А.Д.А.М. (СИ) - Хоффман Рита

«Тогда я останусь у тебя».

«И твой дядя выпустит мне кишки и намотает их на вилку». — хотел ответить он, но вместо этого написал:

«Не расстраивай Хлою, она заслуживает самого лучшего».

В глубине души, конечно, сидит его плохая часть, которая только и ждет возможности показать Таю, что он не вправе решать, что делать двум взрослым людям, но стоит ли оно того? Намного проще было бы просто открыть сердце Нанико и зажить счастливо, почти как нормальные люди. Жаль, что места внутри почти не осталось.

Он сел в машину, захлопнул дверцу и услышал возмущенный возглас Криса:

— Тебя-то кто так отделал?!

— Ты не поверишь. — он вздохнул.

— Привет. — Крис кивнул Нанико. — А ты попробуй рассказать.

Ну, раз сам просишь, получай.

Рассказал все, как на духу, опустил только самые позорные подробности. Почему-то говорить об этом до того противно, что язык не поворачивается. По своей воле он об этом точно никому не расскажет.

— Мрак. — констатировал Крис. — Этого козла посадили?

— Да. Он должен был получить вышку, но я о нем ничего не слышал больше.

— И что теперь? Напишем заявление в полицию, а потом? Этот урод достанет нас. Даже если не сам, представляешь, сколько у него сообщников?

По лбу Криса медленно сползает капля пота. Честно сказать, он и сам знатно вспотел, потому что понял, в какой они заднице. Брат прав, руки у Харона длинные.

— Но просто сидеть и ничего не делать вы тоже не можете. — напомнила Нанико.

— Можем заплатить. — сказал Крис. — Сто семьдесят тысяч — это куча денег, но можно спросить отца…

— Он и так взял на себя расходы за лечение Рёна. — перебил его Зисс. — Мать с ума сойдет.

— Давайте просто поедем в полицию и узнаем, что они могут сделать. — Нанико говорит спокойно, пытается их вразумить. — Поддадитесь панике и наделаете ошибок.

— Даже если его посадят… — начал было Крис, но она его перебила:

— Думаешь, он оставит вас в покое, даже если вы заплатите? Не будь дураком.

— Ладно. — Крис завел мотор. — Только поедем в Шестой. Местным копам я точно не доверю это дело.

— Хорошо, что хоть у кого-то из нас высокий рейтинг. — Зисс защелкнул замок ремня безопасности. — Пусть так, поехали.

В участке Шестого наверняка работают более опытные кадры, да и шанс встретить там Тая равен нулю. Правда, добираться туда мучительно долго, проще было спуститься в метро и пересесть в Девятом на монорельс, чем стоять в пробках.

«Я кое-что вспомнил».

Очень плохое сообщение, просто ужасное, лучше бы эффект от приема обезболивающих продлился подольше.

«Отлично, я рад, что твоя память возвращается».

Решил косить под дурака, сделать вид, что частичная потеря памяти — это распространенное явление и им, рано или поздно, начинает страдать каждый.

«Сыграем как-нибудь еще?».

О, нет, нет, нет, нет, пожалуйста, только не этот вопрос!

— Что с тобой? — Крис смотрит с подозрением. — Что-то случилось?

— Волнуюсь. — оттянул ворот футболки и подул внутрь, чтобы хоть немного остыть. — Включишь кондиционер?

Нужно поговорить с Рёном по-взрослому, да, решено. Как только они встретятся, он все ему расскажет — и про Тая, и про Хлою, и про идиотскую идею с фиктивными отношениями для публики. Пора вырваться из этого порочного круга, найти нормальную работу и попытаться наладить жизнь. Может, он даже сможет подняться повыше, чтобы зарабатывать больше и иметь возможность помогать друзьям. У Рёна тоже все будет хорошо, с таким дядей он не пропадет, да и Хлоя, наверное, хороший человек, не просто же так они прожили вместе шесть лет.

— Ты побледнел. — заметил Крис.

— После аварии плохо переношу машины. — он не соврал, просто сказал только часть правды.

Всю дорогу не мог усесться удобно, даже ноги пробовал положить на переднюю панель, за что огреб от Криса. Поспать тоже не вышло — звук автомобилей нервирует, накатывает тошнота, с этим точно надо что-то делать, не шарахаться же всю жизнь от машин.

— Не хочешь с мамой повидаться? — спросил Крис.

— Виделись. — ответил он и уставился на проезжающий мимо красный внедорожник.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тот раз не считается. Она думала, что отец будет недоволен, если она тебя впустит.

— Хорошо, что ты оправдываешь ее, но дело было не в отце.

После их последней встречи он понял, что мать вовсе не боится отца, а просто трясется над собственной репутацией. Может, поэтому они и живут вместе уже тридцать лет — оба помешаны на социальном рейтинге и на том, «что скажут соседи». И если отец, в конце концов, раскаялся и понял, что родитель из него так себе, то мать упорно пытается держать планку, несмотря на то что большая часть ее детей благополучно покинула дом.

— У нее многолетний невроз. — тихо сказал Крис. — Ты же понимаешь это?

— У всех невроз. — ответил жестче, чем хотел. — Во что она превратила Пэйтона? А нас?

— Ее саму так воспитывали, думаешь, легко им было закрепиться в Шестом? Не будь к ней так строг.

— Отлично, свои травмы она решила переложить на нас, да? «Мы так жили, и вы живите»?

— Отцы и дети… — простонала Нанико.

— Чего? — он повернулся к ней.

— Тургенев, чего. — фыркнула она. — Конфликт поколений, понимаешь? Родители никогда не будут достаточно хороши, как и дети. Вы ведь взрослые люди, хватит избегать друг друга, просто поговорите.

— Легко сказать. — буркнул он. — Если бы ты знала нашу мать, ты бы не говорила с такой уверенностью о «взрослых людях».

— Я думала, что твой отец — Сатана, но, как оказалось, ты сильно преувеличивал.

— Не так уж я и…

— Она права. — сказал Крис. — У нас не самые плохие родители, просто признай это.

— Признаю, но семейный ужин пропущу, пожалуй.

— Упертый, как баран.

— Это семейное. — огрызнулся он.

Понятное дело, что он уже не злится так, как раньше, но угрожать ему полицией было лишним. Мать даже в дом его не впустила, о каком разговоре может идти речь? Снова слушать, какой он плохой сын? Нет уж, спасибо, он и так все знает, даже лучше, чем она.

Четырехэтажное белое здание, окруженное живой изгородью — вот такой участок отгрохали власти в Шестом квартале. Все копы Двенадцатого наверняка мечтают попасть сюда, не говоря уже про остальных.

Они оставили машину на стоянке и не успели даже пары шагов сделать, как к ним приблизилась женщина в форме.

— У вас что-то случилось? — она подозрительно смотрит на них, светодиод над бровью замигал. — Кристофер, верно?

— Да. — брат кивнул. — Мы бы хотели сообщить о факте вымогательства и нападении.

— На кого напали? — кажется, офицер делает заметки прямо во время разговора.

— На меня. — Зисс показал пальцем на свое лицо.

— И на меня за пару дней до этого. — Крис залез в портфель и достал какие-то бумаги. — Медицинское освидетельствование.

Ага, значит, медиков они все-таки вызывали?

Офицер взяла бумаги, кивнула и поманила их за собой.

Внутри участок больше похож на больницу — светлые стены и пол, яркий свет, вдоль стен стоят бежевые диванчики и стулья. Двери белые, с номерами кабинетов и именами полицейских, в коридоре играет ненавязчивая музыка, работают кондиционеры. Даже растения в огромных горшках стоят то тут, то там, офигеть можно!

— Подождите здесь. — офицер указала на места для ожидания, а сама вошла в кабинет номер одиннадцать.

— Вот это сервис. — он сел на диван и осмотрелся. — Участок в Двенадцатом похож на крысятник.

— Поработай над рейтингом и такой сервис будет везде. — Крис нервно крутит в руке смартфон. — Надеюсь, они нам помогут.

Ждать пришлось минут десять, не больше. Офицер вышла в коридор и жестом пригласила их войти. В кабинете стоит длинный белый стол, за которым сидит мужик в форме. Рубашка белая, кожаные ремни перехватывают грудь, стрижка короткая, но стильная — слегка растрепанная, будто он неудачно поправил прическу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если бы в Двенадцатом копы выглядели так же, к участку выстроилась бы очередь из страждущих.