Алёна Малышева - Радужный венец. Время потерь

Анела вздохнула и, не споря, уточнила:

— А разве меня за ведьму не примут?

— С амулетом послушницы? Люсилия не сможет притвориться послушницей, а тебе и притворяться не надо. Нам нужны все возможные союзники… — после заминки добавил: — И ведьмы тоже могут помочь.

— Что ты хочешь сказать? — Анела вздёрнула подбородок. Неужто он желает, чтобы…

— Королева иридис смогла бы объединить ведьм и направить их силу на одного врага. Врага, угрожающего нашей общей стране! — выделяя каждое слово, произнёс он.

— Никогда!

Анела пустила Северянку в галоп, не желая ничего слушать.

— Проклятое упрямство! — донеслось в спину.

Злость рвалась наружу. Кроме своей войны ни о чём не думает! Даже на ведьм согласен, лишь бы только пополнить свою армию. Жриц хватит!

Скачка помогла справиться с гневом. На развилке Анела натянула поводья и стала ждать, когда попутчики поравняются с ней. Первым подъехал генерал. Не смотря на него, сложила на груди руки, ожидая, что он скажет.

Генерал говорить ничего не стал, лишь тихо проворчал себе под нос, что-то насчёт того, что связался с детьми. Дождался Китана с Люсилией и только после этого сообщил, что Анеле с Китаном в одну сторону к возвышающемуся на равнине замку, а ему с ведьмой в другую — в деревню. Малыша генерал собрался взять с собой. Ищейка, конечно, такому решению не обрадовалась. Но Анела должна была признать, как бы ей не хотелось, что генерал прав. Мало кто обрадуется присутствию огромного мохнатого пса в своём доме. Пришлось ей приказать псу следовать за генералом.

— Встретимся утром. Надеюсь, глупостей не наделаете, — и Злат повернул Спутника к виднеющимся крышам изб.

— Это жрица-то?! — не удержалась от укола ведьма. И чего ей неймётся?

Люсилия улыбнулась Китану, махнула ему рукой на прощание и направила своего мохнатого коня за генералом.

Малыш оглянулся на Анелу, жалобно гавкнул, но не добившись сочувствия, понуро побежал за ними.

Анеле не только не хотелось расставаться с псом, но и видеть, как удаляется генерал, было неприятно. С ним было спокойно и надёжно. Недовольно оглядела благостно ухмыляющегося Китана, смотрящего вслед ведьме, и буркнула:

— Неужто она тебе и правда нравится?

— А почему нет? — удивился Китан, поворачивая Вольного и направляя лёгким шагом к замку.

— Ты принц, она ведьма! Тебе этого мало?

Китан умоляюще посмотрел на Анелу:

— Анела, только ты не начинай, хорошо? Люси не такая, как все. Она искренняя, понимающая, нежная… А все эти её усмешки, подкалывания — словно шипы у розы, — и мечтательно улыбнулся: — У дикой прекрасной розы. Она защищается так…

— Ну да, так я и поверила! — буркнула Анела и, отвернувшись, замолчала.

Китан также ничего не стал говорить, сердито надувшись.

Как же, кто-то не верит его ведьме! Неужто он забыл все истории о них? О том, что никогда не выбирают средств, чтобы достигнуть желаемого. Что людей ни во что не ставят и считают себя чуть ли не выше всех, об уничтоженных деревнях… В конце концов они — ведьмы! И всё этим сказано!

Граф Элсилий отсутствовал. Не смотря на это в замке их встретили радушно. Узнали Китана. Коней увели в конюшню. Полноватый дворецкий проводил до комнат, отдохнуть после дороги. Сообщил, что граф прибудет через час, к ужину, и будет рад лично приветствовать столь высоких гостей. А пока замок в полном их распоряжении.

После ванны до ужина оставалось время лишь на то, чтобы быстро высушить волосы у камина, надеть платье, подаренное Анфелией вместе с туфельками — отказаться Анела от такого подарка не смогла, хотя путешествовать предпочла в брюках. Так удобнее. Но притворяться мальчишкой не стала, смысл? Вместе с генералом им ничего не грозит. Да и ведьма не прикидывается непонятно кем. На плечи Анела накинула лёгкий палантин, также подаренный Анфелией. Она позаботилась, чтобы Анела могла скрыть перьевые узоры на плечах.

Граф — пухленький господин — встретил их доброй улыбкой, стоило им шагнуть следом за дворецким в роскошный зал. От Анелы не укрылись горечь и усталость в глазах аристократа, когда он поднимался из-за длинного стола, уставленного яствами, извинялся за своё долгое отсутствие и что не смог встретить их как полагается.

Закончив с приветствием, граф замолчал и взглядом с ожиданием показал Китану на Анелу, которая стояла на шаг позади принца, как требовал протокол, и тихо наблюдала за встречей.

Кит решительно вскинул подбородок:

— Граф, позвольте представить вам Анелу — послушницу из разрушенного храма Игнис…

Анела присела в лёгком реверансе.

— Разрушенного? — удивление и потрясение на лице графа не были наигранные.

— Вы не знали? — всё же уточнила она. Граф потирая лоб, отрицательно качнул головой.

— А о войне? О поражении? Смерти короля? — уточнила Анела.

— Смерти короля? — ещё более растеряно переспросил он. Глубоко вздохнул и выдохнул. — Простите, ваше высочество, — поклонился Китану. — Я ничего не знал. Из-за… я долгое время не покидал своё поместье, да и не общался с соседями… Никого не хотел видеть. Лишь три дня назад мои солдаты перестали поворачивать всех от замка, а я выбрался в деревню. Давайте, сядем за стол, и вы всё мне расскажите. Всё, что я пропустил.

Пока Китан рассказывал о войне, о нападении на Храм, о поисках союзников, Анела украдкой осматривалась. Со второго взгляда роскошное убранство зала не поблёкло, но выявились уютные штрихи.

У камина в кресле-качалке, свернувшись в клубочек, спала пёстрая кошка. На подоконнике на кружевной салфетке стояла ваза с белыми лилиями. Лёгкий сладкий аромат витал в воздухе. За спиной хозяина на стене висел большой семейный портрет: граф приобнимал за плечи красивую женщину. Между ними стояла девочка лет пяти с яркой улыбкой. Нежность на лицах родителей, счастливая девочка говорили без слов об искренности и теплоте в семействе.

И в этом же зале серебряная люстра на множество свечей над столом, крепкие тяжёлые стулья из красного дерева, пушистый ковёр на полу.

— Я подвёл своего короля! — тяжёло вздохнул граф.

Анела отвлеклась от зала и посмотрела на аристократа. Вина на его лице не давала усомниться, что он именно так и думал. И если бы знал о походе короля, то обязательно присоединился бы к нему.

— Милорд, позвольте спросить, что заставило вас закрыться от всех и вся? — тихо спросила она.

— И правда? — поддержал Китан, сидевший рядом с ней.

Граф тяжело вздохнул:

— Пожалуй, и впрямь нужно рассказать. Моя дочка, Мили, она… я не знаю что с ней. Уже почти месяц не встаёт с кровати, бредит, мечется. Никого не узнаёт. В редкие моменты спокойствия пустым взглядом смотрит в потолок. Приходится силой её кормить, поить. Жара нет, никаких видимых знаков болезни тоже… Я до последнего ждал возвращение из Акварского Храма Амилинии. Она бы разобралась, что к чему, и помогла… Теперь понимаю, зря… Потерял время…