Поцелуй убийцы - Хелен Харпер

— Вы туда добрались. Вот что важно.

От его благодарности я испытывала дискомфорт. Оба убийцы до сих пор на свободе, и эта благодарность казалась незаслуженной. Я переступила с ноги на ногу и прочистила горло. Лучшее, что я могла сделать — это быстро задать свои вопросы, а затем дать Кристоферу время, место и утешение от его семьи, в котором он нуждался, чтобы восстановиться.

— Спасибо.

Я обвела взглядом палату.

— Если это возможно, я бы хотела поговорить с тобой наедине, Кристофер. Это не займёт много времени, но мне нужно задать вопросы.

Доктор в белом халате кивнул.

— Мы ждали вас, но он уже весьма устал и нуждается в отдыхе. Я ограничу вас пятнадцатью минутами.

Я пробормотала слова благодарности и подождала, когда все уйдут. Кристофер посмотрел на своих маму и папу.

— Вам тоже лучше уйти.

Его папа начал протестовать, но его мама понимала. Прозвучат такие детали случившегося с Кристофером, которые он не захотел бы сообщать им. Ему вовсе не нужно при каждом взгляде на них видеть, как его собственная боль отражается в их глазах.

— Всё хорошо, Фрэнк, — сказала она и нетвёрдо улыбнулась мне. — Будьте помягче с моим мальчиком.

— Конечно, — пообещала я.

Лукас встал.

— Я тоже уйду, если ты предпочтёшь, но я хотел бы остаться. На мне лежит такая же ответственность найти этого негодяя, как и на Эмме.

Кристофер отвёл взгляд, но кивнул. Его родители ушли, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я села на стул, стоявший ближе всего к кровати Кристофера.

— Почему бы тебе не начать с начала? — мягко спросила я.

Кристофер сглотнул.

— Я точно не помню, в какое время вернулся с работы. После шести, наверное, но я не смотрел на часы. После смены я немножко выпил. Добравшись домой, я планировал сразу лечь спать, но знал, что в этот день будут вывозить мусор, так что сначала опустошил мусорные корзины и пошёл положить мешок в контейнер на улице. Ничто не выбивалось из нормы. У меня не было ощущения, что что-то не так.

Он тяжело вздохнул.

— Я выбросил мусор в контейнер и услышал, как подъезжает фургон. Если честно, я не обратил внимания. Я просто хотел лечь в постель, — он умолк, и в его глазах появился отрешённый блеск. — Я не думал, что мне может грозить опасность. Мне и в голову не приходило, что я могу быть жертвой. Я вампир, — горько сказал он. — Я должен быть сильным.

— Это не твоя вина.

Он кивнул, но я не была уверена, что он мне поверил.

— Повернувшись, чтобы вернуться в дом, я услышал позади себя шаги, а потом что-то ударило меня сзади, — он непроизвольно поднял ладонь к затылку и вздрогнул.

— Доктор сказал, что у него была трещина в черепе, — сказал мне Лукас.

Я поморщилась. Удар получился знатным; тот, кто на него напал, обладал внушительной силой.

— Очнувшись, я уже был вниз головой, — его голос надломился. — Мои клыки уже исчезли. Я пытался высвободиться, — он всхлипнул. — Я так старался. Но там был мужчина… — он стиснул челюсти, пытаясь найти слова, чтобы объяснить. — Он резал меня. Всюду по моему телу, — прошептал он. — Он резал меня всюду.

— Ты видел его лицо?

— Да, — он посмотрел мне в глаза. — Так я понял, что он меня убьёт. Он не пытался скрыть, кто он. Он всё время смеялся и повторял мне, что он победит. Что у него припасён фокус, и что он победит.

Видео. Вот о чём он говорил. Хладнокровный ублюдок.

— Он показал мне мои клыки, — подавленно произнёс Кристофер. — Он держал их на ладони. Сказал, что оставит меня одного, потому что надо отдать их кому-то. И тогда он ушёл. И я знал… я знал, что умру там.

Всё его тело дрожало. Я протянула свои руки.

— Можно мне?

Он кивнул. Я потянулась к нему, взяла его ладони и крепко сжимала, пока дрожь не унялась. На это ушло больше времени, чем хотелось бы всем нам. Когда к нему вернулась способность говорить, Кристофер поднял голову. Он смотрел не на меня, а на Лукаса.

— Он вампир, — прошептал он. — Он один из нас.

Глава 21

Фотография Маркуса Лайонса лежала на столе между Мюрреем и мной. Колкахун стояла в углу, с мрачным лицом и скрещенными на груди руками. Лайонс улыбался с фото лукавой, мальчишеской улыбкой, которая говорила о бесшабашных ночах, весёлых проделках и большом сердце. Он не выглядел как хладнокровный убийца, но мы все знали, что нельзя судить по внешности. Убить мог любой, и неважно, выглядел ли он милым и ангельским или коварным и опасным.

Мюррей удовлетворённо причмокнул губами.

— Убийца Дуролом, — объявил он. — Наконец-то.

— Вы его знаете? — спросила Колкахун.

— Его лицо кажется смутно знакомым, — сказала я. — Я видела его где-то.

Это мало что значило. В Лондоне было всего около тысячи вампиров, и не считая нескольких нарушающих закон исключений, большинство из них жило в Сохо и поблизости. Рано или поздно я видела лица их всех.

— Я, наверное, проводила с ним какое-то время, но я мало что о нём знаю, — я подняла картонную папку. — Однако у Лукаса было полно информации.

— Как он воспринял новости, что за это ответственен вампир? — спросила Колкахун.

Я поджала губы.

— Его предал его сородич. Для него это худший сценарий из возможных.

Лукас был не просто потрясён, он был сокрушён. Он разражался тирадами и бушевал; в первую очередь ему хотелось знать, зачем. Что заставило Маркуса Лайонса убивать и пытать?

— Ммм, — на лице Колкахун промелькнуло сочувствие. Я гадала, может, те колоссальные подвижки, которых нам удалось достичь в объединении с человеческим сообществом, исчезали у нас на глазах. Кем бы ни был другой убийца, очевидно, что Маркус Лайонс, чистокровный вампир, был хладнокровным и безжалостным убийцей.

Мюррей скрестил руки на груди.

— Твой бойфренд знает, где Лайонс?

Я встретила его взгляд. Как