Испытание Терний (ЛП) - Тромбли Стейси

Рев

Всё во мне хочет броситься к Кейлин, когда она падает на землю. Я едва останавливаю себя перед барьером из опасной магии.

Какого чёрта? Почему она вызывает у меня столько эмоций? Словно все мои инстинкты кричат о том, что…

Встряхиваю головой.

Моя очередь. Я должен пройти через эти Врата, встретившись с теми ужасами, что ждут меня там. Не раздумывая дважды, я шагаю в мерцающую магическую стену между ониксовыми колоннами, и мой мир рушится в один миг.

Чёрная магия накрывает меня, мощная, как ураган, грозная и могущественная. Она толкает и тянет меня во все стороны сразу. Я кричу, пока мою голову тянет на запад, сердце — на юг, а остальное тело — на восток. Агония заглушает все мысли, пока меня разрывает на части взрыв ужаса и магии.

«Если бы я только знал», — звучит отчаянный шёпот в голове.

Если бы я только знал. Если бы я только знал. Если бы я только знал. Слова повторяются без остановки, набирая скорость, громкость, силу. Если бы я только знал. Если бы я только знал. Если бы я только знал.

Я зажимаю уши ладонями, и громкий шёпот переходит в крещендо, в рёв, причиняющий столько боли, что я ору, но этого мало.

Если бы я знал. ЕСЛИ БЫ Я ЗНАЛ. ЕСЛИ БЫ Я ЗНАЛ. ЕСЛИ БЫ Я ЗНАЛ.

Внезапно чья-то рука хватает меня за ворот и выдёргивает из бездны боли на твёрдую землю. Я едва успеваю осознать, где нахожусь, как вдруг Кейлин вскрикивает. В ту же секунду она прижимает меня к земле, закрывая своим телом, и пылающая стрела пронзает её грудь.

Рев

«Чёрт побери», — единственная мысль в моей голове. Я вскакиваю на ноги, держа Кейлин, пока кровь плещет из её раны в груди. К счастью, стрела не задела сердце.

Хотя, наверное, я не должен чувствовать такое облегчение.

Мы оба прошли через Врата. Дрейк и Бриэлль стоят по ту сторону. А где же Дин? Быстро оглядываюсь по сторонам, но гном пропал без вести. Надеюсь, ему удалось скрыться до их появления. Так или иначе, у меня есть только один вариант.

С раненой Кейлин на руках и без Дина я сомневаюсь, что смогу справиться с Дрейком и Бриэлль в одиночку. Единственный шанс выжить — это воспользоваться преимуществом в виде огромного магического препятствия между нами.

Я окружаю нас световым кругом, ослепляя врагов, чтобы выиграть время, хватаю Кейлин за талию и бегу по дороге к кустам. Несу её, не обращая внимания на стоны, и продираюсь через терновые кусты в лес, о котором совсем ничего не знаю.

«Сюда», — слышу шёпот.

Чёрт побери, я уже наслушался сегодня шёпотков! Но я понимаю, что это тени подсказывают мне дорогу, они хорошо относятся к нам — ну, по крайней мере, к Кейлин, — и не имеют ничего общего с теми, что чуть не свели меня с ума и не разорвали на кусочки под магической аркой.

«Сюда, сюда, сюда».

Я следую указаниям шепотков, проносясь через кусты, пока не замечаю узкую тропинку и сворачиваю по ней на юг, где, по словам Кейлин, находятся пещеры. Через сто с лишним метров я замечаю скалу.

«Сюда, сюда».

Сбавляю скорость, прыгая с одного каменного выступа на другой, пока не нахожу нечто похожее на вход в пещеру. Отлично.

Спрятавшись в тени, опускаю Кейлин на землю. К моему удивлению, у неё ещё остались силы держаться, но когда она прижимается плечами к стене, её спина выгибается, а на лице отражается гримаса боли.

— Чёрт.

Я прижимаю ладонь к её ране прямо под грудью. Она стонет, и в моей голове желание сливается с паникой. Надо взять себя в руки.

Всё во мне кричит, что нужно спасти её. Помочь ей. Тени шепчут мне в уши, умоляя о том же.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Магия концентрируется в районе моей груди, пальцы покалывает исцеляющей силой. Это так непривычно — лечить кого-то другого. Есть нечто интимное в том, чтобы сначала генерировать силу внутри себя, а потом направлять её на чужую рану, соединяя рваные края вместе.

Я закрываю глаза, погрузившись в работу, магия плавно перетекает из меня в неё, но даже прикосновение к её нежной коже, её поднимающаяся и опускающаяся от тяжёлого дыхания грудь отвлекают меня.

Я отдёргиваю руку от её тела, когда начинается жжение и возникает слабость. Я потратил слишком много сил на исцеление врага. Всё смешалось и запуталось. Я прижимаю руку к каменной стене, борясь с усталостью.

Кейлин спасла меня.

Я спас её.

Разве мы не должны были поступить наоборот?

Она медленно соскальзывает на пол, запрокидывая голову, чтобы посмотреть на меня, пока я роюсь в своём рюкзаке. Нахожу склянку, зубами откупориваю и протягиваю ей:

— На, выпей.

Она берёт склянку дрожащей окровавленной рукой и опустошает одним большим глотком, пока я ищу вторую для себя. Мы оба истощены физически и магически. Исцеление забирает много сил у обеих сторон. Особенно когда мало опыта.

В очередной раз мысленно проклинаю отца за то, что запрещал практиковаться в целительской магии.

Присаживаюсь на корточки рядом с Кейлин, осматривая её рану. Кажется, у меня неплохо получилось обработать её. Жизненно важные органы не задеты, но сама рана закрыта не до конца.

— Позволь, — мягко прошу её. Она смотрит на меня своими тёмными глазами, сдвинув брови. А затем убирает пальцы, не разрывая зрительный контакт.

Я оттягиваю в сторону разорванную ткань, обнажая нежную кожу вокруг раны, оставленной стрелой всего несколько минут назад. Она уже почти закрыта, но всё ещё имеет ярко-алый оттенок от кровотечения и воспаления. Кончиками пальцев медленно и осторожно вытираю кровь.

Кейлин стонет. Я замираю.

— Прошу, не надо, — произносит она, не дыша. Оотдёргиваю руку, внезапно осознав, как близко мы друг к другу: я даже чувствую её дыхание.

Тяжело сглатываю и встаю, отступая на шаг. Моё сердце бьётся так часто, что я сомневаюсь, сможет ли оно успокоиться.

— Спасибо, — произносит она слабым голосом.

Я не отвечаю.

— Возможно, тебе стоило просто оставить меня умирать.

Я сажусь на небольшой камень — довольно низкий, поэтому мои колени почти упираются в грудь.

— Возможно, — соглашаюсь я. Хотя в тот момент у меня и мысли такой не было. Я просто должен был её спасти и не мог думать ни о чём другом. — Но сейчас ты для меня довольно ценная союзница. Я бы не нашёл эту пещеру без помощи твоих шепчущих друзей.

Она хмурится и оглядывается вокруг, будто только сейчас осознав, где мы находимся.

— А Тьядин?..

Пожимаю плечами.

— Я потерял его из виду, как только в тебя прилетела стрела. Надеюсь, он убежал.

Она рассеянно кивает.

— Мы ведь в нужной пещере? — спрашиваю её.

— Думаю, да. Здесь есть только одна пещерная система, насколько мне известно, но много тоннелей и несколько выходов. Я не узнаю конкретно этот, но вряд ли мы далеко от нужного.

Киваю.

— Только прошу тебя, — продолжает она, понизив голос, при этом её дыхание учащается. — Не ходи по этим тоннелям в одиночку. Это место крайне…

— Опасно? — ухмыляюсь я, потому что это и так очевидно: здесь вообще всё опасно. Но её выражение лица меня настораживает.

— Ты даже не представляешь насколько.

Кейлин, которую я знал, была безразлична ко всему, лишь иногда можно было разглядеть лёгкий след грусти, злости или, максимум, тоски. Но я ещё не видел в её глазах даже намёка на страх.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

До этого момента.

Кейлин

Я понятию не имею, где мы находимся, и это приводит меня в ужас.

Кровь в жилах стынет, и я дрожу, то ли от боли, то ли от страха. А может, от того и другого сразу. Я не хочу здесь быть. Сейчас это единственное, что я знаю наверняка.