Нежеланная невеста. Целительница для генерала - Юлия Нова

отношение становилось ко мне более человечным, что ли. Вопрос, как же мне теперь следовало вести себя?

Я шла и уговаривала себя не поддаваться, держаться и не вестись на стать, на взгляд, на изменившееся отношение и на силу, что я чувствовала от жениха. После магической помолвки я действительно стала лучше чувствовать его магию. Натан был хорош как мужчина, но слишком уж неуживчивым как человек. Или мне просто не повезло оказаться с ним в одном месте в неподходящее время?

Размышления мои прервались, когда жених начал представлять меня знакомым. На меня смотрели вполне благосклонно, и я даже поймала себя на мысли, что в прежней жизни не чувствовала бы себя такой уверенной и самостоятельной без родителей. Мне только исполнилось восемнадцать, и в своей первой жизни я была полна наивных мыслей, представлений и ожиданий.

Вспомнила о родителях и поняла, что давно не отправляла им магический вестник. На таких расстояниях мой артефакт плохо работал, а просить у своего наставника часто я не считала удобным.

Заметив моё изменившееся настроение, Натан спросил:

— Что-то случилось? Что за печальные мысли и вот эта морщинка, что появилась на вашем лбу? Глория, вы молоды, красивы, — наслаждайтесь вечером. — Натан добавил тише и будто для себя: — Пока мы можем это себе позволить…

Я решилась и поделилась своей проблемой. В ответ же получила решительное:

— Так за чем же дело встало? Идёмте, мои покои недалеко. Напишите, и я при вас отправлю. У меня артефакт мощный, да ещё на нём руны защитные, нанесённые лучшими военными артефакторами, они отлично проходят через магическую глушилку.

Я погрузилась в свои мысли, быстро заполняя строчки, не замечая ничего вокруг. Уже заканчивала, сидя за столом в гостиной жениха, когда услышала шорох и подняла взгляд. Рядом с женихом стоял не менее высокий, но более плотный мужчина с военной выправкой. Я смотрела на него, понимая, что где-то я его уже видела, но где? Его образ всё ускользал от меня, а я всё смотрела, не отрывая взгляда, думая с чего-то, что это важно, действительно важно вспомнить.

Усмешка на лице мужчины отрезвила, а голос заставил возмущённо выдохнуть:

— Вы так пристально меня разглядываете, леди, а мы ведь не знакомы.

Холодный, предостерегающий голос жениха прорезал слух:

— Лайон, ты рискуешь, сильно рискуешь, так разговаривая с мой невестой.

Мужчины обменялись взглядом и Натан представил нас друг другу:

— Глория, это лэр Лайон Тиссей, мой адъютант и человек по особым поручениям. Лайон, это моя невеста, леди Глория Ковентри.

Я просто кивнула, а в ответ услышала удивлённый вопрос, заданный жениху:

— Та самая леди Ковентри? Хм, я удивлён.

— Побольше уважения, Лайон. Кстати, тебя спрашивал помощник герцога Мальборо, лэр Одни, он жаждет с тобой поговорить. Тебе пора идти, после поговорим.

Мужчина в ответ кивнул Натану, после мне и решительно вышел, перед самым выходом кинув на меня ещё один внимательный взгляд. Весьма опасный взгляд, я бы сказала.

Я отвернулась, проходясь по строчкам взглядом, и вздрогнула, услышав резкий звук закрывшейся двери. Резко повернула голову, понимая, что мужчина не рассчитал силу, и дверь просто хлопнула, закрываясь. Однако этот звук стал толчком в памяти. И да, я, наконец, вспомнила, откуда лицо мужчины было мне знакомо.

Последние мои дни в той жизни, долгий плен, скудная еда, много работы: нас нещадно использовали как магические батарейки. А ещё нас иногда выводили на развлечения, заставляли смотреть на казни. Обычно пленных, стоящих внимания, позорно вешали, показывая своё пренебрежение к врагу, то есть к нашим воинам. По закону войны высокородных пленных вешать было нельзя, но…

Война с соромийцами была совершенно не благородной, полной беззакония и жестоких, нечеловеческих поступков. Вернее, та, в моей прошлой жизни, а уж какой станет эта…?

Растерянная, я поднялась, прошла к приоткрытому окну, желая подышать свежим воздухом.

Память нещадно пыталась выставить на первый план тех самых пленных, среди который я и заметила крепкого, высокого, всё ещё полного сил мужчину. Он держался до последнего, хотя и видно было, что он пострадал не меньше, чем остальные. Ранение, допросы, мужчина выглядел неважно, но держался с достоинством. Дело закончилось как обычно, а я стояла тогда и с усталостью думала, что мой путь закончится так же, когда враг выкачает мою магию полностью.

И сейчас, в этот момент память так явно, так чётко показала мне эти картинки из прошлого, что мне порядком поплохело. Я сильнее приоткрыла окно в надежде получить больше воздуха, а заметив лёгкое, почти незаметное движение, метнулась назад, вскрикивая и с ужасом понимая, что падаю назад.

— Осторожно, Глория! — Вскрик, и сзади меня придержали надёжные руки, быстро освобождая от своей заботы. Слева и вперёд метнулся Натан, перехватывая того, кто пытался скрыться с крошечного балкона. Завязалась драка, а я стояла ни жива ни мертва, пытаясь понять, кто это там барахтался с моим женихом на полу, пытаясь освободиться.

Вечер, уже почти стемнело, а свет падал из окна, не давая нормально сориентироваться. Резкое движение, я ощутила знакомую волну магии, и мужчина на полу застыл, явно оглушённый мощным заклятьем Натана.

Теперь я узнала человека сразу, я точно его уже видела: в королевском дворце, выполняющего личные поручения Её Величества королевы Юноны.

Шпион? Или…

Мои размышления были прерваны возвращением лэра Лаона Тиссея, буквально ворвавшемся в помещение, захлопывая двер. Он окинул помещение быстрым взглядом, а после нехорошо посмотрел на тело, лежащее на полу.

Наши взгляды встретились, и я поняла, что дальнейшее разбирательство будет проходить уже без меня. Повернулась к Натану, встречаясь уже с ним взглядом, и по его лицу всё поняла.

— Глория, я провожу вас и оставлю с герцогом Мальборо, ненадолго. Прошу ни в коем случае не отходить от него и на провокации не вестись.

Глава 44

Натан вернулся не так быстро, как я рассчитывала. Прошло не меньше получаса, как я почувствовала приближающуюся волну знакомой магии. Даже застыла на мгновение, растерявшись.

Настолько сильно чувствовать своего жениха — к этому я была не готова, даже учитывая нашу связь. Вспомнила о медальоне, возможно, это он усилил мою чувствительность, ведь в нём была уже знакомая мне родовая магия герцогов Каведи. В последние часы я была рядом с Натаном и моя магия явно настроилась на него.

Лица за этот вечер передо мной менялись, с непривычки я немного устала от этого водоворота. Через какое-то время мы остались одни, и я рискнула спросить:

— Натан, мне бы хотелось присутствовать на том самом аукционе, организованном леди