Фея в Темной Академии (СИ) - Алексеева Ирина Сергеевна

Взглянув в большое зеркало, что полностью занимало одну из стен, я содрогнулась. Мой подбородок, шея и лиф платья были залиты кровью, что продолжала сочиться из носа. Под красными, опухшими от слез глазами залегли тени, кожа казалась неестественно бледной, а прическа напоминала воронье гнездо. Может, стоило оставить все как есть, чтобы шанар еще долго не захотел разделить со мной постель? Хотя, нетрудно было представить его действия в этой ситуации. Он бы просто накинул подол платья мне на голову и взял бы то, что ему было необходимо.

Несмотря на ветхость здания, в нем был вполне рабочий водопровод и привычная мне сантехника. Видимо, шанар приложил некоторые усилия, чтобы сделать свой дом пригодным для длительного пребывания.

Я тщательно умыла лицо холодной водой и, как могла, причесала и пригладила волосы. С платьем ничего сделать было нельзя, разве что снять его и сжечь, но замены у меня не было.

В дверь настойчиво постучали.

— Леона, – донесся до меня нетерпеливый голос шанара. – Ты не можешь сидеть там вечно.

Поспорим?

Но дверь в ванную не запиралась изнутри, и действия Айн-Андара были проявлением его деликатности, которую я все равно не оценила. Что мне его манеры, если после этого он все равно меня изнасилует?

Пернатый будто прочитал мои мысли, и когда я показалась на пороге, приглашающе похлопал ладонью по матрасу.

— Мне бы не хотелось принуждать тебя, – сказал он. – Согласись, я достаточно привлекательный, чтобы вызвать у тебя ответную реакцию.

Привлекательный – это было слабо сказано. Этот мужчина был просто возмутительно, идеально красив и, возможно, именно поэтому был вынужден носить в академии маску – чтобы не смущать трепетные сердца юных адепток. Но феи были устроены иначе. Встретив свою истинную любовь, мы переставали обращать внимание на других мужчин. Они просто переставали для нас существовать. А мое разбитое вдребезги сердце уже успело сделать свой выбор. Пусть и неудачный, но другого в моей жизни уже не будет. Такая вот злая насмешка судьбы.

Я застыла на месте, не в силах сделать шаг навстречу. Если отдамся добровольно, точно никогда не смогу себя простить, и никакое время не залечит эту рану.

Шанар криво усмехнулся, снова безошибочно угадав мои мысли, и в один миг с него слетело все видимое добродушие. Обаятельный мужчина исчез, уступив дорогу хищнику, который уже почуял добычу. Сердце сжалось и пустилось вскачь, но бежать было некуда, а как еще себя защитить, я не знала.

Когда Айн-Андар уже готов был меня схватить, сверху раздался грохот, после чего сверху с треском посыпались доски. Чудом не пострадав, я скользнула в ванную и закрыла дверь, тогда как потолок в комнате, кажется, окончательно провалился. Сквозь шум до меня донеслись проклятия шанара и громкое рычание, которое показалось мне знакомым.

Каин?

Как он нашел меня так быстро?

Будто в ответ, ключицу обожгло болью и, повернувшись к зеркалу, я слегка оттянула лиф платья. На бледной коже четко проступила татуировка. Видимо, это была та самая брачная метка драконов, о которой предупреждал меня лорд Рэвенхарт. Но почему она проявилась только сейчас, а не сразу после совместно проведенного времени? Или я просто раньше ее не замечала?

Стены ванной комнаты дрогнули, с потолка посыпалась деревянная труха. Оставаться на месте было небезопасно, и я осторожно приоткрыла дверь, чтобы выглянуть наружу. Пола в спальне больше не было. В середине, где раньше стояла кровать, зияла огромная дыра, из которой до меня доносились крики и рычание, а еще поднимался едкий, белесый дым, который медленно заволакивал все помещение.

— Где Леона? – услышала я.

Да, там определенно был Каин. Я безошибочно узнала его голос, пусть и искаженный трансформацией. И прямо сейчас дракон сражался с шанаром. Несмотря на злость, я желала лорду Рэвенхарту победы, ведь он пришел, чтобы меня спасти. И не так важно, что его целью была его драгоценная ведьма.

Кстати, о ней.

Вдоль стен пол еще местами сохранился, и комод, из которого Айн-Андар доставал кристалл, все еще стоял на месте. Украшение лежало на гладкой деревянной поверхности. Видимо, готовясь к совместному времяпрепровождению, мой похититель положил его туда. Двигаясь мелкими шагами, я подобралась к вожделенному предмету мебели и схватила камень. После этого, будто по команде, прогнившие доски под ногами провалились, и я полетела вниз. Инстинктивно сплетя заклинание левитации, я даже удивилась, что оно сработало, и я мягко приземлилась на первом этаже дома. Видимо, вторжение Каина разрушило не только внешнюю иллюзию, но и всю защиту.

К тому моменту, как я оказалась внизу, там уже все затихло. Не было слышно взаимных угроз и шума драки, но помещение так сильно заволокло дымом, что я практически ничего не видела. Бой, судя по всему, закончился, и до меня доносилось лишь тихое, хриплое дыхание и потрескивание пламени. Еще немного, и дом обрушится, похоронив под собой всех, кому не посчастливилось выбраться. И мне бы стоило спасаться, но я чувствовала, что ни один из мужчин не покинул здание.

Призвав магию, я, как могла, погасила пламя. Местами все еще полыхали крошечные очаги, которые грозили снова разрастись в полноценный пожар, но мне хватило одного мига, когда дым рассеялся, чтобы оценить обстановку. Оба мужчины лежали у одной из стен, залитые кровью. И если Каин казался мне относительно невредимым, то Айн-Андар лишился головы. Судя по неровным краям, она была оторвана, и тело, отброшенное в сторону, продолжало конвульсивно подергиваться. Подавив приступ тошноты, я подошла ближе. Это было не так просто, потому что весь пол был завален обломками второго этажа, среди которых была практически не пострадавшая кровать.

Добравшись, наконец, до Каина, я приложила пальцы к его сонной артерии, проверяя пульс. Но и без этого было видно, что мужчина жив, его грудь тяжело вздымалась, и при каждом вдохе на приоткрытых губах пузырилась кровь. Надо было как-то вытаскивать его из здания, готового в любой момент обрушиться окончательно.

Стоило бы, наверное, наказать обманщика и оставить его умирать, но вместе с ним погибла бы и большая часть моей души. С такой раной мое дальнейшее существование было бы невозможно.

Применив в очередной раз заклятие левитации, я, придерживая массивное тело руками, направилась к выходу. У самой двери меня разобрал приступ кашля, и дальнейший путь пришлось проделать наощупь, потому что за пеленой слез ничего не было видно.

За белым забором уже начала собираться толпа, привлеченная шумом и дымом. Я слышала отдаленный гул голосов, чьи-то отрывистые команды, но все мое внимание было сосредоточено на Каине. Он тяжело и хрипло дышал, как будто вздумал умереть. Слипшиеся от пота волосы облепили бледное лицо, глаза были плотно закрыты. Видимо, Айн-Андар нашел способ победить дракона прежде, чем лишиться головы.

Я осторожно опустила мужчину на землю и села рядом, не зная, чем помочь.

— Леона, – неожиданно позвал он. В его груди что-то тревожно булькнуло, от чего мое сердце болезненно сжалось.

— Я здесь, – отозвалась я.

Открыв глаза, он повернул голову, и окровавленные губы искривились в горькой усмешке.

— Прости меня, – было заметно, как трудно ему дались эти слова. И эмоционально, и физически, но внутри меня ничего не отозвалась. Зияющая пустота в том месте, где раньше находилось мое сердце, пульсировала болью и не способна была на иные чувства.

Мне хотелось отодвинуться от него, встать, и уйти. И я уже почти осуществила задуманное, уверенная, что люди за забором о нем позаботятся, когда он проворно схватил меня за руку, а в следующий миг нас подхватил вихрь мгновенного телепорта. Несколько мгновений головокружительного полета, и мы оказались в спальне Каина.

— Не хотел умирать среди врагов, – тихо пояснил дракон.

Я кивнула и вырвала у него свою руку.

— Ты не умираешь, – чувствуя горечь во рту, ответила я.

— Айн-Андар применил смертельное заклятие, – не согласился со мной дракон. – Оно необратимо.