Солнечное сердце - Селина Катрин

склонны преувеличивать всё, что касается драконов… Свидание на горе? — Он хмыкнул. — Какое же это свидание, Лорен? Из-за меня ты промокла и замёрзла, да и вид успела увидеть лишь мельком. Вот если бы я мог доставить тебя на гору в ипостаси дракона в ясную погоду… — Он шумно вздохнул. — Магическое тепло и зрение — тоже ерунда, особенно если учесть, что я раньше умел делать. Это настолько крохи моих способностей, что я прекрасно понимаю презрение Саяки. Ты зря считаешь её чуть ли не исчадьем Нижнего Мира. Она раньше была хорошей девушкой, а с тех пор, как я попал в магические силки… Ну, мне действительно повезло, что она до сих пор не расторгла помолвку и время от времени меня навещает.

Хорошей девушкой?! Эта?!

Да такая меркантильная дрянь, как эта драконица, никогда не могла быть даже сносной невестой. Мне так обидно стало, что в глазах аж защипало, а в горле встал такой горький ком.

— Ты знаешь, Рэй, я могу помочь тебе с ногами. Уверена, достаточно длительный и качественный сеанс реабилитационного массажа и правильно подобранная программа физических нагрузок скажутся положительно на твоём здоровье. Я могу поискать мази, скрывающие шрамы, или, наоборот, найти татуировщика, который сделает на твоём теле восхитительные картины, если тебя это так беспокоит. Но чего я никогда не смогу — это заставить тебя уважать себя.

Он продолжал молча смотреть на меня бездонными чёрными глазами, а я не выдержала, сократила оставшиеся сантиметры между нами и сделала то, о чём давно мечтала, — поцеловала.

Рэй вздрогнул и вначале не отвечал на поцелуй. Прошла секунда-другая, прежде чем его язык заскользил навстречу. Безупречные мужские губы, на которые я часто смотрела во время наших занятий письмом и чтением, оказались искушающе мягкими и тёплыми. Я целовала Рэя, он отвечал, и в груди при этом разрасталось что-то прекрасное и хрупкое, звенящее от счастья. Это было настолько прекрасно, что я ошеломлённо замерла и потратила несколько секунд, прежде чем осознала, что Рэй сам отстранился и сказал:

— Лорен, у тебя очень доброе… и солнечное сердце. Но прошу тебя, остановись.

Вот как…

Так искусно мне ещё не отказывали ни разу. И главное — предпочли кого? Эгоистичную и алчную красавицу. Я сглотнула слюну, которая показалась горькой, как жжёный кофе.

— Я всё поняла, — кивнула я, умоляя свой организм не разреветься прямо здесь. Тролльи болота буду устраивать в своей комнате. — Да, ты прав, я переступила черту. Извини, я уже ухожу. Спокойной ночи.

Я легонько коснулась подушечками пальцев его щеки, очертила милый сердцу абрис лица и ушла. Понятия не имею, зачем я задержалась на эти секунды. Видимо, отчаянно надеялась, что Рэй передумает, но этого не произошло.

До своей комнаты я дошла лишь на одной силе воле и мысли, что Кайто будет подтрунивать по меньшей мере месяц, если застанет меня ревущей в три ручья в коридоре.

***Лорд Чернильных Небес Рэйден Аккрийский

Когда Лорен поцеловала его, Рэй почувствовал себя сошедшим с ума от счастья. Мир вокруг изменился и засиял, как бывало с ним ещё до трагедии и проблемы с оборотом, сердце застучало в груди сильнее. Непозволительную вечность дракон наслаждался теплом, нежностью и страстью, с которой Лорен сминала его губы. Такая маленькая и солнечная, такая грозная и решительная… Такая чудесная и родная.

Но любое волшебство имеет свойство заканчиваться.

«Солнечная», — укорил дракона внутренний голос.

Рэю было плевать на Саяку, он готов и дальше был откупаться от неё драгоценностями. Ему в целом было всё равно на продолжение рода (хотелось бы, конечно, но не в его состоянии выбирать), и он не мог так поступить с Лорен. Это было бы подло и низко.

Одна часть Рэя трепетала от прикосновений яркой зеленоглазой девушки, любящей разгуливать по Харакуну в мужской одежде, а вторая ужасалась тому, что больше всего он сейчас хочет схватить её в охапку и раз и навсегда сделать своей женщиной. К счастью, на последнее у него не было сил — ни физических, ни магических.

«Солнечные люди как дети, они могут выглядеть и казаться взрослыми, здраво и логично рассуждать, но их непонимание мира рано или поздно всплывёт. Категорически нельзя обижать солнечных людей. Тот, кто это сделает, достоин гореть заживо в Низшем Мире, а не уйти на перерождение», — всплыла очередная фраза из энциклопедии, и Рэй с горечью отстранился.

— Лорен, у тебя очень доброе… и солнечное сердце. Но прошу тебя, остановись.

[1] Современные столы котацу помимо покрывала имеют ещё и встроенную систему обогрева под столешницей.

[2] Канзаши — традиционные японские украшения для волос, которые используются для причесок в различных торжественных и культурных событиях.

Глава 17. Взросление драконов

Лорен

Следующим утром у меня не было никакого аппетита. Я лениво провалялась по крайней мере час после пробуждения, прежде чем заставила себя встать с футона и одеться. Теперь, когда в Харакуне тепло, вскакивать и нестись куда-то, чтобы согреться, не требовалось. В конце концов я всё же надела ставшие любимыми штаны и простую рубашку на запахе, запихнув оливковое кимоно подальше в комод. Не принесло оно мне удачи.

Кое-как умывшись и расчесавшись, я направилась вниз, размышляя, не могу ли попросить на некоторое время Кайто или Сатоши приносить еду Рэйдену в комнату. После вчерашнего видеться с ним было как-то неловко… Да и он, после того как пострадала его гордость на моих глазах, наверняка попытается меня избегать хотя бы некоторое время. Именно в таком настроении я и зашла на кухню, где ожидал внезапный сюрприз.

Рэй собственной персоной в роскошном чёрном кимоно и с собранными в густой конский хвост волосами сидел в инвалидном кресле за высоким столом и аккуратными квадратными кубиками нарезал авокадо прямо внутри кожицы, а затем выворачивал последнюю наизнанку, скидывая получившиеся ломтики во вместительную салатницу. Его ловкие пальцы двигались с такой уверенностью, словно он всю жизнь только и нарезал авокадо. Рядом уже на классическом стуле сидела кокку, выковыривала из панциря мясо краба и складывала в ту же миску. Они о чём-то тихо беседовали и даже не в первую секунду меня заметили.

Стоило Сатоши поднять взгляд, она тут же отставила прибор для чистки краба, сложила руки ладонями друг к другу перед собой и склонилась в поклоне.

— Доброе утро, Лорен-сан. Как здорово, что вы пришли. Я уже ухожу.

— Зачем? — Я ошеломлённо уставилась на суетящуюся женщину, но вместо ответа она лишь проворно переставила кастрюльку с кипящим варевом с печи, ещё раз низко поклонилась