Не пугайся, детка! Ты - дочь василиска (СИ) - Новак Нина

Мы с бабушкой просмотрели новости в кают-компании и одновременно облегченно выдохнули. Имя Шона не было упомянуто.

Но что это такое творится? Кто устроил побег Олафа Орера, если это, конечно, он? И с какой целью?

— Может, староста Сирил пришел на выручку сыну? Тогда они, скорее всего, уже вернулись в Оазис, — поделилась бабушка подозрением.

Я согласилась с ней, но все равно стало как-то тревожно. Только бы вся эта заварушка не коснулась Шона.

Тем не менее первые три недели путешествия прошли весело. Правда веселье это было слегка лихорадочным, но иначе бы мы, наверное, окончательно сошли с ума от неизвестности. Мы не только не знали, где Шон, но и не представляли, что ждет нас по прибытии в Гергию. Бабушка Кэрол руководствовалась исключительно рассказами подруги, а это значило, что стоило готовиться к импровизации и новым сложностям.

Развлекались мы как могли, благо первый класс предоставлял море возможностей. Котенок вместе с моряками и кормил странных прыгучих рыб, которые следовали за нашим пароходом, и бродил с полковником по палубе, и играл со сверстниками, хоть и под нашим строгим надзором. В общем, мы всячески пытались забыть, что положение наше шатко.

По вечерам собирались и поддерживали друг друга. Я уже успела оценить размеренный ритм местной жизни. Никакой торопежки, все потихоньку, степенно и чин чином.

Удивлял меня и катанский техномагический прогресс, который двигался как-то рывками. У них имелось много аппаратуры, работавшей на магии, но не были развиты, например, скоростные самолеты или поезда. Маголеты отличались допотопной конструкцией и наш пароход вот тоже плыл на силе пара и магии. И это в мире, похожем на наш двадцатый век. Но зато прояснилась задумка папеньки привнести сюда боевые машины и все потопить в крови и ядовитом магическом топливе.

Креативный у меня папенька. И, главное, широкой души человек. Не к ночи будь помянут, конечно.

Мы, по обыкновению, сидели за столом в кают-компании. Меня клонило ко сну и еще постоянно хотелось солененького.

— Так это к детишкам, — громогласно обрадовала меня Питт-Роуз.

— Что к детишкам? — не поняла я.

— Так двойня у вас. Мальчик и девочка. Пока крошечные, но я уже различаю ауры.

— Вы видите ауры?! — воскликнул полковник восхищенно.

— Двойня?! — это уже я с криком подпрыгнула на стуле.

Чего-то мы с Эфорром, видимо, слишком увлеклись той грязной книжкой. Не уследили и сделали аж сразу двоих.

— Белинда у нас самородок, — довольно заметила бабушка.

А я вот и не знала, как зовут кухарку. Все обращались к ней по фамилии.

— Ну да, мальчишка — оборотень-василиск в папашу, — подмигнула мне Питт-Роуз, — а девочка обычная, но с даром. Пока не разберу с каким.

Я круглыми глазами посмотрела на бабушку.

— Шон обрадуется, — грустно произнесла она, а потом, спохватившись, добавила. — А с Белиндой мы служили в управлении. Она была специалистом по аурам и сильным менталистом, но потом ее подставили.

— Интриги. Привычное дело в тех кругах. Я безошибочно вылавливала фальшь и негативные эмоции, а также сразу чуяла, если кто-то замышлял преступление. Хотя напрямую мысли не читала. Ну а это не всех устраивает. И в первую очередь начальство. М-да. Начальство даже больше, чем самих преступников.

— Я предложила ей работу секретарем, но Белинда попросилась на кухню.

— Всегда любила готовить. Да и мне было предпочтительнее скрыться и не светиться тогда. Кто обратит внимание на скромную повариху? А потом вышла замуж за мистера Питт-Роуза, дворецкого. Двадцать лет прожили душа в душу, — кухарка менталист смахнула скупую слезу.

Надо же. Все-таки, как ни крути, но семья Эфорров не переставала меня удивлять. Даже слуги — и те с секретом.

Узнав о беременности, я стала дольше проводить на палубе, глядя на воду. Мне казалось, что малышам необходим воздух. Много свежего воздуха.

Странно, что я сама не засекла изменений. Но они пока были такими незначительными, а я к тому же валила все на качку и тяготы пути.

До прибытия уже оставалось всего ничего и я начала выползать из каюты и по утрам тоже, несмотря на легкую тошноту.

Я закрывала глаза и пыталась связаться с Шоном. Усиленно старалась передать ему радостную новость, но не знала, получается или нет. Тяжелых эмоций от него не приходило. Чаще я чувствовала сосредоточенность и иногда глухую тоску. Потом я традиционно обозревала небеса, в надежде увидеть гаргулий или даже самого василиска. Но тщетно. Небо всегда было ясным, пронзительно голубым и пустым.

Если Шон свободен, то почему не летит за нами? — постоянно крутился в голове вопрос.

Я привычно вгляделась в небо, вздохнула. Краем глаза заметила группку молодых женщин, остановившихся поблизости и о чем-то оживленно беседовавших. Мазнула по ним равнодушным взглядом и провела рукой по своим розовым ушам. Да, я их видела, когда смотрелась в зеркало, и ощущала, и… это было удивительно. Но, к сожалению, метаморфозы отнимали много магической силы и во время беременности давались с трудом. Бабушка Кэрол объяснила это тем, что малыши забирают у меня часть магии и даже показала пару упражнений, помогающих стабилизировать этот процесс.

— Меня распределили в госпиталь Древесной Матери, — тем временем проговорила одна из девушек и остальные заголосили, восхищаясь, как повезло их подруге.

В тот же момент ко мне подошла крайне взволнованная Питт-Роуз. В летнем костюме и в плоской шляпке она смотрелась неказистой, но имидж требовал. Тут не походишь в свободной рубахе с закатанными рукавами.

— Ты ничего необычного не замечаешь в этих девицах? — спросила она меня тихо, оттащив в сторону.

— У одной темные всполохи на ауре, — ответила я, приглядываясь.

— И я о том же, — кивнула Питт-Роуз. — Это ведьма. И брешет она про госпиталь. Но не пойму, в чем подвох.

Значит, все-таки выследили? Вдалеке гуляли бабушка с Потти, но ведьмочка не обращала на них внимания. Или притворялась, или не знала, кто они.

Тем не менее мы стали осторожнее и спускаться на берег решили уже под другими личинами.

Вскоре показалась Гергия. Бабушка отказалась от грима и перевоплотилась просто во вдовствующую даму под вуалью. Я превратилась в жгучую брюнетку с ребенком. Потти прикрыли ушки соломенной шляпой. А Питт-Роуз с полковником изобразили женатую пару и шли позади, защищая тылы.

И уже ступая на пристань, я вдруг почувствовала.

Ощущение чужой пьянящей радости пронзило меня насквозь. Шон, наконец, ответил.

Глава 47 О коварных конспираторах

Этот вредный и вездесущий Шон был прав во всем. Столица Гергии… тоже Гергия, встретила нас жарой и пылью. Перенаселенный город ломился от пестрых людских толп, юрких скутеров и обезьян. Они тут бегали по улицам как собаки.

Но Потти был в восторге, и когда наглая мартышка вырвала у него прямо из рук банан, заявил, что покормил обезьянку. Добрый, добрый ребенок. И какой из него темный магистр?

К сожалению, в этом столпотворении вавилонском мы потеряли девушек медсестер. Но устраивать за кем-либо слежку мы с бабушкой были не в состоянии.

Она подняла вуаль и устало протерла лоб платком.

— Вряд ли эта особа имеет к нам отношение, иначе на нас бы уже напали.

— Думаю, темных отвлекли от нас гаргульи, — у меня в глазах темнело от слишком слепящего солнца, но я все равно по привычке обозревала горизонт.

— А остальными занялись мисс Рой и ее люди, — кивнула бабушка. — Но это не значит, что мы в безопасности. Если бы с нами был Шон, он помог бы с пологом невидимости, а я не умею его накидывать.

— Быстрее, быстрее, — поторопила нас Питт-Роуз. — Мы должны взять такси. Катерине в ее положении вредны толчея и жарюка.

Меня подхватили под руки и повлекли к машине, которую остановил полковник.

Нет, как все не вовремя — забеременела бы после возвращения в Каллин. В спокойной обстановке, так сказать. Но мысль, что Шон меня услышал и ответил, грела сердце, поддерживая.