Вредина в академии (СИ) - Винни Фред

— Они погибли от истощения ауры? — неверяще качнула головой я, — так быстро, что их не успели спасти?

— Очень быстро, за несколько минут.

— Демоны способны опустошить ауру за несколько минут?

— Демоны — нет. Но у них есть то, что способно.

— Что это?

— Хотите узнать? — в глазах Деймона появилось что-то такое, что моя змея юркнула внутрь и свернулась в глубине, но мне отступать не хотелось.

— Хочу.

— Не страшно? — неприятно ухмыльнулся Деймон, я подняла подбородок:

— Мы учимся уже почти неделю, и до сих пор не знаем, с чем должны бороться. Какая разница, страшно мне или нет? Мы должны это знать, иначе наши занятия — кружок теоретической математики.

— То есть, не страшно, — констатировал Деймон, медленно поднимаясь из-за стола. На его лице было что-то такое, что я не хотела бы видеть больше никогда, потому что глядя на него я отчётливо осознавала, что передо мной демон, существо энергетически отрицательное, любой здесь присутствующий для него — добыча, еда. Пожиратель Душ, он говорил… я не особенно разбиралась в демонах, но что-то мне подсказывало, что лучше держаться от него подальше, как можно дальше. Он шёл ко мне, медленно поднимался по ступенькам, неотрывно глядя мне прямо в глаза, как будто в душу, как будто смотрел на блюдо, которое собирается съесть. Если я сейчас убегу, никто даже смеяться не будет, они все видели его глаза. И я видела. И я не побежала.

За два шага до моего стола он расстегнул пиджак, за шаг — достал из скрытых под пиджаком ножен длинный абсолютно чёрный нож. И одновременно с последним шагом с размаху вогнал его в центр моего конспекта, до середины лезвия.

Заорала пожарная сирена, так оглушительно, что я закрыла уши, но всё равно её слышала, в глазах всё затряслось, как будто мелко дрожал пол, и стол, и стены, какие-то странные чёрные кольца замелькали на краю зрения, кто-то бежал мимо моего стола, но я не различала лиц. Голос Деймона перекрыл сирену и шум в ушах:

— Что скажете, госпожа эль'Хиз? Может, хотите сделать замеры? — он кричал, кто-то ещё кричал, но я ничего не различала — меня гипнотизировал чёрный нож, он излучал что-то, от чего хотелось бежать без оглядки в первобытном ужасе, не ища причин. По листу конспекта от ножа медленно расползалось серое пятно… как будто сухости, или тлена — мельчайшие частички дерева, из которых состояла бумага, деформировались и темнели, чернила выцветали, это казалось необъяснимо пугающим и непоправимым.

С грохотом открылась дверь, в аудиторию ворвались охранники в форме, ещё какие-то люди, кто-то закричал:

— Что вы творите?! Прекратите это немедленно!

Деймон полуобернулся к ним, не отводя глаз от меня, гаркнул:

— Пошли вон из аудитории! У меня лекция!

— Вы подвергаете опасности…

— Я всё контролирую!

— Вы с ума сошли?! Немедленно…

— Я сказал дверь закрыли с той стороны!!! Вы мешаете мне вести урок!

— Вы за это ответите.

Грохнула дверь, Деймон опёрся о стол и наклонился ко мне:

— Госпожа эль'Хиз, вы насмотрелись?

Я медленно качнула головой — нет, я не насмотрелась, я до сих пор не понимала, что происходит. Чёрный нож разрушал мою тетрадь… а может быть, и воздух вокруг — он распространял вокруг себя что-то, что как будто вытягивало саму жизнь…

Это оружие демонов.

Вот, почему орала сигнализация — это древняя система оповещения о демонах, наверное, ещё от гномов осталась. Как же это работает?

Я переключилась на магическое зрение, потом на другой его вариант, которому в Академии не учат, просканировала чёртов нож всеми способами, которые только знала — ничего не поняла, нож выглядел как провал в ткани мироздания, как чёрная дыра, он ничего не отражал, только поглощал. Из чего же он сделан…

Я стала ставить на пути серой волны щиты, сначала по стихиям, потом универсальные, какие только знала, потом просто стала пытаться замедлить волну, остановить, какими-то невероятными узлами из разных энергий — без толку, серость пожирала всё, что я делала, подчистую. Но ведь рукоять не разрушается. Из чего она?

Я потянулась к ножу рукой, но Деймон взял меня за запястье, предостерегающе качнул головой, я кивнула и потянулась другой рукой за карандашом, осторожно тронула рукоять — ничего не произошло, тронула лезвие сбоку — с его чёрной поверхности снялась лёгкая пыльца чёрной краски, но тут же исчезла, как будто впитавшись в карандаш, а по дереву начала расползаться такая же волна сухости, как та, что понемногу ела мой конспект. Я призвала «воздушный скальпель» и срезала ту часть карандаша, по которой сухость уже распространилась, на остальной карандаш чёрная пыль не попала, я отложила его в сторону, стала смотреть, как серое тление доедает отрезанный кусок, краска тускнеет, дерево рассыпается в труху, а труха превращается в пыль. То место, на которое упала пыль, стало новым очагом распространения сухости и выцветания, я осмотрела стол, ища что-то, что эта чёрная пыль сожрать не сможет, может быть, металл или стекло…

Звон сирены в голове постепенно перешёл в высокий писк, я заметила, что меня качает, попыталась прислушаться к себе, внезапно поняла, как мало во мне энергии, а ведь было всё нормально с утра, я ни на что не тратилась… неужели? Ещё раз просканировав себя, нож и конспект, я поняла, что эта чёртова пыль тянет из меня энергию, очень быстро. А ведь я к ней даже не прикасаюсь. Что же она делает с живой плотью…

Захотелось сходить за лабораторной мышкой и посмотреть, но Деймон взял меня за вторую руку, привлекая внимание, я подняла голову, он качнул головой и тихо сказал:

— Хватит с тебя.

Упёрся левой рукой в стол, а правой выдернул нож, осторожно спрятал в ножны, стараясь не коснуться больше ничего.

Резко замолчала сирена.

Стало так тихо, что эта тишина давила на уши, я слышала дыхание всех в аудитории, слышала шорох ткани, скрип стульев, кто-то щёлкнул суставами, кто шепнул ругательство. Деймон смотрел на меня. Я посмотрела на конспект. По нему продолжало расползаться пятно.

Я с усилием прочистила горло и спросила:

— Оно не остановится?

— Нет, — качнул головой Деймон. — Вы поступили интуитивно правильно, когда срезали поражённый участок, с ранами делают то же самое — обрезают до чистого и тогда уже лечат, если пропустить хоть немного, то распространение продолжается.

— Что это? Это такая магия, инфекция, или..?

— Мы не знаем, что это. Над этим работают лучшие институты, но пока никто не дал точный ответ. Может быть, кто-то из вас даст. — Деймон выпрямился, левитацией поднял мой конспект и «воздушным лезвием» обрезал сухие участки вокруг прокола, они упали на парту, по дереву тоже расползалось пятно серости вокруг дыры от ножа, в месте падения обрезанных кусков бумаги поползло ещё одно. Деймон мягким движением отодвинул дырявый конспект, повёл в воздухе пальцами в каком-то неуловимо простом заклинании, похожем на «воздушное лезвие», но при этом с другой формулой, я не успела рассмотреть. Но результат увидела — от парты отделился прямоугольник дерева, вырезанного из столешницы, размером с учебник, подплыл к рукам Деймона, тот сосредоточенно нахмурился и применил какое-то сложное заклинание, которого я точно не знала, что-то связанное с уплотнением материи и заоблачного уровня щитами. Вокруг деревянного прямоугольника возникло что-то, похожее на тонкое сверхпрозрачное стекло, Деймон взял деревяшку рукой и протянул мне с усталой ироничной улыбкой: — Наслаждайтесь, госпожа эль'Хиз, можете экспериментировать сколько душе угодно, чёрная пыль доест дерево где-то через неделю, потом самоуничтожится внутри саркофага. Я ещё буду здесь, подойдёте — я вам новую такую сделаю. Ещё вопросы есть?

Зазвенел звонок. Многие повскакивали, кто-то бросился ко мне, кто-то — к двери. Деймон повысил голос:

— Завтра контрольная по сегодняшним расчётам, послезавтра практикум, готовьтесь. Всем спасибо, все свободны.

Большая часть группы убежала, человек пять подошли ко мне, стали глазеть на «саркофаг» с куском парты, но дотронуться никто не решился, Деймон всё ещё держал его в руках. Я смотрела на него, наблюдая как в его лицо возвращается жизнь, как будто он был заколдован древней магией и превращён в камень, а теперь заклятие снято и он постепенно возвращается сюда из того места, где жизни нет, но смерть тоже невозможна.