Походная жена генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

- У меня к тебе будет очень серьезный разговор! - произнес Валентайн, нахмурив брови. - Не при ребенке! Но сначала прими ванну и переоденься!

Ванна. Это волшебное слово так подняло настроение, что я решила отложить разговоры и наконец-то расслабиться. Искупавшись как следует, я переоделась, я села в кресло, приказав принести мне поесть и чай. Пока я ела, все события, словно калейдоскоп вертелись перед моими глазами, словно какой-то фильм.

- Анна - Шарлотта. У меня к тебе есть разговор! - произнес Валентайн, входя в мою комнату без стука. - Ты опозорила нашу семью! Ты знаешь, что о тебе говорят в обществе? Что ты… походная жена генерала!

Я подняла брови, видя в руках Валентайна газету.

Там и правда были кое-какие подробности, но в целом, автор решил, что я сбежала от мужа к генералу и сидела в форте на правах его подстилки. Все это было приправлено едкими остротами в адрес меня и моего рогатого мужа, которому автор даже посочувствовал.

- И что? - спросила я. - Между прочим, между нами ничего не было. Я работала в госпитале, ухаживала за ранеными, участвовала в обороне и искала сына!

- Да, - взорвался Валентайн, который всегда баюкал семейную честь, как младенца. - Конечно! Я что? Тебя первый день знаю? Ты при виде крови в обморок падала! Какая работа в госпитале? Тебя просто туда приписали для отвода глаз! Но люди-то не слепые! И сплетни просачиваются довольно быстро. Как теперь ты будешь объяснять людям, что ты делала в Северном Форте, где тебя неоднократно видели?

- А зачем мне что-то объяснять людям? - удивленно подняла я брови.

- Как зачем? - опешил Валентайн, а я смотрела на него, понимая, что столько лет прожила с тем, кто носится со своей честью и репутацией, как дурень с писаной торбой, хотя в мире есть вещи поважнее! - А как ты после такого собралась появляться в обществе?

- Оно мне надо? - спросила я уставшим голосом. Вот, сейчас я поела, и мне не мешало бы поспать немного. - Пусть каждая дама берет, снимает драгоценности, надевает форму и идет выхаживать раненых! Пользы будет больше!

- Анна - Шарлотта! Ты думаешь только о себе! - гневно бросил Валентайн, расхаживая по комнате. Сейчас он казался таким чопорным, таким смешным. Носится с честью семьи, сердито трясет головой, хмурит брови, словно на меня это должно подействовать. А в моем сердце тот, кто готов был жизнь отдать за страну, меня и ребенка. Разве можно их вообще сравнивать?! Это было бы оскорблением для генерала!

- Нет, ты не прав. Я думаю еще о ребенке, которого ты бросил умирать в Лисмирии. И за которым пошла я, - ответила я. - Валентайн. Честь, репутация и вся эта мишура - это такая мелочь по сравнению с ужасами войны, с потерями, страхом, болью от собственного бессилия.

У меня даже голос изменился. Я говорила уставшим, но очень уверенным голосом, не оправдывалась, не заискивала. Мне не нужно было его прощение. Сейчас мне нужен был покой.

- Знаете что, Анна- Шарлотта! - внезапно произнес Валентайн. - Я не верю ни единому вашему слову! Мне проще вышвырнуть вас из дома, чем терпеть насмешки общества! Тем более, что его величество никогда вас не пустит на порог дворца! А ты прекрасно знаешь, что король в этих вопросах принципиален!

И вот обидно! Я не изменяла, я не спала с генералом, держалась из последних моральных сил, чтобы приехать и услышать вот это! О том, что я - походная жена? Временная любовница? И ради чего? Ради вот этого скандала?

- Господин! Свежая газета! - послышался голос дворецкого. - Там написали про вашу супругу!

Глава 63

- Опять! - с гневом произнес Валентайн, выхватывая газету, и глаза его полезли наверх лоб. Я встала и взяла газету у него, быстро читая огромный заголовок.

- Высшая королевская награда! Король лично выразил свое почтение Анне - Шарлотте Легард! - прочитала я. Это была большая статья, которая занимала целую страницу. Кто-то описал, как я спасла генерала, как ухаживала за ранеными и даже сделал фотографию, когда я склонилась над чужой раной в запачканной одежде.

Доктор Уолш! Это он! Это его работа!

- Я восхищен подвигом этой женщины! Я преклоняю колени перед ее мужеством. Кто бы мог подумать, еще недавно она танцевала на балу, а когда страна оказалась в опасности, сняла бриллианты и надела форму медсестры, чтобы внести свой вклад в нашу победу! - прочитала я цитату из слов короля.

Там были слова раненых, каждый из которых не скрывал своего имени. Один рассказал, как я вытащила его с поля боя, другой, как я оказывала ему помощь. Меня называли сестричкой. И это было так трогательно!

- Господин! - послышался голос дворецкого из коридора. - Там пригласительные! На несколько балов! Только что принесли. Все хотят видеть вас с супругой! Непременно с супругой!

Валентайн с удивлением посмотрел на несколько открыток с золотым тиснением в руках дворецкого.

- Быть такого не может,- прошептал он, подняв брови - Они же еще недавно писали мне о том, что не желают видеть нас в своем доме, а теперь…

- Кажется, еще посыльные! - выдохнул дворецкий, выкладывая приглашения на столик и спускаясь вниз на стук в дверь.

Тут особая милость короля, восстановленная честь и отдельные дифирамбы в адрес семьи Легард. И общество, прочитав газету, тут же повернулось к нам с улыбками и стали наперебой зазывать к себе! Не удивлюсь, если на каждом приеме нам окажут особые почести.

- Может, это и так - сглотнул Валентайн. - Но это не умаляет того факта, что ты обнималась с генералом у всех на виду! И вела себя с ним так, словно вы любовники! Скажу больше! Вы даже целовались!

Неужели Кириан все рассказал отцу?

- Поверь мне! Такие вещи не скроешь! И пусть король и благоволит тебе, но ты мне изменила! Ты показала нашему сыну дурной пример! Распутная мать - ужасный пример для ребенка. И я хочу оградить сына от такой беспутной женщины, как ты! - строго сказал Валентайн. - Я не хочу дурного влияния на ребенка.

- Это даже не твой ребенок! - произнесла я, вскочив с кресла.