Второй шанс на счастье (СИ) - Грон Ника

— Сволочь! — взбешенно рявкнула я, стараясь добраться до горла мужчины.

— Знаю… — издевательски протянул тот, без особого труда оттолкнув меня назад, отчего я разом повалилась на кровать. В поврежденной спине опять стрельнуло, да так, что на глаза выступили слезы.

— И после этого ты будешь говорить, что все в порядке? Переворачивайся, — хмыкнули над головой.

— Катись ты в бездну со своими предложениями! — сквозь зубы прошипела я, зло утирая нечаянные слезы.

На это получила лишь многозначный хмык, после чего меня совсем невежливо перевернули на живот и, дабы избежать сопротивления с моей стороны, прижали руки к кровати.

— Я убью тебя! — искренне пообещала я, несколько раз дернувшись для проформы.

— Подушкой придушишь? — насмешливо предположил мужчина, после чего его голос разом стал жестче, — Не дергайся и не мешай мне. Это в твоих же интересах: чем быстрее я посмотрю твою спину, тем быстрее ты сможешь одеться и не щеголять передо мной в этом…кстати, что это? Ты уверена, что это нижнее белье?

— А что такое, нравитс-ся?! Так я тебе такое же подарю — будешь носить и наслаждатьс-ся… — ядовитой змей прошипела я.

— Мне вот одно интересно, — спокойно продолжал Элисар, пока его холодные пальцы водили по моей спине, кое-где надавливая, отчего я временами морщилась от боли, — Как ты с такой язвительностью и отвратительным чувством юмора до своих лет дожила?

— Спроси что полегче. Видать тому предсмертному состоянию, в котором меня бросили в местном лесу, я обязана как раз таки всем тем качествам, которые ты сейчас перечислил.

— Да-а, знатно ты кого-то довела — даже шрамы убрать не удалось, — хмыкнул мужчина, проведя рукой по моей лопатке. Насколько я помню, именно там у меня остался шрам, который Иссае вывести не удалось. А второй шрам…

— Хм, и даже здесь есть…как интересно… — меж тем продолжал Элисар, коснувшись как раз таки второго шрама… Стоит ли напоминать, что он у меня находился прямиком на левой ягодице?

— Лапать меня прекрати! — мигом задергалась я, — Извращенец!

— Заметь, ты сама заметила, что любое проявление сексуального интереса в твою сторону можно считать извращением, — фыркнул дядя, по голосу которого было прекрасно понятно, что он ничуть не смущен, — И если тебя это успокоит, шрамы я трогал исключительно с профессиональным интересом. Уже сейчас могу смело сказать, что били тебя хлыстом, используемым для усмирения диких и буйных стигмов. Судя по твоему глубокомысленному молчанию, ты даже не знала о существовании таких. Так вот, язвительная моя, таких стигмов невозможно приучить…

— И зачем тогда хлыст? — задала я закономерный вопрос.

— Этим хлыстом их забивают… До смерти, — любезно просветили меня, — Такие хлысты редкость, которую позволить себе может не каждый высший. А тебя именно этим оружием избивали — уж очень края шрамов характерны.

— Хочешь сказать, что по этой информации можно будет найти моего несостоявшегося убийцу?! — разом оживилась я, совсем забыв о таких неприятностях, как моя частичная обнаженность или раздражение от ситуации. Думала ли я отомстить обидчикам? Да. За ту, что раньше жила в этом теле, за ту, которую подвергали издевательствам, голоду и многому чего еще. Всегда ненавидела несправедливость, и если есть шанс это как-то исправить…всегда пожалуйста!

— Наш пятый друг, что сегодня отсутствовал на ужине — несколько раз участвовал в подобном сомнительном «развлечении». Он знаком с этой сферой и сиринами, что в нее погружены. Думаю, с его помощью мы сможем найти твоего обидчика, — задумчиво протянул мужчина, после чего резко приказал, — Так, лежи на месте и не двигайся — я за заживляющей мазью. Лиэра, серьезно, не веди себя как глупый ребенок — ты сама прекрасно должна понимать, что лечение тебе необходимо.

— Так что у меня там? — крикнула я в спину уходящего мужчины.

Ответ получила лишь спустя несколько минут, когда тот вернулся со знакомой баночкой мази в руках:

— Сильный ушиб в области девятого спинного позвонка. Вроде без смещения последнего.

— Вроде?! То есть ты еще и не уверен?! — мигом занервничала я, в голове представив картины всяких ужасов.

— Лиэра, что это за истеричные нотки в твоем голосе? Неужели ты боишься? — насмешливо произнес Элисар, присев рядом на кровать, — А вообще спешу тебя успокоить, никакого смещения у тебя там нет. С травмами подобного толка я сталкиваюсь не первый раз. Лучше скажи, как ты вообще умудрилась так упасть? Тебя что, твои мастера по боевым искусствам правильно страховаться не научили?

— Меня никто не учил, я просто смотрела со стороны, запоминала, а потом пыталась повторить, — буркнула я, вздрогнув, когда холодная мазь коснулась спины.

— Что-то мне подсказывает, что ты меня обманываешь, — снисходительно протянул дядя, неторопливо втирая мне в спину мазь, своим запахом отдаленно напоминающую мне мяту, — Обычное визуальное запоминание тебе бы не помогло — наверняка были бы какие-нибудь ошибки, из-за которых хромала бы техника. Ты же ногами размахиваешь с правильной амплитудой, замахом и силой удара.

— Я тебе не вру, — легко дернула я плечом. Я ведь ему и правда не слова лжи не сказала: это тело никто приемам не обучал, я знания брала лишь из собственных воспоминаний, что можно назвать наблюдением.

— Тогда из тебя вышла бы хорошая наемница… если бы не отвратительный характер и неумение держать язык за зубами, из-за которых наши мастера тебя просто прибили бы.

— Удивительно, как, в таком случае выжил ты, — насмешливо фыркнула я, — Хотя нет, можешь не говорить — и так понятно, что ты хитрый змей, который умеет подстраиваться под любую ситуацию.

— Слишком часто ты меня с этими чешуйчатыми сравниваешь, не находишь это странным? — вкрадчиво поинтересовались у меня, после чего, не дождавшись ответы, хмыкнули, — Ну и ладно, каждый имеет право на собственные…извращения. А я свое дело закончил, можешь вставать и одеваться… Впрочем если ты вдруг решишь спать так, то осуждать я тебя не буду, а даже поддержу…

— Это за что ты меня там держать собрался? — дотянувшись до рубашки и быстро накинув ее, подозрительно уточнила я, чувствуя себя при этом на порядок увереннее.

— Спешу тебя огорчить, но выбор в этом деле у меня невелик. Разве что…за твои торчащие ребра, как за самую выпирающую часть…

— Бесцеремонная сволочь! — резко охарактеризовала я мужчину. А тому хоть бы что — сидит с невозмутимой улыбочкой на лице.

— Твоя половина кровати — левая, — меж тем продолжал мужчина, — Потому что я сплю всегда справа, и изменять своим привычкам не намерен.

— Кстати об этом, Элисар, — подозрительно ласковым голосом начала я, — Позволь спросить, как часто тебе меняют постельное белье?

— Каждые три дня. Сегодня как раз таки была очередная смена. Почему ты спрашиваешь? — полюбопытствовал дядя, совершенно не ожидая подвоха.

— Тебе повезло. В противном случае сейчас я закатила бы скандал и отказалась ночевать в этой кровати, — мурлыкнула я, — А то, знаешь ли, не хотелось бы ложиться в постель, носящую остатки вашего с Миирой бурного времяпрепровождения…

— Лиэра, ты просто невыносима, и большую часть своего времени я просто мечтаю тебя за это придушить! Ты знала об этом? — мрачно поинтересовались у меня.

— Удивительно, но наши чувства взаимны, дорогой мой дядя! Может это судьба? И будем мы жить долго и счастливо, пока не удушим друг друга в один день!

— У тебя больное представление об отношениях. И если мы с тобой сейчас не ляжем спать, завтра вставать будет очень трудно…

— А во сколько ты просыпаешься? — полюбопытствовала я, внутри чувствуя явный подвох. И…он не заставил себя ждать!

— В пять часов утра, — с вежливо улыбкой проинформировал меня мужчина. Стоит ли говорить, что после этого под одеяло я залезла быстро, стремительно и с явным оттенком отчаяния?

Дождавшись, пока Элисар погасит все свечи в комнате, я позволила себе судорожный вдох, так как прекрасно слышала раздавшийся вслед за этим звук снимаемой одежды. Мысль подглядеть я сразу отбросила, так как в комнате стояла жуткая темень, а луны светили недостаточно ярко. Да и вообще, зачем оно мне надо?