

— Перси, так надо. Иначе они попросту не смогут так быстро справиться, а ведь скоро зимние праздники, а в академии — сессии. Так они уже через неделю вернутся в душевное равновесие и их жизнь потечет в привычном русле вместе с приключениями.

— При чем здесь академия?

— О, скоро, очень скоро узнаешь. Ах да, я, знаешь ли, тоже не одобряю.

— О чем ты?

— Ты подкинула Гайяру и Лоти еще по одному фрагменту будущего, который каждому должен прийти во сне, думала, что я не узнаю?

— Ты не выглядишь недовольной, от того, что я подкинула им фрагменты будущего.

— Ты права. Что ж, мне пора. До скорой встречи.

— Давай, до скорой. Грэтхэн…

— Да?

— Захвати на виллу хорошенких мальчиков.

— Тебя твой муж в башне запрет.

— Не запрет.

— Ну смотри, но выручать, как в прошлый раз не буду.

Мама ушла от нас навсегда. В душе было очень горько и пусто. Я посмотрела на братьев. Они держались стойко, какие молодцы! Настоящие мужчины! Я думала, что будет хуже, ведь я впервые теряла близкого мне человека и боялась, что сама ударюсь в истерику и депрессию, но все обошлось. Душу грело осознание, что у меня с братьями остались ее амулеты, какая-то частичка мамы.

— Папа, давай вернемся домой? — Клэн вытер рукавом рубашки слезы и посмотрел на отца уверенным взглядом, — Мама сказала, что нужно продолжать жить дальше и без нее, а значит… мне нужно сделать домашнее задание на завтра!

Я со смесью удивления и гордости посмотрела на своего младшего брата. Такие мудрые слова говорит двенадцатилетний мальчик! Клэн намного сильнее духом, чем я думала.

— Зачем ты напомнил об этом? — тихо простонал ему в ответ Лесси, — Я так ненавижу историю. Не… не буду делать ее.

— Мальчики, так нельзя! — во мне тут же включился режим старшей сестры, — Нужно всегда делать домашние задания, не взирая на то, любите ли вы этот предмет или нет.

— А ты сделала свои домашние задания? — Лесси пристально посмотрел на меня. — Молчишь?

— Ты не сделала? — хмыкнул Клэн.

Я тут же раздала им подзатыльники. Ишь какие! Старшей сестре перечить вздумали! Но… они сумели разрядить обстановку и…я действительно не сделала домашнее задание! Я не только не сделала его, но еще и пропустила многие уроки!

— Святая Дева! Да у меня перваяя сессия через неделю! — я прикусила нижнюю губу.

— А какая? — у мальчишек глаза тут же загорелись интересом.

— Хаосная магия. Ууу, как же мне хочется, чтобы декан ушла чуть пораньше, чем истечет срок договора!