Отбор ведьм для Господина Зла. Новые чувства под снегопадом - Ева Кофей

class="p1">То ли не зная, как на это ответить, то ли… смутившись?

О, какая прелесть!

— Не часто девушки делают комплименты? — усмехаюсь я.

— Обычно, — всё же склабится он, будто только сейчас вспомнив, кем является на самом деле уже много-много лет, — им нравится другое. Что не так с моим ртом?

Облизывает тонкие губы.

— Он… такой большой.

Хохотнув, Джек бьёт по снегу великанской ладонью и качает головой.

— Про другое обычно говорят точно так же.

— В нём что-то есть, — не поддаюсь я на эти пакостные провокации, по прежнему открыто улыбаясь ему.

— Определённо что-то есть.

Джек хмыкает и вновь отворачивается от меня, уделяя внимание трескучей магии в виде огня.

Я подозревала, что Крыс — это господин зла, но честно говоря мне было не до того, чтобы пытаться это как-то проверить. Ведь и без грызунов в городе троллей и моей голове хватает тайн. А ещё снега, судя по словам некоторых неджентельменов.

— Отчего сразу не сказал, что ты — это ты?

— Хотел понаблюдать за тобой… — шепчет он, создавая своё собственное пламя поверх моего. Синее, жгучее и горячее.

Оно вплетается в красную искристую магию и вместе они сливаются в фиолетовый шар, греющий гораздо сильнее.

По рукам пробегают мурашки.

Вовсе не от холода.

— Как и весь уходящий год? Джек, знаешь, ведь с девушками ещё и общаться можно.

— Как оказалось, — тянет он, — лучше смотреть.

— Отчего господин зла повесил нос? — осмеливаюсь я подсесть к нему.

— Этот лабиринт я помню ещё с детства, — отвечает тролль на удивление легко, и голос его течёт чистой рекой, будто совершенно изменившись. — Точно не знаю в чём дело, но место странное. Иногда здесь и вправду бывают существа, будто из другого мира. Иногда время работает не правильно. Как в том месте, где я нашёл тебя.

— Что? — выгибаю бровь, чувствуя укол холодного страха.

— Не бойся, ты ничего особенного не пропустила, но до испытания оставалось два часа, когда я появился на твоих глазах.

— Нет, — собираюсь подняться, но передумываю — начинает кружиться голова, должно быть, от недосыпа. — Ведь сейчас ночь…

— Мы отошли от того места, но пока болтали прошло ещё пол часа, а то и больше.

Я обдумываю его слова медленно, чувствуя себя сейчас и вправду глупой.

А затем делюсь догадкой:

— Ты не вмешался раньше, чтобы я проиграла в испытании?

— Если ты проиграешь, — отвечает он спокойно, даже ни разу не рыкнув, — это будет только твоя вина. Сама пошла глазеть на дракона. И чего ради?

— Это понятно, — отмахиваюсь я. — Конечно, ни за что бы не пошла, зная, что могу попасть во временную ловушку, но ты всё равно прав. И я не обвиняю тебя. Просто, — стреляю в него взглядом, — получается, ты наблюдал за тем, как я говорю с Аркаем, как блуждаю по лабиринту и… ждал, когда будет появиться удобнее всего?

— С чего ты взяла, что мне удобнее всего сделать так, чтобы ты не выспалась и отравилась на одно из опаснейших испытаний?

— Потому что… — произношу тихо, — ты не хочешь, чтобы я была твоей ученицей. Хочешь, чтобы ушла.

— Ушла, — повторяет он, мотнув головой, — а не погибла. Я хотел оставить тебя блуждать, чтобы потом прийти и сказать: «Эй, Изольда, дурашка, ты не явилась на испытания, а, значит, проиграла, пока-пока!». Было бы идеально, на самом деле.

Тёплые карие глаза такие печальные, что я прикусываю щёку изнутри.

Я даже близко не переживала, что расстрою Робера.

Но с хозяином зимы всё иначе.

— Сова бы принесла мне магический шар с твоими россказнями, — замечаю мягко.

— Скорее всего она бы не добралась сюда.

— Ладно, тогда что помешало тебе сказать мне «пока-пока»?

Господин зла бросает на меня тяжёлый взгляд.

— Ты хотела участвовать. Я обещал, что не стану вставлять палки в колёса.

Я киваю, тронутая не только его словами, но и тем, как он их произнёс.

И всё же…

— Тогда почему появился так поздно?

Он хрустит шеей.

— Не сразу смог продраться сквозь тяжесть этого места.

Отчего-то я ему верю. Последняя снежинка, будто всё это время провисевшая в воздухе, падает ему на нос и капелькой воды срывается с кончика.

— Как используешь час перед испытанием? Я по-прежнему не могу сказать, что ждёт тебя впереди, Изольда.

— Спасибо, что пришёл. Ты, кстати, обещал другое, — мою улыбку обрывает сладкий зевок. — Ведь не подставлять не означает помогать. И всё ж ты здесь. Говоришь, остался один час? Я, пожалуй, подремаю. Разбудишь в нужное время?

Он кивает, облизнувшись, всё ещё мрачный и задумчивый.

Я собираюсь устроиться на снегу, не сводя взгляда с фиолетовой сферы. Тёплой и притягательной.

Но Джек, фыркнув, тянет ко мне сильные руки и заключает в объятия.

— Так, — улыбается, — будет удобнее.

И я не вырываюсь. Честно говоря, совсем наоборот. Ещё и так некстати вспомнился разговор с Гуней… О том, что я ей не соперница, потому что пришла за Джеком, а не Аркаем. Прячу лицо в его шее, будто стараясь таким образом скрыть эти глупые мысли. Он проводит ладонью по моей спине.

— Знаешь, — шепчу в полусне, — я не жалею, что оказалась здесь. Ведь мы смогли поговорить. Немного, но всё же… Я очень это ценю. Ты больше не злишься на меня?

— Я… — он цокает и я буквально чувствую сконцентрированное в его горле напряжение… Не самые хорошие слова вибрируют желая найти выход, но господин зла сдерживает их. — Я чертовски злюсь, Изольда. Очень-очень сильно. Тебе нельзя было отправляться к дракону. И вообще, разве ты не приличная девушка?

— Я ведьма — это раз, — парирую сонно, — и сопровождала Гуню — это два.

— Бестия… Спи. Пусть хоть сколько-нибудь сил восстановится.

— Хочу вернуться в мир людей…

— Сдаёшься? — спрашивает тут же с надеждой.

— Нет, глупый… Но ведь… новогодняя неделя. Праздник, которому радуются не смотря на все беды, что принесла зима. Горячие напитки, вкусности, ёлка, музыка… Не хочешь отметить?

— Это не мой праздник, — отвечает он ворчливо.

— А мне кажется, — последнее, что произношу, прежде чем окунуться в сон, — всё ещё твой…

Глава 42. Восьмое испытание

Мне снится статная женщина в бежевых шелках. От неё исходит красноватый свет. На шее крупная золотая цепочка, на запястьях браслеты, на пальцах кольца. Тёмные волосы с ореховым оттенком и золотистые, яркие глаза.

— Мальчик мой, — усмехается она, и вмиг становится будто ещё красивее, — сама богиня снизошла до тебя и пожелала сделать своим. Подумай хорошенько, прежде чем отвечать.

Я замираю. Сердце пропускает удар. Боль обжигает язык — прикусываю его до крови.

Вновь сон,