Лирелии – цветы заката - Екатерина Евгеньевна Алешина

– Дело в твоей профессиональной репутации, – рассудила она. – Многолетний опыт и профессиональное мастерство здесь очень ценятся. И уж поверь, агенты службы безопасности уже навели о тебе все справки, так что император с супругой точно знали, кому предлагают такую высокую должность, и они уверены, что ты справишься с ней. Не спеши отказываться.

– Я еще думаю, стоит ли снова надевать адмиральские погоны, – промолвил я. – Видишь ли, моя жизнь всегда была неотрывно связана с морем, с самого моего детства. Земные викинги, как и эсфирские северяне, давно уже заслужили славу удалых мореплавателей. Но все-таки я решил, что на данном этапе своей жизни не хочу возвращаться на службу во флот. В конце концов, для того, чтобы любить море и быть с ним, мне не обязательно носить погоны морского офицера. Сейчас я хочу создать первоклассную мастерскую, где будут обучать будущих геммологов и ювелиров тонкому искусству работы с драгоценными камнями. Мне хочется передать свои знания талантливым мастерам. И именно этому я желаю уделить внимание и силы. А разрываться на два больших дела… Ну, так себе затея, скажу тебе честно. Нет, я все успею, но тогда у меня не остается личного времени. Это меня категорически не устраивает. Надеюсь, что его величество император Алмариан Второй меня поймет. Тем более что в морской державе, уверен, найдутся достойные кандидаты помимо моей скромной персоны.

– А все-таки, почему именно Альтарра, Эрик? – она с интересом посмотрела на меня. – Чем тебе так приглянулось наше княжество Элендиль? Почему не Северная империя? Ведь твой брат живет в Торндхольме.

– Скажем так, меня сюда привел зов души, – ответил я, по сути, не солгав ни капли.

Ах, моя девочка, ты даже не подозреваешь, какая скрывается правда за этими словами! И я по сей день так и не решил, что мне делать с этим и как эту правду преподнести. Ведь все тайное всегда становится явным, и постоянно скрывать ее не получится. Только вот как раскрыть тебе эту тайну, не ранив?

– Хочу еще раз поблагодарить тебя за эту красоту, – с лучезарной улыбкой произнесла она, коснувшись моего подарка – броши, приколотой у выреза платья. – Эта аметистовая лирелия просто изумительна. И как она подходит к этим серьгам и ожерелью! Просто один в один, как будто из одного комплекта.

– Мне хотелось бы еще сделать защитный амулет для тебя. Чтобы он выглядел как украшение, – предложил я.

– О нет, Эрик, – запротестовала она. – Не стоит. Камни только переводить почем зря. Этот амулет долго не протянет и сгорит, поверь. Мы с подругами давно уже пользуемся самыми обычными неприметными амулетами.

– А как скоро он сгорит на тебе? Через год, два? – спросил я у нее, совершенно не ожидая того, насколько поразит меня ответ.

– Ха, год… – усмехнулась она. – Максимум пару-тройку месяцев протянет. А потом почернеет, как уголь.

– Что-о? – моему изумлению не было предела. – Пару-тройку месяцев? Ты серьезно?

– Угу.

На моей памяти амулеты сгорали на очень сильных магах через год-полтора, а то и больше. Именно лет, а не месяцев. Я посмотрел на нее магическим зрением и просто обомлел от радужного сияния ее ауры, которое переливалось разными оттенками. Боги, девочка, сколько же в тебе силы? Последнюю фразу я, забывшись, произнес вслух.

– Очень много, Эрик. Так много, что даже злиться нужно аккуратней, а иначе вокруг меня будет летать мебель. Каждой из нас пришлось немало потрудиться, чтобы обуздать эту силу. И мы все еще проходим этот путь. Что поделать, маги Триумвирата все-таки. Будущие убийцы демона.

Она сказала это совершенно ровным голосом, но мне почудилась в нем едва уловимая дрожь. Я взял ее за руку, огладив пальцем запястье.

– Неужели ты думаешь, что вас оставят одних перед лицом демона, Герда? Этого не случится, так и знай! Все, кому вы дороги и кто обладает достаточной силой, встанут рядом, в одном строю с вами. И среди них буду я. Рядом с тобой.

– Эрик, это, мягко говоря, опасно, – тихо промолвила она, глядя на меня с невыразимой тоской в глазах.

– Герда, девочка моя, я прожил восемьсот двадцать шесть лет и получше тебя знаю, что такое опасность. А сколько я пережил сражений, даже считать бессмысленно. Сила Триумвирата – это прекрасно. Но один на один с Адаилом вас не оставят. А я никогда не оставлю тебя.

Повинуясь порыву, я прижал ее руку к своим губам, не отрываясь от ее глаз ни на минуту.

– Эрик… – на выдохе она почти прошептала мое имя.

Я слышал, как неистово бьется ее сердце и с губ срывается дыхание. Мы смотрели друг на друга неотрывно, и теперь мысль о том, что нас разделяли сотни лет томительного ожидания, казалась особенно невыносимой. Как я вообще смог столько времени жить без нее? Забыв обо всем, что нас окружало, мы потянулись друг к другу, и в этот момент…

– Я – самова-а-а-ар!

Повернувшись в сторону, откуда раздался оглушительный крик, мы увидели Джерана с его дружком, имени которого я не знал. Да чтоб вам провалиться к троллям, полудурки! Трэйш деррахт!

– О, началось. А то я уже стала переживать, чего это наш магистр притих, – спокойно и с улыбкой заметила Герда, глядя на своего родственника.

Джеран, подобно модели в конце подиума, стоял у самого борта верхней палубы с огромным, невесть откуда взявшимся у него широким сапогом, надетым на голову, и крутился из стороны в сторону. Наверное, чтобы все гости с нижней палубы смогли оценить его оригинальный образ. Его дружок в это время стоял позади него, согнувшись пополам от смеха.

– Прости, дружище, но спор есть спор! – промолвил он, отдышавшись и перестав смеяться.

– И мы тоже любим вас, наш неподражаемый профессор Мирайл, – послышался голос церемониймейстера. – Спускайтесь к нам со своим другом. С минуты на минуту мы с вами в рамках сегодняшнего кулинарного шоу увидим настоящий шедевр кондитерского мастерства, и самовар нам точно не помешает.

По рядам гостей прокатился одобрительный смех. Что до сих пор не уставало поражать меня в этом мире, так это совершенно простое и добродушное отношение к таким вот неординарным личностям, как Джеран. А в случае лорда Мирайла, его даже уважали за блестящую деятельность на преподавательском поприще.

– Ну что, может быть, и нам пора уже вернуться на нижнюю палубу? – предложила Герда. – Посмотрим, что там за кондитерский шедевр для нас приготовили. Интересно, из какой таверны шеф-повар?

– Из таверны «Павлин», – ответил я.

– О-о-о-о, все ясно, – протянула Герда. – Не сомневаюсь, что нас ждет тот еще шедевр!

– Да ты что! А я и не знал, что в «Павлине» плохо готовят. Даже как-то досадно стало.

– Таверна недавно открылась, так что не переживай, – успокоила она меня. – Еще не вся столица в курсе, что за пафосным названием и внешним видом этого заведения скрывается самая банальная забегаловка с отвратительной едой.

– Видимо, и сам командир судна не в курсе, раз заключил контракт с «Павлином».

Мы спустились на нижнюю палубу после Джерана и его друга Эверда, которые в красках рассказывали, как поспорили друг с другом. Проигравший спор должен был, надев на голову сапог, крикнуть: «Я – самовар!» Да уж, фантазию этих двух товарищей да в мирное бы русло…

– Готова поспорить на партию карамельных макарон, ты пребываешь в недоумении от выходки Джерана, – промолвила Герда, наклонив ко мне голову. – Изумление в твоих глазах так и плещется.

Я улыбнулся ей в ответ:

– Честно говоря, да. Ты попала в точку. Но тебя, как я заметил, причуды Джерана уже не удивляют.

– Ох, Эрик! Я чего только не видела за все эти годы! Наша семья уже привыкла. Мы, наоборот, переживаем, когда Джеран тише воды ниже травы.

Смеясь, мы заняли наш столик. К нам тут же подошел церемониймейстер и, с улыбкой глядя на меня, сказал.

– Леди Нортдайл, какой приятный сюрприз! Для меня также большая честь видеть вас среди гостей этого вечера, лорд Нордвинд. Да еще и в такой очаровательной компании.

– Благодарю вас за ваши слова, – поблагодарил я мужчину.

– Я от имени всего экипажа