Магия из прошлого (СИ) - Мила Морес

не полный перечень моих способностей, открываю их в себе случайно. И все они лишь подтверждают, что здесь я превратился в монстра.

За что же я так обозлился на жизнь? Пытаюсь вспомнить, с чего все это началось, но в голове лишь обрывки, остальное все в тумане. Что-то подсказывает мне, что Эстелита сыграла во всех переменах не последнюю роль. Я сорвался, вероятно, после того, как она отказалась уйти от Энди.

Ареус настоял на том, чтобы я присутствовал на вечернем мероприятии. Он должен представить мне нескольких руководителей темных с других континентов. Я бы с большим удовольствием повалялся в постели с Эсмой. В этом мире она — единственное, что меня утешает. Забываю обо всем, как только переступаю порог нашего жилища. Ее прикосновения меня успокаивают, но каждый раз не могу избавиться от чувства, что я недостоин этих ласк. Во всех ее словах и взглядах я узнаю ту Эсму, которую знал раньше, но с тем исключением, что здесь она моя. Я ощущаю все ее эмоции, в них полно добра и любви. В душе она ещё ребенок, игривый, взбалмошный ребенок. Этим она напоминает мне ту Эсти, которую я полюбил.

По вечерам с тупой болью в груди наблюдаю, как Эсма играется с Клео. Понимаю, что она достойна жизни в другом мире, там, где меньше опасностей, где на нее не будут покушаться.

Чувства к Эсме затмили мою любовь к Эстелите, но каждый день я вспоминаю свою давнюю любовь, в основном ту версию, которую я запомнил из молодости, возможно, еще и доработал в своём воображении.

Сейчас я стою среди магов с черными душами, они улыбаются, говорят о разном, выглядят вполне нормальными. Но я чувствую всю их внутреннюю грязь, ее даже смерть не смоет.

Борюсь с желанием выпустить свою молнию. Я бы с легкостью уложил несколько десятков этих монстров, но их слишком много. Перебить всех я не смогу, а мне во что бы то ни стало, нужно выжить. Я должен продержаться до тех пор, пока Дженард не сможет отмотать время, иначе, тот, кто окажется на моем месте там, в моей настоящей жизни, не будет знать, что могло бы быть, если бы Эстелита осталась жива. Я должен вернуться в свою прошлую одинокую жизнь. Пока ещё не решил, что в ней буду делать, но знаю точно, вернуться я обязан. Как минимум из-за Дори. Эти мысли вызывают у меня и сожаление, и радость одновременно. Первое из-за того, что Эсма не будет принадлежать мне, второе — там будет Дори.

Я отключил свои мысли о прошлом и будущем в тот момент, когда мои темные глаза уловили белое пятно. Сквозь мое многострадальное сердце прошла череда раскаленных стрел. Эсмеральда в белом платье повисла над медленно набирающим силу костром. Ее кожа почти такая же белая, как и одежда, только темные волосы напоминают о том, что это человек, а не призрак. Моя девочка в диком страхе, но голову держит высоко. Она не плачет, смиренно принимает все, что происходит. Я почти уверен, если в этот момент спросить, перейдет ли она на темную сторону, она плюнет в лицо тому, кто задал вопрос. Эсма не сдастся, будет до конца отстаивать свои наивно чистые взгляды, потому что иного варианта для нее не существует. Она никогда не предаст светлую магию.

— Диэн, — легким жестом Ареус предотвратил мои попытки помочь Эсме, в тот же момент его черные глаза выразили угрозу. — Мы должны показать, что не пощадим ни одного светлого мага ради нашей идеи. Она здесь как раз для этого.

— Ты не можешь так поступить, — стараюсь сдерживаться, но отчаянье скрыть не удается.

— Ди, ты слишком привязался, это делает тебя слабым. Я наблюдал за тобой всю эту неделю, и попробуй докажи мне, что не она повлияла на твои решения. Прежний Диэн не позволил бы целой группе темных исчезнуть с наших радаров, а ты это допустил.

— Она ни при чем, — мои оправдания звучат жалко.

— Она из светлых магов, а для своих игр ты можешь найти шлюху среди темных. Впредь будет только так. Или ты хочешь стать, как твой отец? Слабым, бесхарактерным подкаблучником, неспособным принимать решения самостоятельно. Он превратился в бесхребетное существо, а прикрывает все это благородными словами о важности семьи.

— Оставь отца, ты уже достаточно вмешался в его жизнь. Освободи Эсму, она не должна здесь быть, — говорю холодно, укрощаю эмоции, одновременно успокаиваю Эсму.

— Она выполнит свою миссию здесь, — Ареус махнул рукой, и несколько человек подошли к месту жестокой казни с факелами. Пламя вспыхнуло за считанные секунды, я не прикрыл глаза, как и все остальные, я смотрел на Эсму, которая покрывалась огнем от кончиков ног до головы. Темные наслаждались зрелищем с нечеловеческой кровожадностью, а я хотел удостовериться, что она сама сжигает себя, насылал на нее успокаивающую магию, блокировал собственную боль.

Второй раз в жизни я вижу, как погибает моя любимая женщина, моя предназначенная. Эти чувства могли бы разорвать меня на части, лишить способности мыслить на несколько недель, но сейчас я знаю, что концертом руководит Эсмеральда. Я успел заметить перемену оттенков среди языков пламени. Все выглядит именно так, как я уже однажды видел.

Так феникс сжигает себя.

Моя умная девочка все сделала правильно.

Глава 25

Эсмеральда Тервиль

— Эсмеральда, — тихий мужской голос прозвучал издалека, создалось впечатление, что кто-то прочитал мое имя с озадаченной интонацией. За этим последовал шорох, звук открываемой металлической коробки. — Твою ж мать! — на этот раз голос меня едва не оглушил, мужчина прокричал это над моим пеплом. — Ублюдок! — и еще несколько обидных ругательств. — Он прислал мне прах моей предназначенной, — слышу в приятном голосе отчаянье.

Это Энди. Голос действительно похож на тот, который я привыкла слышать, разве что звучит чуть мягче, мелодичнее. Для меня это знак, что пора собирать себя воедино. Хорошо, что я осознаю происходящее, даже будучи пеплом.

— Папа, что случилось? Папа! — рядом звонким колокольчиком заиграл детский голосок.

— Мия, вернись в дом!

— Папа, ты плачешь?

— Нет, Мия, вернись в дом, я сказал!

Я собираю себя по песчинке, хочу поскорее ощутить ветерок на своей коже. И наконец-то я буду в безопасности, а не среди монстров, для которых нет ничего святого. Мне жаль лишь, что Диэн остался там. Он дорог мне, и я не уверена, что смогу идти дальше без него.

— Папа, кто эта девушка? — слышу тот же голосок, но не вижу говорящего. Я стою лицом к