Бекка Фитцпатрик - Тишина

Губами он задел мое ухо. — О чём ты думаешь?

На секунду я закрыла глаза, утопая в ощущениях. Как мне тепло. Как рядом с тобой я каждой клеточкой тела чувствую себя невероятно живой, беспечной, полной сил.

На его губах появилась проницательная сексуальная улыбка. — Хм.

— Хм? — я отвела взгляд, нервничая, автоматически выдавая за раздражение свой дискомфорт. — К чему именно относится твоё «хм»? Ты не мог бы изъясняться более развёрнуто? Всё это мычание и оборванные фразы делают тебя похожим на первобытного человека.

Его улыбка стала шире. — Первобытный.

— Ты невозможен.

— Я Джев, ты Нора.

— Прекрати, — но я почти улыбнулась против своей воли.

— Если уж мы заговорили о первобытности, ты приятно пахнешь, — заметил он.

И придвинулся ближе, заставляя меня физически почувствовать его мощь, как поднимается и опускается его грудь, как его кожа обжигает мою. По затылку побежали мурашки, и я вздрогнула от удовольствия.

— Это называется душ… — начала я машинально и затихла. Моя память зацепилась, захваченная врасплох удивительным и сильным чувством бесстыдства. — Мыло, шампунь, горячая вода, — добавила я запоздалую мысль.

— Без одежды. Я знаю процесс, — сказал Джев, что-то необъяснимое промелькнуло в его глазах.

Не зная как ответить, я попыталась разрядить обстановку легким смешком.

— Ты со мной заигрываешь, Джев?

— А похоже?

— Я плохо тебя знаю, чтобы сказать наверняка, — я попыталась говорить ровным голосом, даже безразличным.

— Тогда мы должны это исправить.

Всё ещё неуверенная в его мотивах, я прочистила горло. В эту игру должны играть двое.

— Совместное бегство от плохих парней — это твой вариант игры "Узнаю тебя"?

— Нет. Это мой вариант.

Он наклонил меня назад, медленно рисуя дугу, пока снова не прижал к себе. В его объятьях моё тело ослабло, а оборона таяла, когда он вёл меня в страстном танце. Его мышцы под одеждой были напряжены, удерживая меня, направляя меня. Ни разу он не позволил мне сбиться.

Мои колени подкашивались, но не от танца. Мое дыхание участилось, и я знала, что ступаю на скользкую дорожку. Быть так близко к Джеву, дотрагиваться до его кожи, легко касаться его ног, встречаться глазами в темноте на краткий миг — всё это казалось одним безрассудным чувством и опьяняющим теплом. Странная мешанина нервного возбуждения. Я чуть отстранилась.

— У меня неподходящее тело для таких танцев, — язвительно заметила я, кивая в сторону танцующей рядом роскошной женщины, которая усердно двигала бёдрами в ритме танца. — Никаких изгибов.

Джев смотрел мне в глаза. — Ты спрашиваешь моего мнения?

Я вспыхнула. — Именно.

Он слегка наклонил голову, его дыхание согревало мою кожу. Его губы легко касались моего лба. Я закрыла глаза, пытаясь сдержать абсурдное желание, чтобы он опустил их ниже, пока не коснётся моих собственных губ.

— Джев… — хотела я сказать.

Только его имя так и не прозвучало. Джев, Джев, Джев, думала я в такт моему учащённому пульсу. Я повторяла его имя в безмолвной мольбе, пока оно не вскружило мне голову.

Полоска воздуха между нашими губами ощущалась очень чётко, дразня и соблазняя. Он был так близок, мое тело отвечало ему так, что это одновременно пугало и восхищало. Я ждала, отдавшись его объятьям, моё дыхание сквозило нетерпением.

Внезапно его тело напряглось. Магия исчезла, расстояние между нами безвозвратно увеличивалось, и я отступила.

— Мы не одни, — сказал Джев.

Я попыталась отстраниться совсем, но Джев усилил хватку, вынуждая меня продолжать этот танец.

— Веди себя спокойно, — пробормотал он, прижимаясь щекой к моему лбу. — Помни, если они посмотрят на тебя, то увидят блондинку в армейских ботинках. Они не увидят тебя настоящую.

— Разве они не ждут, что ты попытаешься их обмануть? — я старалась разглядеть дверной проем, но несколько высоких мужчин в толпе мешали это сделать. Я не могла понять, двигались люди Хэнка или стояли в дверях, наблюдая.

— У них не было возможности меня рассмотреть, но они видели, что я спрыгнул с третьего этажа склада, значит, они догадываются, что я не человек. Они будут искать парня и девушку, но это может быть любая пара здесь.

— Что они сейчас делают? — спросила я, всё ещё неспособная разглядеть сквозь толпу.

— Осматриваются. Танцуй со мной и не смотри на дверь. Всего их четверо.

Они расходятся, — Джев выругался. — Два идут в нашу сторону. Думаю, нас обнаружили. Черная рука хорошо их обучил. Я никогда не встречал нефилима, который мог видеть сквозь иллюзию меньше, чем через год после клятвы, но эти как будто просто отмахнулись от неё. Иди к туалету и найди выход в конце коридора. Не торопись и не оглядывайся. Если кто-то попробует тебя остановить, игнорируй и продолжай идти. Я отвлеку их, чтобы выиграть немного времени. Встретимся в переулке через пять минут.

Джев направился в одну сторону, а я — с лихорадочно бьющимся сердцем — в другую. Я пробиралась через толпу, от жара многочисленных тел и моего собственного подскочившего адреналина тело моё покрылось потом. Я повернула в коридор, ведущий к туалетам, которые, судя по противному запаху и рою мух, были абсолютно антисанитарны. Там была длинная очередь, и мне пришлось протискиваться боком между всеми людьми, торопливо бормоча «Извините».

Как Джев и обещал, в конце коридора показалась дверь. Я протолкнулась сквозь нее и оказалась снаружи. Не тратя времени, я побежала. Вряд ли было бы разумно оставаться на виду, так что я решила спрятаться за мусорными контейнерами, пока Джев не найдёт меня. На полпути к переулку за мной распахнулась дверь.

— Сюда! — выкрикнул кто-то. — Она уходит!

Я оглянулась, чтобы убедиться, что это нефилимы, и сорвалась с места. Не знаю, куда я бежала, но Джеву придётся искать меня в другом месте.

Я мчалась через улицу, туда, где мы оставили Тахо. Когда Джев не найдёт меня в переулке, надеюсь, он сообразит поискать рядом со своей машиной.

Нефилимы были слишком быстрыми. Даже на полной скорости я слышала, что они приближаются. С нарастающей паникой я поняла, что им всё давалось в десять раз легче.

Когда они уже могли меня схватить, я развернулась.

Два нефилима замедлились, сразу испугавшись моих намерений. Я переводила взгляд с одного на другого, тяжело дыша. Я могла продолжать бежать и оттягивать неизбежное. Я могла завязать драку. Я могла кричать «Караул» и надеяться, что Джев услышит. Но любой из вариантов был похож на соломинку.

— Это она? — спросил тот, что пониже ростом, с церемонным акцентом, похожим на британский.