Хранительница для короля-дракона - Нинель Мягкова

— Открывай, все хорошо! Все буйные обезврежены! — раздался по ту сторону двери голос Редрика.

Я прикрыла глаза, внимательно отслеживая все подозрительные реакции. Всплеска ненависти нет, но вдруг я просто брошусь, не контролируя себя, без предупреждения?

— Не все! — заорала в ответ. — Не заходи! Пришли Лирана или еще кого из охраны! Только пусть будут готовы к нападению!

— У тебя там кто-то есть? Ты в заложниках? — король обеспокоился, и удары в дверь стали реже, но мощнее.

Он ее выломать пытается, что ли?

— Прекрати портить свое же имущество! — рявкнула я.

В коридоре воцарилась тишина.

— Это точно она, — проворчал его величество. — Но что там такое произошло? Почему мне нельзя?

— Потому что я могу тебя убить! Оказывается, Кива…

Горло перехватило. Говорить вслух о предательстве служанки оказалось на удивление больно. У меня было полдня, чтобы смириться, но этого явно недостаточно.

— Так. Сейчас Лиран зайдет и сам все осмотрит. И мне отчитается! — приказал король.

Он первым взял себя в руки и принялся распоряжаться, исходя из новых обстоятельств.

Я нехотя отодвинула диван. В одиночку тяжеловато, но справилась. И забилась в спальню, подальше ото всех. Еще и одеялом накрылась, как в детстве. Я в домике. Нет меня — нет и проблемы.

А если серьезно, я боялась, что при взгляде на любого дракона меня может триггернуть агрессией.

— Открыто! — проорала и затихла, напряженно прислушиваясь к происходящему.

Шаги. Крадущиеся, тихие. Возглас — гвардеец увидел спеленатую Киву с кляпом.

— Она что, обезумела? — уточнил Лиран, осторожно заглядывая в спальню, судя по шороху.

— Ближе не подходи! Мало ли что, — тут же отреагировала я. — А на полу в гостиной лежит предательница, руководившая всем восстанием. Естественно, организовала и придумала все это не она, но Кива одна из главных исполнителей. А заказчик в Браннаре.

— Мы так и думали, — Лиран помолчал и тактично поинтересовался: — Ваша светлость, а почему вы прячетесь?

— Боюсь сойти с ума и напасть. Кстати, в саду под окнами должен валяться мешочек с артефактами. Их там три. И еще два где-то отдельно. Обязательно найдите все!

Не теряя времени даром, я до вечера проводила тщательнейший обыск. На этот раз проверила все, начиная с нижнего белья и заканчивая набивкой подушек. Нашла еще диски, которые Кива пока не успела подложить. И скорее всего, они не активированы, но от греха и их выбросила.

Заодно занялась чем-то, потому что тупо сидеть в кресле и пялиться в стену, ожидая новостей, было слишком страшно. В голову лезло всякое, в частности видения того, как я убиваю Редрика.

Снова и снова.

Разными способами. Со спины и в лицо.

Так и действительно свихнуться недолго. Или параноиком стать, если не знаешь чего от себя самой ожидать можно.

Эпилог

Мне пришлось провести в добровольной изоляции неделю.

Проверять, насколько на меня повлиял диск за те минуты, что работал, не хотелось. А раз за четыре дня его эффект выветрился полностью, значит, через неделю я точно никого не покалечу в неконтролируемом припадке.

Еду мне передавали слуги, просто оставляли поднос у двери трижды в день и забирали предыдущий. Почти как в отеле во время карантина. Попадала так, помню все ощущения.

Редрик приходил чаще. Особенно по вечерам. Ему даже кресло в коридоре поставили, чтобы удобнее было с невестой общаться.

От идеи жениться на мне он отступать не собирался. Сейчас, после неожиданного восстания и последующей реабилитации пострадавших, как никогда важно показать, что люди и драконы — едины.

Это он сам так выразился.

Я же наконец решила, чем буду заниматься когда стану королевой.

— Ты позволишь открыть школу для девочек? — спросила я на пятый день заточения. — В основном там будут учить магии и контролю над даром. Но и математике, чтению, письму и прочим базовым навыкам тоже.

— Думаешь, это поможет с рождаемостью? — скептически протянул Редрик из-за двери.

— Мне вообще кажется, что проблемы с рождаемостью у вас именно от того, что женщинам позволено слишком мало, — решительно заявила я. — Ну сам подумай, если сравнивать с теми же лошадьми, от кого потомство будет здоровее: от той, что стоит на конюшне постоянно, или от той, что бегает по полям и питается свежей травкой под солнышком?

— Они гуляют… — возразил дракон, но не слишком уверенно.

— Драконицы все-таки не лошади, — тяжко вздохнула. — Разумному существу мало одного выпаса на лужайке. Должна и голова работать, и руки должны хоть чем-нибудь заниматься. Не только вышивкой, или чем там дамы балуются. Тем более вы больше, чем обычные люди. У вас дар! И терять то, что приобрели ваши предки через страдания и стремительную эволюцию с орбисами, только потому, что вы считаете так будет лучше… Пойми, ведь ребёнок растет внутри матери. Получает от нее питательные вещества, все подряд. Иммунитет, кровь, еду. Все!

— И силу? — неуверенно предположил Редрик.

Теория наследственности все еще казалась ему непривычной и диковатой. Но и отметать идею полностью он не спешил.

Наши ежевечерние беседы принесли плоды. Мы лучше узнали друг друга за эту неделю, чем за все прошедшие дни. Делились мыслями, задумками, планами и желаниями. И с каждым днем я все яснее понимала, как мне повезло попасть в лапы именно этого дракона.

— И силу, — подтвердила я. — И чем меньше ее в матери, тем меньше передастся следующему поколению. Потому, скорее всего, и выносить человеческая женщина дитя дракона не может. Банально нет ресурса. Кстати…

Я помялась, раздумывая, насколько тактично поднимать эту тему в отсутствие главных героев истории. Но все же решилась. Если без имен — то можно.

— Не только женщины начали рождаться без дара. Мужчины тоже, — выпалила решительно. — Советую провести тщательное тестирование на государственном уровне. Уверена, обнаружите много интересного.

— Например?

Я явственно представила, как Редрик по ту сторону нахмурился. Захотелось выйти, разглядеть морщинку пальцем. Устроиться на его коленях и зацеловать так, чтобы он и думать забыл про государственные заботы.

Но еще рано!

Сама сроки установила, сама и терпи.

— Например, парочку министров без дракона.

Бездетная одаренная Олиана, на которую так разозлился муж, не давала мне покоя. Не то чтобы даже двое обычных людей не могли иметь проблем с деторождением — да полно таких