Клаудия Грей - Обреченная

— Вы что, пытаетесь подкупить меня, сэр? — Джордж выпрямился во весь рост. — Пусть я всего лишь седьмой лейтенант на этом корабле, но, надеюсь, человек я честный.

— Ни в коем случае! Я только хотел все исправить.

— Это уже невозможно исправить, сэр, — отрезал Джордж. — И поэтому сейчас мы вышвырнем вашего свирепого пса за борт.

— Нет! — закричала я. Джордж посмотрел на меня, озадаченный моей реакцией. Чуть дальше по коридору в таком же замешательстве стояла Мириам. — Вы не можете. Вы… вы просто не можете!

Мистер Марлоу предложил:

— Почему бы нам не пойти с этим к капитану? — Он тоже выпрямился, поправил пиджак и теперь больше походил на того, кем являлся, — богатого влиятельного человека. — Это мой пес, и я хочу его сохранить.

Вероятно, Джордж его узнал, но от своего не отступил:

— Боже праведный, неужели вас больше беспокоит то, что произойдет с вашей собакой, чем то, что сегодня ночью тут погиб человек?

Если они выкинут «пса» за борт, сегодня ночью погибнут два человека. Ужас убийства, свидетелем которого я оказалась, не отменяет необходимости спасти Алека.

— Мне искренне жаль. — Голос мистера Марлоу дрогнул, и сердце мое заныло — я почувствовала, как ему мучительно тяжело. Он хороший человек, из числа тех, кто ни за что не стал бы в данном случае спорить с Джорджем, если бы на весах не лежала жизнь его сына. — Но… я вынужден настаивать на беседе с вышестоящим лицом, прежде чем вы сделаете что-нибудь опрометчивое.

— Опрометчивое! — Казалось, что Джордж пришел в бешенство. Скорее всего, так оно и было. — Я не собираюсь будить капитана Смита — он прикажет выбросить за борт всех нас. Но на этом корабле есть и другие представители власти. Вот пусть они и решают, как поступить с вашим животным.

Я снова посмотрела на рыжего волка, лежавшего на полу в наркотическом забытьи. Он может стать утопленником до того, как очнется.

Глава 18

Они связали рыжего волка, словно тот был кабаном на заклании, и швырнули в деревянный ящик.

— Вы не посмеете тронуть его, — заявил мистер Марлоу. — Нет, если хотите, чтобы утром у вас еще была работа на этом лайнере.

Джордж не уступал ему характером:

— Я следую правилам на этом корабле, в отличие от некоторых. Когда мы услышим, что прикажет нам сделать мистер Эндрюс, тогда и сделаем. Если он захочет вернуть вам вашего чертова пса, это его право. Но если он поведет себя разумно и велит утопить его прежде, чем пес натворит тут еще дел, так оно и будет, и никакие ваши деньги и влияние этого не изменят.

Я вздрогнула, когда стюард грубо схватил ящик и потащил его… не знаю куда. Как ни рвалась я побежать за ним, чтобы защитить Алека, я понимала, что это невозможно. Дрожа от холода и последствий шока, я вскинула руку в бесполезном протесте, но они уже протащили ящик в дверь, и та за ними захлопнулась.

Мистер Марлоу снял пиджак и накинул его мне на плечи. Только тут я сообразила, что стою в ночной рубашке, с распущенными по плечам волосами.

— Вы сделали все, что могли, — пробормотал он.

Я повернулась к нему и увидела набухший багровый синяк вокруг глаза.

— Михаил? — прошептала я.

Он кивнул.

Михаил одолел мистера Марлоу у дверей в зал для игры в сквош и освободил Алека в надежде, что тот кого-нибудь убьет. Алек предупреждал меня, что молчание Михаила означает, что тот придумывает новый план, но такого оборота событий я даже не предполагала.

— Ну так идемте, — скованно произнес Джордж. Он терпел боль от своих ран, не поморщившись, даже когда открывал раненой рукой дверь. Я пошла вслед за мистером Марлоу, и Джордж удивленно взглянул на меня. — Тесс… то есть мисс Дэвис, а вам-то какое до всего этого дело? Лучше вернитесь в свою каюту. Чертовски тяжелая выдалась ночка.

Я остановилась, не зная, что ответить.

Меня выручил мистер Марлоу:

— Она собирается поступить работать в нашу семью. Я доволен, видя, как энергично вы отстаиваете наши интересы, мисс Дэвис. Будьте добры, следуйте за нами.

Такая же хорошая ложь, как любая другая. Джордж нахмурился, но больше возражать не стал. Я глянула на мистера Марлоу, тот коротко кивнул. Конечно, разумнее всего вернуться в каюту, но я все равно не усну, а когда вернусь, мне устроит допрос Мириам, определенно догадавшаяся, что дело нечисто. По сравнению с этим куда легче предстать перед капитаном, или первым лейтенантом, или кто там этот мистер Эндрюс.

Кроме того, я должна как можно быстрее выяснить, что будет с Алеком. Если мистер Марлоу сумеет дать взятку или как-то уговорить Эндрюса, мы сможем отнести ящик в их каюту, дать Алеку возможность проснуться в кровати и надеяться на будущее.

Если же удача и влияние изменят мистеру Марлоу, Алека утопят во сне или же превращение произойдет прямо в ящике и он предстанет перед всем миром чудовищем.

Мы вышли на палубу первого класса и направились куда-то, я не поняла, куда именно. Или эта странная ночь играет со мной злые шутки, или действительно стало намного холоднее, чем раньше? До сих пор наше плавание было приятным, а погода умеренно теплой, но внезапно воздух начал кусаться. Может, дело в навязчивом страхе, стоит мне представить, что будет чувствовать несчастный Алек, если его сбросят с корабля умирать в ледяном холоде Северной Атлантики.

В тиши ночи наши шаги казались неуместно громкими. В темном, беспредельном океане, простирающемся впереди, я разглядела что-то белое — небольшая льдина, только и всего.

Мистер Марлоу тоже чувствовал себя не лучшим образом. Он шел с блуждающим взглядом, неровной походкой, то и дело спотыкался. Я взяла его за руку:

— Как вы, сэр?

— Я его подвел.

Мистер Марлоу на мгновение закрыл глаза, словно пытаясь прогнать прочь ужасающую правду, и мне пришлось вести его самой. Не знаю, может, удар Михаила, от которого почернел глаз, оглушил мистера Марлоу, а может, он просто оцепенел от шока. Положение само по себе ужасное, но, возможно, у него что-то болит. Нужно будет обратиться к доктору, но не сейчас. Нам придется признать серьезность того, что произошло сегодня ночью, но потом. Сейчас нужно бороться за жизнь Алека.

— Куда мы идем? — спросила я Джорджа. — Какой офицер этот мистер Эндрюс?

Джордж с некоторой неловкостью посмотрел на меня. Мы были в дружеских отношениях, но сейчас оказались по разные стороны баррикады. И хуже всего то, что я не могу винить его; зная только то, что он знает, Джордж вряд ли мог поступить иначе, чтобы защитить пассажиров.

— Мистер Эндрюс вообще не офицер.

— Вы хотите сказать, что он всего лишь пассажир?