Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов - Юлия Сергеевна Ханевская

препятствия, главное, что мы нашли друг друга. И вспомнили.

— Теперь все будет хорошо?

— Несомненно.

Мне становилось легче.

Колючий холод и сдавленность в груди заменялись теплом и осознанием, что самое страшное действительно позади.

Кристофер коснулся моих губ последним коротким поцелуем и отпустил. Я притянула сползшее одеяло, смущенно отводя глаза.

— Как долго я тут лежу?

— Почти неделю.

— Неделю?! — вскинула пораженный взгляд на мужа.

Он встал и развел руками.

— Проклятье, которым огрел тебя Никос, смертельно. Обычный человек не прожил бы и часа.

— Ох, Никос… — в памяти яркой вспышкой возникла картинка огненного озера и человека в его смертельных волнах. Ни капли сочувствия в душе не шевельнулось. — А Оскар? Его семья? Мне необходимо немедленно изгнать предателей с моих земель! И разузнать, кто еще состоит в этом фанатичном ордене.

Я отбросила одеяло в сторону и встала. Длинная сорочка спустилась до самых пят. Решительность захватила с головой, даже неподобающий вид сейчас был для меня не важным.

— Кристофер, — сдержанно проговорила я. — Мне надо одеться.

— Чтобы бежать рубить головы с плеч? Нет, Амелия, это подождет.

Я возмутилась.

— Что значит: «подождет»?

— Всех причастных я заключил под стражу. Тебе решать, какое наказание им понести. Но они ждали неделю, еще один день ничего не решит.

Я нахмурилась, не понимая, к чему он клонит. Муж приблизился, поднял руку и провел костяшками пальцев по моей щеке. Кожа тут же вспыхнула огнем, захотелось податься навстречу этому мимолетному касанию.

— Ты только пришла в себя, отдохни. Прими расслабляющую ванну, поешь, возьми на руки нашу дочь…

По спине пронеслась дрожь. Я не скоро освоюсь в этой новой реальности.

— А потом, когда ты будешь способна принимать взвешенные решения, мы поговорим.

— О чем? Я готова обсудить все прямо сейчас.

— Не думаю.

— Кристофер!

— Это поместье — одна огромная могила. Напоминание о трагедии, которую тебе пришлось пережить когда-то. Я не считаю, что это подходящее место для нашего дома.

Я на это лишь приоткрыла рот, растерянно хлопая глазами.

— Вот видишь? Не самое подходящее время для таких сложных решений. Отдыхай, Амелия, и ни о чем не беспокойся.

Кристофер скользнул задумчивым взглядом по моему лицу, отступил на шаг, а затем повернулся и ушел. Я осталась стоять, как громом пораженная.

«Не беспокойся»?

С одной стороны, я теперь не думала об Оскаре и всей его шайке фанатиков, но с другой, глубоко озадачилась вопросом дальнейшей жизни. Если поместье Фортайнов «не то» место, какое тогда «то»?

Неужели Кристофер подразумевал империю драгхаров — Аднар?

Если даже и так… почему я в первую очередь подумала именно о ней?

Глава 31

Кристофер

Я стоял перед разломом в скале и задумчиво всматривался в темноту. После происшествия, пещера с источником поменяла облик. Она больше не дышала магией так сильно, как в тот день, когда найденный в лесу меч-артефакт привел меня сюда. Источник отдал большую часть силы Амелии, нашей дочери и мне, но все еще питал поместье магией.

Ею мне и предстояло воспользоваться, сделав последний шаг на пути перерождения.

Неделей ранее мое трансформированное тело, обратившееся в самого настоящего дракона, разрушило последнюю преграду, отделяющую меня от семьи, которой грозила беда. Уже сейчас я смутно помнил свои ощущения в тот первый раз, когда разумом завладел кто-то другой — гораздо более могущественный, сильный, совершенный, нежели обычный человек. Я бросил тело убитого драгхара недалеко от его особняка, навел чары стазиса и скрыл от посторонних глаз. А потом метнулся на зов о помощи, что разрывал мою душу на части. Попав в поместье Фортайнов, я метался по территории, как слепой кот. Чужая магия путала меня, не давала отыскать пещеру. Пока под ноги не попался брошенный в лесу артефакт. Достаточно было поднять меч с земли, как тот засветился белым светом и направил мою руку в правильную сторону.

Казалось, с того момента прошла вечность, а не семь дней.

По событиям так и было. Столько всего ужасного и переломного не могло зародиться, возрасти и прийти к кульминации за столь короткий срок. Это зрело годами, спало, в ожидании моего появления в нужном месте в нужный час.

Сейчас же, стоя на пороге неизвестности, я чувствовал лишь опустошение и холод. Разлом манил, обещая ответы, но в то же время пугал своим безмолвием. Я знал, что за этой чертой меня ждет не просто продолжение пути, а окончательное перерождение. И я должен был быть готов к этому, даже если цена окажется слишком высокой.

Мне предстояло отказаться от простого человеческого существования, перечеркнуть все привычное, принять свою сущность, что спасла мою истинную пару и дочь. Но тогда я приму всю ответственность за убийство драгхара, в котором еще не признался. Если б было так просто… Крылатый подонок — младший брат Рейзора Аргера. А без него я бы так и не узнал о своем предназначении, не задался целью отыскать источник, не встретил Амелию…

Подумав о ней, я тут же отбросил все сомнения. Да, будет нелегко. Граф Ингелберт, каким был до сегодняшнего дня, канет в пучину прошлого. Он поменяется местами с драконом. Настоящим крылатым огнедышащим зверем, которого не видели в небесах Норридана… да что там, самого Аднара уже очень много лет.

Который хладнокровно переломил пополам мерзавца, посягнувшего на его истинную.

Который без малейшего сомнения бросил в пылающее озеро человека, а потом равнодушно смотрел, как тот заживо сгорает.

Пугало ли меня подобное?

Нет.

И это, на самом деле, самое страшное. Я понимал, что способен на ужасные поступки, если это касалось защиты или отмщения тех, кого люблю.

Люблю… Нет, драконом это чувство воспринималось инче. Ярче, сильнее, масштабнее. Оттого и диапазон поступков, на которые он способен ради «своих» гораздо шире.

Сделав глубокий вдох, я шагнул в темноту.

Мрак обволок меня, словно саван, вытесняя последние отголоски солнечного света. Я падал, не ощущая ни земли, ни воздуха, лишь всепоглощающую пустоту. И в этой пустоте начали проявляться образы — обрывки воспоминаний, кошмарные видения, лица тех, кого я любил и потерял. Они мелькали, кричали, тянули ко мне руки, пытаясь удержать или предостеречь.

Затем появился свет. Слабый, дрожащий, но он рос, приближаясь, пока не превратился в ослепительное сияние. И в этом сиянии я увидел… себя. Но не того себя, которого знал. Это был дракон, величественный и грозный, а в его глазах читалась печаль, вселенская тоска.

Он молча смотрел на меня, словно ожидая чего-то. Я почувствовал связь, неразрывную и древнюю. Это была моя истинная сущность, дремлющая внутри,