Ее высочество няня (СИ) - Никитина Анастасия

— А чего вы ожидали? — парировала я, снова поворачиваясь вокруг своей оси под звуки великолепной музыки. — Я Весна. А Весна непредсказуема.

— И все же на островах давно научились предсказывать даже ваш приход.

ГЛАВА 41

— А на континенте еще нет, — улыбнулась я, усилием воли подавив дрожь. Иначе почему вы так удивились моему появлению?

— Ну, хотя бы потому, что никто не ждал весну в середине лета.

— Я уже говорила, что люблю сюрпризы.

— А я вот за редким исключением просто ненавижу, — усмехнулся ла Вейн.

— Тяжела жизнь у палача, — с притворным сожалением вздохнула я. Голубые глаза, еще секунду назад теплые и смеющиеся, заволокло льдом.

— Я вижу, вы меня узнали, — холодно проговорил он. — Впрочем, верно. Кто же не узнает главного палача королевства, не так ли.

— Ваш наряд говорит сам за себя. А мы на маскараде. Здесь каждый становится тем, кем хочет, — парировала я неуместный приступ то ли самобичевания, то ли откровенности.

— А вы, значит, решили стать эльфийской весной.

— А почему бы нет? Разве я не разбудила от спячки даже усталого палача? Разве не заставила кровь быстрее бежать по его жилам?

— Разбудили, — усмехнулся ла Вейн. — Но не только мужчину в палаче, но и зависть мужчинах. По-моему, половина присутствующих мечтает с собой жестокостью отправить меня на тот свет.

— А в мое отсутствие они питали к вам исключительно теплые дружеские чувства? — вернула ухмылку я.

— Два-один, — рассмеялся ла Вейн. — Но с вашим появлением эта мечта стала вдвое желаннее. По крайней мере, лорд Вампир до сих пор не осмеливался скалить на меня свои клыки.

— А может, тому есть какая-нибудь другая причина?

— Какая может быть… — начал было герцог, но тут музыка резко смолкла.

Распорядитель бала громко ударил своим посохом в мозаичный пол. И вместе с тем главные часы принялись отсчитывать двенадцать ударов. Промеж растерянных танцоров и прочих гостей замелькали слуги с подносами. Один из них остановился радом с нами, и ла Вейн забрал у него два бокала, тут же передав один из них мне.

— Что это? — спросила я. — Маски снимать еще рано.

— Я бы сказал, что это сюрприз, но не хочу быть столь же жестоким, как вы, — с улыбкой отсалютовал бокалом герцог. — Это традиционная речь старшего представителя династии. Однажды эти слова произнесет наш король. Но пока его устами говорит крон-принцесса Эрика.

Я замялась. Не отпить вина по такому случаю — прямое оскорбление. Но не доставать же свой определитель ядов. Герцог мог узнать артефакт. Ведь совсем недавно он видел его очень и очень близко. А я не сомневалась, что с памятью у его светлости проблем нет.

Эрика между тем несла положенные к случаю благоглупости. А я сжимала фигурную ножку бокала похолодевшим пальцами: «Рискнуть? Случайно опрокинуть? Солгать, что вино мне запретили целители?»

— Отравы нет. Я проверил, — огладил уши прохладный шепоток Лемока.

Ла Вейн даже головы не повернул, явно не заметив появления призрака.

— Не видит он меня, светозарная леди, — чуть ворчливо добавил эльф, правильно истолковав мой косой взгляд. — Этот полукровка ровным счетом ни на что не способен.

— И в этот день я от имени правящей династии благодарю вас за верность, — вещала между тем Эрика, — И клянусь всегда хранить верность моему народу и королевству, как это делали мои предки.

Ла Вейн чуть приподнял бокал, и я поняла, что пафосная до зубовного скрежета речь наконец завершилась. Но мы оба ошиблись. Принцесса, оказывается, еще не закончила.

— А кроме того, я, осознав все бремя ответственности, лежащее на моих плечах, пока мой брат так мал и хрупок, приняла важное решение…

Герцог едва заметно нахмурился. «Кажется, не только я устроила тебе сюрприз», — ухмыльнулась я. Но через мгновенье желание шутить пропало и у меня.

— Я выхожу замуж’ Чтобы в том случае, если боги решат отнять у нас моего брата, династия не прервалась! — гордо завершила Эрика, и я услышала, как скрипнули зубы герцога. А на возвышении у трона принимал поздравления улыбающийся во все тридцать два зуба виконт ла Варг. Принцесса с утомленным видом опустилась на трон, якобы случайно перепутав его с креслом, поставленным специально для нее.

«Так вот почему так осмелел ла Варг, — проворчала я про себя. — И моя неземная красота тут вовсе ни при чем, дорогой герцог!»

— Так вот почему… — эхом прошептал ла Вейн, так сильно сжимая ножку бокала, что побелели костяшки пальцев.

Впрочем, держать себя в руках умел и он. Ничего, кроме этого шепота и пальцев, его не выдало. Он так же, как и все присутствующие, с улыбкой выпил вино, и так же любезно принял опустевший бокал у меня. Но по снова заледеневшим глазам я поняла, что мыслями он находится где-то очень далеко и от меня, и от бала.

Неожиданно мне стало обидно. Ладно, он мог только шипеть на невзрачную наемницу. Но вот рядом с ним красивая женщина. По-эльфийски красивая, черт возьми. И опять мимо. Опять дела. Опять суровые льдинки в глазах. А я ведь уже успела заметить, что эти глаза бывают и другими.

«Это мой чертов праздник! — обозлилась я. — Кто знает, куда меня занесет завтра. Но сегодня я хочу преклонения и комплиментов именно от тебя, хренов ты палач. И ты мне это дашь!

— Какой самодовольный вид у нашего лорда Вампира, — как бы невзначай проговорила я. — Он имеет какое-то отношение к этому радостному событию?

— Судя по его улыбке, или вы угадали, или он только что досуха выпил парочку красавиц, — сделав над собой усилие, улыбнулся герцог.

— А давайте от него сбежим, — предложила я. — Я же Весна, в конце концов. А весна никогда не приходит сразу и навсегда.

— На островах она именно так и приходит.

— Но мы-то на континенте, — парировала я, мысленно проворчав: «Мне-то откуда знать, как она там приходит!» — О, нет, он идет сюда! Сделайте исключение из ваших правил, лорд Палач, спасите Весну от жестокой участи погибнуть, захлебнувшись самодовольством. Оно так и хлещет из этого кровососа’

По губам ла Вейна скользнула мимолетная улыбка. Не та заученная, светская. А живая, чуть неумелая, мальчишеская. И она ему безумно шла, словно разом стирая с лица тени и тревоги.

— А давайте!

Он подхватил меня под руку и, ловко лавируя среди танцующих пар, повел прочь от ла Варга, высматривавшего меня в толпе. Через несколько минут мы, никем не замеченные, выскользнули из зала. Ну, или почти никем. Сам герцог прямо на ходу скинул свой бордовый плащ и вывернул его наизнанку. Подкладка оказалась черной, провокационный девиз вместе с пугающей эмблемой скрылись с глаз. Подвыпившие гости не слишком всматривались в проходивших мимо, и его не узнавали. На меня заглядывались куда чаще. Но ла Вейн великолепно знал все переходы дворца. Две пустынные галереи и одна дверь, скрытая гобеленом, и мы оказались на широкой безлюдной веранде.

Здесь также слышна была музыка, стояли несколько плетеных кресел и столики в вином и сладостями. Но не было ни одного человека. Все сейчас старались попасться на глаза свежеиспеченным жениху и невесте. А время прячущихся по углам парочек еще не наступило.

Я оперлась о резные мраморные перила и посмотрела вниз на расцвеченный праздничными огнями парк.

— Красиво…

— Ночные огни всегда прекрасны, — отозвался герцог, остановившись рядом.

— А я?

— Что вы?

— Разве я не прекрасна? — я кокетливо повела плечом.

— Прекрасны, — согласился ла Вейн. — Весна еще прекраснее ночных огней. Но она переменчива и ненадежна. Вот еще согревает первыми лучами солнца, а вскоре уже бросает в лицо горсть снега.

— Одна из ваших весен была не слишком удачной, — поморщилась на такой двойственный комплимент я.

— Возможно, и не одна. Интересно, что принесете мне вы?

— А может, я не принесу, а заберу.

— И что же?

— Что-нибудь, что мне понравится. Например, ваше сердце.