Читай по губам... (СИ) - Юдина Екатерина

Нарезая картошку, я против воли улыбнулась.

Еще недавно я погибала от нервозности и боялась худших исходов, и как же приятно было сейчас ощущать то, что жизнь постепенно налаживалась.

* * *

Уже наступил февраль, и это радовало, ведь погода значительно улучшилась, но так же было то, что отдавалось горечью. А именно — отмена нашей с Домиником свадьбы.

На самом деле, мы даже не обсуждали то, когда сможем ее провести. Как-то не до этого было.

Пока что самым важным было здоровье Прежана и поиски Реми. Плюс, учеба, в которой и у меня и у Моно хватало хвостов. Бывало такое, что в свободные вечера мы вдвоем сидели на кухне и учились. Я за своими конспектами, а Доминик за своими учебниками.

В такие моменты в комнате царила полная тишина и был слышен только шорох переворачивающихся листов и грохот опрокинутых книг — последнее являлось заслугой Ивеса. Он оказался еще тем проказником.

Сразу я обрадовалась тому, что Доминик присоединился ко мне за учебой, но уже вскоре я поняла, что совершенно не могла сосредоточиться на конспектах, а причиной этому было то, что я то и дело тайком поглядывала на Моно.

За учебой он был совершенно другим. Более сосредоточенным и задумчивым.

Как всегда, Моно растрепанный, но, подперев голову кулаком, скользил взглядом по строкам книги. Это было невероятно привлекательное зрелище и я со стыдом поняла, что меня возбуждало то, как Доминик читал.

Он, ничего не подозревая, дочитал страницу и, подчеркнув что-то карандашом, перевернул страницу, а я, краснея, вспоминала о том, как парень меня брал и так же представляла, как он это делал бы сейчас.

Или сказывалось долгое отсутствие близости, или я стала испорченной.

Сразу я думала о том, чтобы пойти сделать чая и благодаря этому немного отвлечься, но поняла, что это не поможет.

Сняв комнатный тапочек я немного придвинулась вперед и своей ногой провела по ноге Доминика постепенно поднимаясь к его коленке.

Моно тут же оторвал взгляд от книги и посмотрел на меня:

— Что ты делаешь?

— Ничего особенного, — я пожала плечами и, убрав ногу, облизнула губы. Если честно, соблазнительница из меня плохая, но я надеялась, что этих знаков будет достаточно, чтобы Доминик перешел к действиям. Вот только, он вернулся к чтению книги, а я от этого зрелища только сильнее поерзала, ощущая, как внизу живота начало приятно тянуть.

В этот момент я поняла, что, судя по всему, читающий Доминик являлся для меня чем-то сродни фетиша, но, естественно, я никогда и ни за что ему об этом не расскажу. Иначе, просто сгорю со стыда.  

Встав со своего стула, я обошла стол и, забрав у Моно книгу, положила ее в сторону. Доминик вопросительно приподнял бровь, а я села ему на колени, так, что теперь была лицом к парню и своими губами прикоснулась к его. Щеки тут же запылали от смущения и, просто не зная, что еще делать, я обняла Моно за шею и своей грудью прижалась к его.

Отчетливо ощутила, как его тело напряглось и то, что член мгновенно стал каменным. Радуясь тому, что мои действия возымели эффект, я немного поерзала, через ткань одежды потеревшись о возбужденную плоть Доминика.

Кажется, Моно хотел что-то сказать, но вместо этого рыкнул и руками забрался под мою футболку, а губами коснулся ключиц. Прикусывая их и целуя. С первых же мгновений резко и несдержанно. Настолько жадно, будто желал меня сожрать.

— Ты уже готова? — его голос настолько хриплый, что даже плохо узнаваемый.

— Уже давно, — прерывисто прошептала, понимая, что Моно спрашивал о моем самочувствии.

Впившись в мои губы истязающим поцелуем, Доминик подхватил меня под бедра и, прижимая к себе так, что между нами не было ни миллиметра расстояния, он поднялся со стула и пошел в сторону двери.

Не разрывая поцелуя, от которого губы начали гореть, Моно отнес меня в холл и там, уложив на диван, тут же навис сверху. Воздух пылал и кожу будто бы облизывали языки пламени. Задрав мою юбку, он поддел пальцами трусики и потянул их вниз, но момент был резко прерван.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ивес внезапно напал на Моно и начал бить его лапками, оставляя на смуглой коже глубокие царапины.

— Проклятье… — Доминик попытался перехватить кота, но тот так просто не давался.

— Осторожней с ним, — я тут же приподнялась на локтях. — Не навреди Ивесу.

Иногда мне казалось, что после того случая в Марселе, Ивес так и не смог простить Доминику грубость по отношению ко мне. Из-за этого он постоянно был рядом и в те моменты, которые ему не нравились, кот начинал шипеть, закрывая меня собой.

Судя по всему, сейчас ему показалось угрожающим то, что Доминик навис надо мной, из-за чего кот явно решил прервать нашу близость. Из-за того, что Ивес вообще не собирался успокаиваться, Моно выругался и, кое-как удерживая его, отнес обратно на кухню, после чего закрыл дверь.

— Никогда не думал, что мне придется сражаться с котом, чтобы заняться с тобой сексом, — Доминик сказал мрачно.

— Он не просто кот. Ивес мой друг и защитник, — я солгу, если скажу, что эта ситуация не показалась мне забавной. — Пойдем, я обработаю твои царапины.

Царапин было много и почти все очень глубокие, но Доминик лишь отрицательно качнул головой и сказал:

— Не нужно.

Моно снял футболку и, отбросив ее в сторону, опять опрокинул меня на диван, после чего задрал мою юбку и на этот раз уже одним движением сорвал трусики.

Вновь нависая надо мной он поцеловал шею и, рыкнув, прикусил мочку уха, после чего, в одно мгновение снял футболку и спортивный лифчик, в котором я ходила по дому. На мне осталась лишь юбка, но сейчас она небрежными складками лежала на талии.

Прохладный воздух прикоснулся к пылающей коже и я, прикусив губу, поерзала. Доминик раздвинул мне ноги, и я послушно поддалась, полностью раскрываясь перед парнем. Хотела его настолько сильно, что казалось, даже отчаянно. Сама тянулась за поцелуями, а он, в противовес, жадно на меня набрасывался. Дико, резко и безумно. Целовал каждый сантиметр тела и ладонью сжимал грудь, второй рукой опустившись к моему лону. Ласкал так, что я за считанные секунды потеряла остатки здравого разума, но из-за этих прикосновений желала только большего, из-за чего сама потянулась к ремню Доминика.

Он перехватил мои руки и, прижав их к дивану одной своей ладонью, сам расстегнул свой ремень, после чего освободил до предела возбужденный член и приставил к моему лону.

— Моя девочка… — хрипло сказал он и сделал первое движение, в поцелуе своими губами ловя мой стон.

Доминик входил очень медленно, наполняя меня собой постепенно и, как же остро это было. Так, что от каждого толчка тело сводило судорогой и дрожью, а сознание все сильнее мутнело, отгоняя мысли и отдавая меня ощущениям. Я горела, словно в лихорадке и цеплялась за Моно. Казалось, что это мой предел, но, в тот же момент желала еще больше. Так, чтобы разбиться о волны той жажды, что бурлила внутри меня, а потом полностью восстановиться.

Наверное, длительное отсутствие близости сказывалась во многом и даже в том, что желая быть осторожными, мы все равно будто бы с цепи срывались и набрасывались друг на друга, но нам действительно было хорошо.

— Доминик… — простонала, чувствуя, как подходила к грани и то, как уже в следующее мгновение тело пробило дрожью от испытуемого оргазма, который лишь усиливался от того, что Доминик все еще двигался во мне, делая последние движения особенно глубокими и затем кончая внутрь.

Я тяжело дышала и не могла сказать ни одного слова, но сейчас мне и так было хорошо. Раздражал лишь громкий звонок на телефоне Доминика, который раз за разом разрывал тишину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В конце концов, парень выругался и достал из кармана мобильный, после чего ответил на звонок:

— Да.

Я не слышала, что Доминику сообщил собеседник, но Моно почти сразу изменился в лице и, когда телефонный разговор был окончен, он мне сказал:

— Нашли Реми.

* * *

Оказалось, что Прежан его действительно хорошо спрятал, и Реми удалось найти лишь потому, что мы знали, что он точно находился в частной больнице и так же у нас имелись его снимки.