Тара Фюллер - Падение

- Я должна найти Истона. Я не могу его оставить. Он... он...

Он был всем.

- Красавчик ни за что не выпустит тебя отсюда, - сказал он. - Он скорее предпочтет сдохнуть, чем не доставить тебя туда, где ты должна быть.

Я посмотрел на него, умоляя.

- Вот почему я должна идти сейчас. Я...

Дверь распахнулась, и Скаут протопал внутрь, новый клинок был прикреплен к его бицепсу. Он избегал смотреть на меня и схватил рюкзак Истона с пола. Снаружи в зале, кричала девочка, и ее страх просачивался через трещины вокруг двери, намереваясь найти меня.

- Я нашел гида, готового помочь нам выйти из города, - сказал он. - Он не будет долго ждать, таким образом, нам лучше поспешить.

Я испуганно переглянулась с Тайлером. Нет! Я думала, что у меня больше времени. Если он вытащит меня из города, то я никогда не вернусь сюда в одиночку. Я оглядела комнату в поисках чего-нибудь, что могло его отвлечь.

Тайлер, покачнувшись, встал с кровати и судорожно выдохнул. Он посмотрел на меня через влажные каштановые кудряшки, нависающие над его глазами.

- Мне нужно воспользоваться туалетом.

Скаут поднял бровь и кивнул на проем в стене, где отсутствовала дверь.

- Иди.

- Мне нужна помощь, придурок, - пробормотал Тайлер. - Я не могу идти.

Скаут простонал и потянул Тайлера за руку, ведя его в ванную.

- Лучше бы тебе справиться с этим самостоятельно.

Тайлер оглянулся на меня через плечо и произнес губами одно слово.

«Беги».

В ту секунду, когда они исчезли в ванной, я схватила один из запасных, импровизированных клинков Скаута, лежащих на комоде. Зубчатый металл впился в мою ладонь, когда я проскользнула через дверь. В конце коридора двое демонов вцепились в тонкую девочку, пинающуюся и отбивающуюся от них. Это не принесет ничего хорошего. Даже если она спасется от них, там внизу их сотни. Я проигнорировала желание, подойти к ней, помочь ей, облегчить ее боль. Я даже не дышала, когда спускалась по ступеням в клуб жажды. Я выпрямилась и прикусила губу, когда, качая бедрами, шла сквозь толпу, пытаясь соответствовать им.

Несколько голодных глаз следовали за мной, когда я шла через клуб, но мне удалось добраться до парадной двери, не привлекая слишком много внимания. Жар с другой стороны металлической двери обжег мою ладонь, когда я коснулась ее. Я убрала руку и посмотрела на волдыри. Печь. Когда ударила печь? А у меня не было времени, чтобы понять этого.

- Гвен! - Скаут прокладывал себе путь через комнату. - Не делай этого! Не беги! Ты никогда не выберешь отсюда. Не надо так с ним, Рыжая...

Я зажмурилась, блокируя боль, которая шла от слов, которые произносил Скаут, от прозвища, которое Истон дал мне. Он пытался использовать Истона, чтобы соблазнить меня. Это не сработает. С одним заключительным взрывом решения я толкнула дверь и потерялась в грехе и жаре города. 

Глава 27

Истон

Мои сестры стояли на коленях передо мной. Селин рыдала без остановки, а Ава смотрела на меня с мольбой в глазах. Я стиснул зубы и отвел взгляд от Дитриха, поглаживающего волосы Авы, хихикающего, когда он смаковал ее страх как хорошее вино. Его темные глаза блестели в свете факелов, и призрак действительно злого существа мерцал от жара.

- Убивать их в первый раз было так упоительно, - сказал Дитрих, похлопывая Селин по голове. - У меня такое чувство, что во второй раз это будет еще слаще, но возможно, нам нужно сначала поиграть.

Один за другим воспоминания, которые я не желал помнить, проносились в моей голове.

Стук в дверь. Мать у огня. Селин, заплетающая волосы Аве.

- Снаружи люди, - прошептала Селин, выглядывая в окно. - Они говорят, что хотят поговорить с тобой, Истон.

Я потянул ее подальше от окна и убрал за себя, отодвигая занавеску, чтобы выглянуть наружу. Факелы горели у неугомонной толпы, колеблясь от ветра надвигающегося шторма. Дитрих проложил себе путь через буйную группу людей и протянул руку, когда заметил меня в окне. Тот факт, что он был там, должен был сказать мне, как неправильно все это было.

- Истон! - прокричал он. - Брат! Выйди, поговорим. Не будем вмешивать женщин.

Я отступил от окна и схватил клинок, который оставил мне отец. Последний, который он сделал перед лихорадкой, которая его забрала. Я пихнул его за пояс брюк и повернулся к маме. Она встала со своего места у камина, лицо было бледнее мела.

- Останься внутри, сынок, - прошептала она.

Я проглотил страх, забивший мое горло, и он переместился в живот. Теперь я был мужчиной в доме. Выйти наружу не было выбором. Я подошел к маме и поцеловал ее в лоб.

- Не волнуйся, мама, - сказал я. - Я просто посмотрю, чего они хотят. Ты знаешь Дитриха. Если я не выйду, то он предположит, что мне есть что скрывать. Лучше, если я выйду к нему и встречусь лицом к лицу.

- Истон? - Селин обхватила меня руками за шею, и я погладил ее волосам. - Будь осторожен.

- Буду. Подожди здесь.

Это именно то, чего они хотели. Убрать меня с дороги. Превзойдя меня численность, они смогли устроить свою охоту на ведьм. Тогда все, что требовалось, обвинить в колдовстве за то, чего они просто не понимали. Они не знали, как моя мать и сестры могли исцелять людей всего лишь молитвами и травами. Именно так они стали ведьмами. Те же люди, которых они спасали, убили их за это. И сейчас я снова оказался там. Связанный и беспомощный, смотрящий, как этот кошмар снова разыгрывается передо мной.

Я закрыл глаза и сосредоточился на боли. Было из чего выбрать. Кости в моей правой руке были измельчены в порошок. Рваные раны от кнута Дитриха горели и пульсировали. Кровь свернулась в крестообразных шрамах, которые накрыли мои изначальные шрамы как решетка. Любое из этого было лучше, чем видеть, как он играет с моими сестрами, вытягивая их страх, их боль.

- Что не так, Истон? - Он рассмеялся. - Разве ты не считаешь их страх захватывающим? Действительно ли мои люди боялись, когда ты убивал их? Нет... они были храбрыми, не так ли? Я хорошо их обучил.

Я сплюнул полный рот крови ему на ботинки и впился в него взглядом.

- Они плакали как младенцы. Каждый из них.

Он вынул меч из-за пояса и вонзил его в спину Авы, прокручивая, надавливая, пока тот не вышел с другой стороны, мерцая между ее ребрами. Сдавленное бульканье клокотало в ее горле, она снова посмотрела на меня, ее глаза широко распахнулись и стали пустыми, непосредственно перед тем, как она рухнула на пол у моих ног.

- Нееет! - Я дернул цепи, стараясь вырваться из них и не волнуясь о боли. - Ты - сукин сын! Я уничтожу тебя! Я не успокоюсь, пока не увижу, как ты будешь гореть, вечно!

Дитрих рассмеялся, хлопая руками по коленям. Как только он вернул некоторое самообладание, он наклонился ближе. Я поежился, когда его прогорклое, мертвое дыхание овеяло мое лицо.