Шарлин Харрис - Месть мертвеца

Ночью я несколько раз просыпалась, уясняла свое новое положение и снова засыпала. Во время одного из таких пробуждений я увидела, что телефон вибрирует на полу возле кровати. Я протянула руку и подхватила его.

— Алло? — тихо сказала я, не желая будить Толливера.

— Харпер?

— Да.

— Она умерла, Харпер.

— Манфред, мне так жаль.

— Харпер, возможно, кто-то ее убил. Меня не было в палате.

— Манфред! Не говори этого громко. Не говори этого там, где кто угодно может тебя услышать. Где ты?

— Стою возле больницы.

— Почему ты думаешь, что ее убили?

— Потому что ей становилось лучше. Медсестра даже сказала: ей кажется, что бабушка будет говорить. А потом она умерла.

— Манфред, тебе нужно, чтобы мы приехали?

— До утра — нет. Здесь слишком плохая погода. И вы ничего не можете сделать. Оставайтесь в постели. Увидимся утром. К тому времени мама тоже должна быть здесь.

— Манфред, тебе нужно вернуться в мотель и запереть дверь. Не ешь и не пей ничего в больнице, хорошо? — Я пыталась придумать, что еще ему посоветовать. — И не оставайся ни с кем наедине.

— Я слышу тебя, детка. — Судя по голосу, он с трудом сознавал, что происходит. — Я сейчас же сажусь в машину и еду в мотель.

— Эй, позвони мне, когда доберешься.

Он перезвонил через десять минут, чтобы сообщить, что заперся у себя в комнате. Более того, он увидел несколько выпивающих репортеров и сказал им, что кто-то его преследует. Поэтому они настороже — как только могут быть настороже выпивающие люди — и заявили, как это отвратительно, что кто-то преследует его в такую печальную ночь. Каким-то образом все они уже знали о кончине Ксильды. Может, они платили кому-то из больничного штата, чтобы получать свежие новости.

Все мои разговоры не разбудили Толливера. Это меня удивило, однако затем я вспомнила, что он уже вышел, чтобы помочь Теду Гамильтону. И заодно разделить с ним упражнения на свежем воздухе.

Когда я закончила последний разговор с Манфредом, был уже четвертый час утра. Несколько минут я лежала, молясь за него. Но поскольку я знала, что он в безопасности, а Ксильде ничем уже не поможешь, то опять уснула.

Глава одиннадцатая

Ночью или скорее ранним утром снова включилось электричество. Я уверена, что это случилось после рассвета, потому что не разбудило нас.

Я лежала, гадая, почему горит лампа на другом конце комнаты, пока не поняла, что чудо электричества снова с нами. По понятной причине я испытываю к электричеству смешанные чувства, но в тот день была рада видеть горящую лампу. Я высунула из-под груды одеял палец ноги — и он не замерз в ту же секунду. Просто отлично! И моя рука чувствовала себя лучше.

Я вылезла из постели и пошла в ванную. Почистила зубы, обтерлась губкой, переоделась, ухитрившись сделать все, кроме как справиться с лифчиком. Его я просто не стала надевать. Все равно это было незаметно, так как я носила безрукавку и свитер. Кто узнает, в бюстгальтере я или нет?

Полиция, вот кто. Как раз когда я пыталась придумать, как надеть чистые носки, раздался стук в дверь. До меня дошло, что я слышала звуки шагов, просто слишком сосредоточилась на том, чтобы одеться, и не обратила на них внимания.

Я обрадовалась, что уже не сплю и могу открыть дверь, тем более что я представила шефу полиции Толливера как своего брата. И вот она здесь, а в комнате спали только в одной постели. Впрочем, было вполне правдоподобным, что я встала первой и заправила свою постель. Мне просто не хотелось ничего объяснять или выдерживать шокированный взгляд, если бы все обстояло по-другому.

Но оказалось, что у Сандры Рокуэлл на руках проблемы поважнее, чем беспокойство о том, как мы с Толливером спим.

Толливер поднялся и стал смотреть, как она проходит мимо меня в дом, а когда она вошла, взглянул мимо нее на дверь.

— Шериф, в чем дело? — спросила я.

Сандра заглянула под кровати, в ванную, а потом открыла люк и спустилась в гараж внизу. Когда она вернулась, вид у нее был не таким напряженным, как раньше, хотя отнюдь не радостным.

— Послушайте, я не в восторге от вашего поведения, — заявила я.

Толливер едва соизволил повернуться спиной, снимая тренировочные штаны и натягивая джинсы.

Шериф кинула на него оценивающий одобрительный взгляд, который, как я поняла, она могла бы повторить мгновение спустя, и мне захотелось ее стукнуть.

— Вы видели Чака Алманда? — поинтересовалась шериф.

Сказать, что я удивилась, значило ничего не сказать.

— Со вчерашнего дня — нет. А вчера мы его видели. С какой стати нам с ним встречаться? Что с ним случилось?

— Вы можете рассказать мне в точности, что произошло?

— Хорошо. Мне захотелось убедиться, что я ничего не пропустила в амбаре. Просто казалось: там есть что-то незавершенное, понимаете? Поэтому я вернулась. Я знала, что глупо так поступать, но надеялась, что смогу просто проскользнуть внутрь и уйти незамеченной. Чак вошел, пока я там была. Он разозлился и ударил меня.

— Ударил вас?

Но шериф не была удивлена, вовсе нет. Без сомнений, она уже слышала все от отца Чака.

— Да, он сильно ударил меня в живот.

— Как я представляю, вас это здорово рассердило.

— Скажу так: меня это не обрадовало.

— Держу пари, что вашего брата это не обрадовало тоже.

— Вообще-то я здесь, — заметил Толливер. — Да, я определенно не обрадовался. Но вошел его отец, и мальчик казался таким расстроенным, что мы просто ушли.

— И вы не сообщили нам об этом происшествии?

— Нет. Мы полагали, что у всех вас есть более важные дела.

Она знала, что мы не сообщили. Просто подчеркивала все совершенные нами ошибки.

Я чувствовала себя все хуже и хуже. Это была моя вина, что мы вернулись в амбар, мое неверное решение, и, если мальчик исчез, может быть, в этом виновата я.

— Итак, никто не знает, где он? — спросил Толливер. — С каких пор?

— Один из консультантов медицинского центра проезжал мимо, где-то через час после происшествия в амбаре — насколько точно я смогла вычислить время. Он близкий друг Тома и захотел увидеться с Чаком, чтобы посмотреть, не сможет ли он ему помочь.

Шериф скорчила гримасу. Она не верила, что консультации что-то изменят в случае Чака, это было ясно.

— Поэтому Том начал искать мальчика, чтобы привести его для разговора с консультантом, но Чака нигде не было. Тогда консультант настоял, чтобы Том позвонил в полицию. Он так и сделал, а потом начал обзванивать друзей Чака. Никто не видел мальчика.

— Вам удалось найти кого-нибудь, кто видел бы его в городе?