Кикимору вызывали? - Юлия Николаевна Ляпина

раз напоминал ей, что за кухней отлично следит Нинья, а вышивку он вообще не любит, предпочитая тесьму и кружева.

Затем кикимора, кажется, сдалась. Не выдергивала руку, когда он целовал ей пальцы при встрече. Не отказывалась посидеть рядом с ним в патио. Не кричала, не бранилась, просто молча смотрела на мужчину огромными зелеными глазами так, что ему становилось не по себе.

Однажды он не выдержал. Грохнул на каменные плитки вазу с цветами и прокричал:

– Все! Я сдаюсь! Не хочешь за меня замуж – не выходи! Только… останься здесь. Со мной. Просто будь рядом!

Карина словно во сне медленно кивнула, встала и ушла в свою комнату. Она провела там целый день – благо, было воскресенье, а в понедельник как ни в чем не бывало вышла к завтраку и спросила своим обычным, живым голосом, какое у них сегодня будет дело.

– Мы сегодня идем во дворец, – напомнил ей Аугусто. – Его величество получил письмо от дочери и пожелал нас видеть.

– Как во дворец? – трепыхнулась кикимора. – Мне же нечего надеть!

В ответ мужчина улыбнулся – наконец-то его неугомонная гостья пришла в себя. Целая неделя покорного молчания его откровенно напугала.

– Платье готово. Портной сыскарской службы снял мерки. Ты ведь лейтенант, тебе полагается мундир.

Карина бросила завтрак и помчалась наверх – мерить платье. Оно действительно было скроено как мундир, только вместо брюк полагалась юбка. Быстро переодевшись и подобрав волосы, девушка сбежала вниз и встретилась с облаченным в парадный мундир старшим лейтенантом.

– Готовы, синьорита?

– Нет! Но, полагаю, это ничего не изменит!

Они сели в экипаж с гербом магсыска и отправились на аудиенцию к его величеству.

В столице уже было известно, что инфанта благополучно прибыла во Франконию и вышла замуж. Теперь все трепетно ждали сообщения о скором появлении наследника.

Между тем сыщиков встретили и проводили в небольшой зал. Некоторое время они напряженно ждали, пока к ним не вышел сам король Гишпании Альфонсо II. Он был не старым еще человеком, сухощавым, со строгим лицом. Клиновидная бородка и тонкие ухоженные усы делали его немного старше и грустнее.

Дон Медина немедля низко поклонился, подметая пол перьями форменной шляпы. Синьорита Видаль присела в реверансе, благодаря про себя тетушку, обучившую ее этому тонкому искусству.

– Сыскари? – негромко сказал его величество. – Моя дочь прислала мне письмо, в котором написала о вас много добрых слов. Я рад, что вы выполнили свой долг и сберегли мою дочь!

Аугусто снова поклонился, Карина присела, и на этом аудиенция была закончена. А вот ее последствия дожидались сыскарей в коридоре. Во-первых, с ними все желали познакомиться. Медину хлопали по плечу, спрашивали, куда он пропал, приглашали на вечеринки и семейные встречи. На Карину смотрели осторожно, но парочку приглашений от дам старшего возраста она все же получила. Ее воспринимали как диковинку – подумать только, женщина-сыскарь! Вот и приглашали как способ украсить скучный вечер или позубоскалить насчет ее провинциальных манер.

Впрочем, кикимору это не трогало. Она хищным взглядом наблюдала за дамами, яркими бабочками слетевшимися к герою дня.

– Дон Медина, как жаль, что вы редко бываете при дворе!

– Дон Медина, рада встрече! Как, вы меня не помните? Мы же вместе с вами танцевали на балу доньи Бланки!

Карина довольно терпеливо сносила всю эту суету. Просто видела, что старшего лейтенанта не трогают порхающие ресницы, умильные взоры и улыбки. Однако вскоре к Аугусто подошла дама совсем другого склада. Высокая, очень красивая, одетая в темно-вишневое платье, расшитое жемчугом. Рядом с ней померкли бы все присутствующие дамы, кабы не кислое выражение ее лица.

– Дон Аугусто Медина? – сказала дамочка, и Карина тихонько хмыкнула – голос у этой нарядной птички оказался неприятным, а тон – высокомерным.

– Донья… – тут лейтенант сделал паузу и лишь потом безразлично-вежливым тоном продолжил: – Адорасьон ди Кармина. Не ожидал вас увидеть.

– Это я не ожидала встретить вас при Дворе! – ответила красавица.

– Как видите, иногда я тут бываю. А где ваш почтенный супруг? Хотелось бы его приветствовать…

Дама побледнела от гнева, но сдержалась:

– Дон Кармина сегодня занят.

– Что ж, передавайте ему мой привет! – старший лейтенант слегка наклонил голову, и Карине почудилась в его словах легкая издевка.

Она подошла к Аугусто и негромко спросила:

– Дон старший лейтенант, мы можем идти?

– Нужно поставить в известность мажордома. Возможно, его величество пожелает увидеть нас вновь или пригласить к столу, – ответил Медина и, предложив кикиморе руку, повел ее к невысокому толстячку в строгом черном камзоле с золотыми гербами.

– Дон Луис, – крайне вежливо обратился к нему благородный дон, – мы уже можем уйти?

Толстячок зыркнул на них, заглянул в свою тетрадь и ответил:

– Его величество приглашает дона Медину и сеньориту Видаль на ужин в компании ее величества и принцесс. Сегодня, через три часа.

– Благодарим вас, дон Луис! – раскланялся лейтенант.

– Что мы будем делать во дворце три часа? – испуганно дернулась Карина.

– То же, что и все остальные, – хмыкнул Аугусто. – Для начала выйдем в сад и полюбуемся работой садовников.

Он увлек кикимору на свежий воздух, и девушке стало легче. Хотя сильная жара уже спала, но плотное мундирное платье добавляло ей трудностей. Они немного прошли по аллее до фонтана, и уже у воды Карина спросила про донью ди Кармина.

– Когда-то я был влюблен в эту особу, – честно признался Аугусто. – Она из благородного рода, я тоже. Мы могли пожениться, но она выбрала богатого торговца. Как видишь, донья Адорасьон сделала хорошую партию.

Кикимора усмехнулась:

– То-то эта дама так на вас налетела, дон старший лейтенант. Прошлое не дает покоя.

– Я был юным и глупым, – пожал плечами Аугусто. – Думал, что любовь может накормить лучше золота.

– Иногда может, – девушка улыбнулась и вдруг разгладила тонкую морщинку, которая возникла у мужчины между бровями. – Ваше предложение все еще в силе, дон Медина?

Аугусто понадобились доли секунды, чтобы осознать, о чем его спрашивают.

– Я готов хоть сейчас отвести вас к священнику, синьорита Видаль, если вы дадите свое согласие составить мое счастье! – немного вычурно выпалил он.

– И ваши родственники не утопят вас за подобный брак в фонтане?

– У моих родителей есть наследник, запасной и две дочери. Я получил свою долю и могу жить, как хочу, – ответил лейтенант, едва сдерживаясь, чтобы не начать целовать Карину – такую красивую и яркую в этот момент.

– Тогда я согласна стать вашей женой, дон Аугусто Мануэль Медина! Вместе служить Короне и оберегать покой жителей этого города.

Аугусто склонился над ее рукой, а потом извлек из кармана мешочек