Сын болотной ведьмы (СИ) - Рябинина Татьяна

Прошло еще два томительных дня. А потом Гергиса разбудил ночью какой-то звук. Рейна стелила ему постель в большой комнате на широкой скамье, а сама перебралась к девочкам, где между кроватками с трудом удалось втиснуть узкий топчан.

Кто-то тихо стучал – не у калитки, а в оконное стекло. Рейна накинула поверх ночной рубашки теплый платок, вгляделась в темноту двора и тихо ахнула, прижав ладонь ко рту.

- Господин Вестар, - услышал я, когда Рейна открыла дверь. – Это вы?

Вестар?! Значит, я не ошибся. А где, интересно, Лери, что с ней?

Теперь главным было, чтобы Гергис не уснул, иначе с ним усну и я. И ничего не узнаю. Хотя в моих силах было не дать ему погрузиться в сон.

- Я, Рейна, - Вестар вошел в комнату, и та бросилась зажечь лампу. – Что с принцессой? Госпожа Эллерия послала меня узнать. С ней все в порядке. Она в городе, у одной слепой старухи.

Больше всего я боялся, что они выйдут во двор, и я ничего не узнаю, но разговор продолжался. Тихо, чтобы не разбудить Гергиса, и тем не менее я все слышал.

- С девочкой все хорошо, - рассказывала Рейна. – Она здесь. Я вынесла ее из дворца, а потом наняла повозку, и мы приехали сюда. Сказала всем, что принцесса умерла, а я подобрала брошенного ребенка. Но вы не знаете главного. Господин Гергис тоже здесь. Вот он, спит у печки.

Я приказал Гергису зажмуриться и не шевелиться. И услышал, как Вестар встал и хотел было подойти, но Рейна остановила его:

- Тише, не будите. От этого не будет никакого толку. Он под ведьминым заклятьем. Разумом – как ребенок. Мои сыновья и то смышленей. Думает, что ведьма его мать.

- Но как он попал к вам?

- Вы позволите, господин Вестар, я оденусь? А вы пока снимите плащ, присядьте. Я согрею вам вина и все расскажу.

Так… если Гергис уснет, я ничего не узнаю. А если не уснет, то услышит немало того, что не предназначено для его ушей. Но, в конце концов, приходится выбирать из двух зол меньшее. Услышит, поймет, запомнит – значит, так тому и быть.

- Я вышла из дома, - Рейна поставила перед Вестаром глиняную кружку, - и вдруг господин Гергис появился из ниоткуда. Прямо из воздуха. И он не узнал меня. Сказал, что его маму забрали, что он не знает, куда идти, и хочет есть. Госпожа Эллерия не рассказывала всех подробностей, упомянула лишь черную магию. Но я сразу смекнула, что наследник… тогда он был еще наследником… что он так изменился неспроста. И когда увидела господина Гергиса сейчас, вот таким, поняла: тот, во дворце, - самозванец. А этот – настоящий, но зачарованный. Я привела его в дом, накормила, и он рассказал, что жил с матерью на болоте. Вернее, она приехала за ним в какой-то дом и увезла туда. А потом за ней пришли люди из замка.

- Все так, Рейна, - кивнул Вестар, сделав большой глоток. – Во дворце Кэрриган, сын ведьмы. Она наслала на господина Гергиса колдовской сон и увела. Пока он спит, все смотрят на Кэрригана, но видят его. А господин в этом сне видит себя ребенком. Поэтому и ведет себя как ребенок. И мы пока не знаем, как снять заклятье. И как заставить проклятую ведьму говорить.

- Так она у вас? – всплеснула руками Рейна. – Это вы ее похитили?

Гергис неловко шевельнулся, и Вестар настороженно обернулся.

«Закрой глаза! – приказал я. – Лежи спокойно!»

- Да. Мои люди. Держат ее в надежном месте.

- Но прошу вас, господин Вестар, расскажите, как госпоже Эллерии удалось бежать из дворца.

История вышла длинной. Гергис устал лежать неподвижно, ему хотелось спать, а я не позволял. Он вертелся и вздыхал, но на него уже не обращали внимания. Стиснув щеки руками, Рейна слушала рассказ о том, как Кэрриган догадался, что Вестар знает о заговоре, и приказал его убить. О бегстве Лери и о том, как ждал ее ночью на берегу канала. Вестар рассказал, что она заболела, поэтому им не удалось сразу покинуть Неллис.

- Но кто же вас выдал? – спросила Рейна, узнав, что в дом старого слуги нагрянули стражники из дворца и Кэрриган обвинил Лери в супружеской измене. А меня при этом снова укололо ревностью. Как в тот момент, когда узнал из принесенного вороном письма, что они исчезли вместе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Нет, я верил им обоим. Хотел верить. Но, пожалуй, впервые задумался, а так ли уж бескорыстно, из одной только преданности, Вестар помогает ей.

- Никто, - покачал головой он. – Лекаря Вейлиса выследили, когда он приходил лечить госпожу Эллерию. Его, разумеется, должны были схватить и отправить на Острова, но кто-то предупредил, и тот успел скрыться. А мне удалось сбежать по пути в городскую тюрьму. Тогда я ничем не мог помочь госпоже, но у меня было немного денег. Их хватило, чтобы заплатить матросу с корабля, который перевозил заключенных, и занять его место.

- Вы помогли ей убежать прямо с корабля? – ахнула Рейна.

- Да. Он еще стоял в гавани. Госпожа доплыла до берега, спряталась в рыбацкой хижине. Я тоже спустился по якорной цепи и добрался туда вплавь.

На этом эпизоде я все-таки не уследил за Гергисом, и тот уснул. А когда утром его разбудило заглянувшее в окно солнце, Вестара в доме уже не оказалось. И это было страшно досадно. Наверняка он рассказал еще многое. Впрочем, самое главное я узнал. С Лери все в порядке, она на свободе и даже не так далеко от меня. Но радость эта была с изрядной долей горечи.

Стану ли я когда-нибудь прежним? Получу ли я обратно контроль над телом, отправив сознание мальчишки туда, где ему и положено быть, - в темные глубины памяти? Смогу ли снова быть вместе с женой и дочерью?

Хотя… по закону Лери, обвиненная в супружеской измене, моей женой больше не является.

33

Прошло еще несколько дней. Три – или четыре? Я сбился со счета так же, как и в хижине ведьмы. Немудрено, когда ничего не делаешь, а только наблюдаешь. Да и наблюдать-то было особо не за чем. Из дома Гергис выходил лишь в туалет, находившийся в глухом заднем дворе. С той стороны его точно никто не мог увидеть. Впрочем, и погода к прогулкам не располагала: каждый день шел сильный снег с таким же сильным холодным ветром. Сыновья Рейны Бирн и Маркус тоже сидели дома, проводя дни за играми со своим великовозрастным приятелем или приглядывая за девочками, если мать отлучалась.

Иногда мне казалось, что я сойду с ума – хотя как может сойти с ума автономно существующее сознание, болтающееся рядом с телом? Да, был момент радости уже только от того, что узнал: с Лери все в порядке. Но с тех пор прошло время. Вестар больше не появлялся. Эмона тоже не приносила никаких новых известей из замка. Гергис периодически ныл, что хочет к маме, чем здорово действовал на отсутствующие нервы.

А иногда я и сам начинал мысленно ныть, как капризный ребенок.

Вестар сказал, что Лери рядом, в городе. Неужели ей не хочется увидеть свою дочь? И… меня?

Прекрати, одергивал я себя. Это слишком опасно, и для нее, и для Мариллы. Даже доехать сюда по такой погоде – уже непросто. Надо набраться терпения!

И вот одним из бесчисленных вечеров, когда Гергис засыпал, а меня затягивало в сон вместе с ним, я словно почувствовал: что-то произошло. Если в сырую погоду находишься рядом с высоковольтной линией, слышен тихий гул. Вот и сейчас мне показалось, будто воздух гудит от напряжения.

А утром гудела уже вся деревня. Новость пришла из замка и мгновенно разлетелась с одного конца до другого. Рейне ее принесла, разумеется, сестра, прибежавшая в крайнем возбуждении.

Правитель оказался самозванцем, сумевшим с помощью колдовства захватить трон. Прямо на глазах у всех членов внутреннего круга он превратился из Гергиса в какого-то проходимца, которого позднее опознали как сына болотной ведьмы Кэрригана, которого та родила от покойного Морана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Вот это да! – очень натурально ахала и охала Рейна, притворяясь изумленной. – Кто бы мог подумать!

Было интересно, каким образом развеялись чары, но гораздо больше меня волновало другое. Для нас с Гергисом ничего не изменилось. Законный правитель Эскары по-прежнему представлял собой тело взрослого мужчины с двумя сознаниями, и управляло телом сознание ребенка. Это заклятье оставалось в силе.