Мия и голем - Ева Финова

сказку про голема по имени Кори.

– А‑а‑а, люблю её, – лицо моё наверняка осветилось миленькой улыбочкой. – Он такой отважный, отправился в карьеры спасать свою хозяйку.

– Да, наверняка твой дедушка пытался этим на что‑то мне намекнуть.

– Например?

– Например, на то, что я всё‑таки твой слуга.

– Нет! – не заметила, как вскричала на всю столовую. Воцарилась оглушающая тишина. Оглянулась по сторонам и снова обнаружила всеобщее внимание на моей неугомонной персоне.

– Давай продолжим разговор в менее людном месте, – попросила я Аарона, понизив голос. – Ты доел?

Вместо ответа Лейк кивнул.

* * *

Горный хребет Якату. Город Сойн. Аарон Лейк

Что она со мной делает? Как она может так легко пробуждать во мне эмоции, о существовании которых я давно позабыл?

Когда умер мой отец, я долгое время молчал, не говорил ни слова, даже с мастером своим – другом детства – общался исключительно жестами, указывая на ту или иную деталь корабля. Но сейчас шёл по узенькой улочке миленького городка с цветными занавесками, выглядывающими буквально из каждого окошка, и не замечал никого и ничего вокруг.

Мия рассказывала без умолку про свои приключения на плотах, и я шёл рядом с ней и улыбался, как последний идиот.

– А ты что молчишь? – хозяйка бросила на меня хитрый взгляд.

Когда она врезалась в меня с объятьями, я чуть не умер на месте, не зная, что бы это значило, и как реагировать на подобное, тем более в присутствии её деда. Помнится, Арэл недвусмысленно дал понять, что сделает, если заметит между нами хоть какие‑то намеки на близость.

Но как тогда назвать вот то, что происходит между нами сейчас?

Я ей не ответил, и миленькая ллиска, как они называли свою расу, надулась.

– У меня почти не осталось приятных воспоминаний о своём мире. – Я невольно вздохнул.

– Но ты скучаешь? – Её такой наивный и добрый взгляд заставляли меня еще глупее улыбаться. – Ты же не хочешь вернуться назад?

Ответил однозначно и категорично:

– Нет.

– Вот и отлично!

Мия оживилась и вновь принялась с интересом рассказывать про их подростковые вылазки в карьеры и спуски на плотах.

– А этот Лео, он тот самый, который…

Не успел договорить, как она меня перебила.

– Нет, он мне никто.

– Вообще‑то, я хотел узнать, это он с тобой соревновался на той арене, когда я расщепил на атомы его горочку камней?

Хозяйка заметно покраснела – недобрый знак. С достоинством проглотил укол ревности и чуть не стукнулся головой стену, чтобы выкинуть оттуда дурацкие мысли. Успел уже себе напридумывать всякое за то время, пока она вот так дружелюбно со мной говорила.

– Он был моим приятелем… – Мия немного пожевала в губы, подбирая дальнейшие слова: – В детстве.

А я словно вновь научился дышать. Оказалось, пока она не договорила фразу, я затаил дыхание. Вот так новости, помнится, я над ним насмехался.

– У вас с ним…

Рука дернулась, чтобы врезать себе по лицу. Это. Не. Моё. Дело!

– Нет, он мне даже не друг, – робко проронила хозяйка и поспешила сменить тему:

– А что вы едите? И как питаетесь?

К тому моменту, когда мы дошли до интересных вопросов обо мне, успели приблизиться к довольно интересной деревянной конструкции, напоминающей зигзагообразную лестницу, пристроенную прямо к обрыву.

– Давай спустимся на плоты, там обычно в такое время уже никого нет, а заодно я покажу тебе механизмы подъема ларгов и расскажу, что нас ждет завтра?

К сожалению, я переваривал её слова порциями и даже немного обрадовался, когда Мия предложила уединиться. Теплое приятное чувство разлилось по телу, однако тут же испарилось, когда я понял, с какой целью она меня тянет на эти самые злосчастные плоты.

Не хочет опозориться. Точнее, не хочет, чтобы я её опозорил.

Моральных сил хватило только на то, чтобы молча кивнуть. Но проницательная Мия сразу всё поняла. Потому замерла на первой ступеньке и воззрилась на меня вполоборота. Смотрит так странно и тоже молчит.

– С тобой, определенно, что‑то не так.

Хороший вывод. Мне нравится. Главное, она не стала задавать еще более неудобные вопросы. Но нет, рано обрадовался.

– Так что там с питанием и размножением?

Чуть слюной не подавился.

А тут еще и взгляд перевел вниз. Посмотрел на то, что на дне обрыва.

И… Голова слегка закружилась от высоты отвесного выступа. До воды лететь и лететь, если надумаю спрыгнуть.

– Прости, это, наверное, бестактный вопрос, – Мия слегка смутилась.

– Про питание и размножение я отвечу… – Улыбнулся из‑за её смущения. Ведь она все‑таки знает, как на меня действует, наверняка догадывается. Может быть, откровения и помогут разрешить то недопонимание, которое стоит между нами сейчас? Потому добавил: – Но только давай вначале спустимся пониже или же, наоборот, отойдем от обрыва. Иначе боюсь непоправимого.

– Хорошо!

Хозяйка повеселела и, словно привычная к такому спуску, резвенько преодолела первый пролет, затем второй. На третьем остановилась и крикнула:

– Ты идешь?

– Да…

Рядом с Мией, худенькой, шустренькой, хоть и взрослой, судя по словам её деда, но такой наивной ллиской, я чувствовал себя просто юнцом! Пытался её догнать и на каждом пролете в последний момент уворачивался от деревянной перекладины, чтобы не рассечь лоб.

Видимо, строители не предвидели столь высоких путешественников. Интересно, а как у них дела обстоят с весом? Ведь пока спускался, я слышал скрипы то одной ступеньки, то другой.

Страх, что эта конструкция не выдержит нас обоих и оборвется, пробуждал во мне страшные чувства. Хотелось поскорее окрикнуть Мию, опередить и ступать более медленно и осторожно.

В принципе, я бы так и сделал, если бы не заметил, что до деревянного широкого пирса, на который мы спускались, оставалась какая‑то пара пролетов.

– Сейчас сезон отливов, и поэтому сваи так высоко торчат из воды. – Хозяйка к тому моменту, как я спустился к ней, уже стояла подле какого‑то деревянного ящика и смотрела на воду.

– До плотов, жаль, так просто не спуститься. Но, если хочешь, можем использовать лебедку.

– Зачем? – я в очередной раз не осилил её мысль.

– Как зачем? Чтобы я показала, что будет завтра.

Ах да, точно.

– Может быть, ты просто расскажешь? – я попытался затолкать неприятные предчувствия и страх подальше, вместе с искренним желанием, чтобы это треклятое завтра не наступало.

– Хм, ладно, – Мия села на ящик.

Я умостился рядом с ней прямо на пол.

Удивительно ли, но моя макушка сейчас находилась чуть выше её плеча.

– Итак, ты первый.

Я невольно оглядел то место, где мы очутились, чтобы убедиться, что за нами никто не подглядывает. Ведь кто его знает, как Мия отреагирует, когда я удовлетворю её любопытство.

Вокруг никого, и только волны шумно облизывают сваи под нами, разбиваясь о скалы.

Мы сейчас находились на большом деревянном причале с тремя пирсами, напротив каждого из которых поднимались зигзагообразные лестницы, чем‑то напоминающие строительные леса.

Вместе с тем по обе стороны от этих лестниц торчали вмонтированные прямо в скальную породу устройства с катушками, шестеренками