Киран Скотт - Что таится в лесу

Тед моргнул. Он, наконец, опустил пистолет, и Келли вздохнула с облегчением. С Джереми все было хорошо. Пока.

Свободной рукой Тед потёр бровь, зажимая кожу пальцами.

- Слушайте, Келли права. Ясно, что мы совершенно не доверяем друг другу, - сказал он. - И скоро уже стемнеет. Поэтому предлагаю развести огонь, доесть остатки арахисового масла и лечь спать.

«Спать. Да, правильно», подумала Келли.

- Если только у тебя не осталось с собой еды, - едко сказал Джереми Заку.

Пенелопа широко распахнула глаза.

- Да! У тебя ведь должно быть что-нибудь поесть, да? Не могу поверить, что ты следовал за нами все это время и ничего нам не предложил.

Зак слегка позеленел.

- Вообще-то, я на мели. Я не планировал быть здесь так долго.

Тед закатил глаза.

- Ладно. У меня нет аппетита, но спать я тоже не собираюсь, - сказал Джереми. - Не рядом с тобой и твоим оружием.

- Отлично, тогда мы будем дружно бодрствовать всю ночь и не сводить друг с друга подозрительного взгляда, - с сарказмом ответил Тед. - Плевать. Давайте соберём дров.

Келли попыталась поймать взгляд Джереми, но он отвернулся от неё и сгорбился. Со вздохом, она пошла на другую сторону поляны, подбирая сломанные ветки и покачивая их в своих ослабленных руках. Все её тело чувствовалось неуверенным. Но её страх превратился в живое существо, ползающее в груди, скачущее вверх и вниз на её сердце, качающееся на её рёбрах в качестве турника. Он ликовал от места жительства, и она была уверена, он никогда не уйдёт.

Что, если один из этих людей действительно был убийцей? Если Лиза, всегда жёсткая, всегда храбрая, не смогла защитить себя, у Келли не было шанса. Впервые, она была вынуждена по-настоящему рассмотреть свою слабость, свою полную невежественность в самообороне.

Она чувствовала, что не знала ничего стоящего. Будто она потратила всю свою жизнь до этого момента впустую, учась, сочиняя истории без окончаний, читая романы-фэнтези, крася ногти и отправляя SMS с бессмысленным фотографиям и мемами друзьям. Все это время она могла качаться, учиться, изучать карате или крав-мага*, или боксировать, или что угодно. Заниматься чем-то, что могло на самом деле спасти ей жизнь. (* крав-мага – израильская система военного рукопашного боя – прим. Ред.)

Она протопала обратно к огню и бросила свой хворост возле камней, а затем опустилась на землю. Тед, в конечном итоге, развёл костёр и раздал сначала арахисовое масло, а затем и пакет с сухофруктами. Келли взяла свою порцию и медленно её съела, кусочек за жалким кусочком, перекатывая мюсли, орехи, шоколад и изюм во рту. Никто не расставил палатку. Они просто устроили свои спальные мешки вокруг костра, как спицы в колесе, и расселись, наблюдая за пламенем, следя друг за другом.

Келли не хотела спать всю ночь. Она и представить не могла, как это спать рядом с трупом Лизы, её переполняли страх и недоверие.

Зак, казалось, устроился, чтобы не спать - он сидел, вытянув ноги и свернувшись в какой-то позе йоги, стойко глядя на огонь. Но, в конечном счёте, Пенелопа откинулась назад на локтях, затем легла и потом заснула. Келли чувствовала, что начинала засыпать, она закрывала глаза и на мгновение уплывала, и, каждый раз, она начинала думать о Лизе, что сразу же будило её.

- Келли, ложись и поспи, - наконец, сказал Джереми. Это были его первые слова, которые он сказал ей за последние несколько часов. Он подобрался к ней, расстегнул её спальник и жестом указал забираться внутрь. - Обещаю, я не позволю ничему с тобой случиться.

Келли посмотрела ему в глаза и увидела Джереми. Джереми, которому она доверяла и которого любила. Джереми, которому в этой поездке она предложила свою компанию, чтобы вернуть её, если что-то не сложится с девушками. Он не мог быть убийцей, или мог?

Она посмотрела на Теда и Зака, обоих насупленных и молчащих; огонь отбрасывал странные, искажённые тени на их лица.

Да и вообще, какая разница? Она не смогла бы защитить себя, даже бодрствуя. Сон, на самом деле, не сделает большой разницы.

- Ладно, - сказала она тихо, сдаваясь. - Спасибо, Джереми.

Он неуверенно улыбнулся ей. Она заползла в свой спальный мешок и провалилась в тёмный сон без сновидений.

Журнал выздоровления: Запись №9

Страх - невероятно коварная штука. Он может охватить вас за секунду, но избавиться от него будет очень сложно. Он может вызывать подозрение там, где его не ждёшь, и разрушить даже самые крепкие узы.

А ещё он может быть очень удобным инструментом. Особенно, когда кто-то хочет разделить и властвовать. Добавьте в смесь чуток страха, и внезапно, каждый сам за себя, каждый боится за свою собственную шкуру. Но на самом деле, они не знают, в какую сторону смотреть, в какую свернуть. Пытаясь защитить себя, они теряют бдительность. Не могут сосредоточиться. Не могут увидеть то, что прямо перед ними. Или за ними. Или рядом с ними.

Они забывают, что наибольшая угроза часто прячется внутри.

Глава 44

Келли разбудил солнечный свет, и она села, удивлённая. Каким-то образом, она всё-таки уснула и проспала всю ночь. Её взгляд устремился к телу Лизы, все так же завёрнутому в разрезанную палатку. Значит, это не было ночным кошмаром. Вчерашний день произошёл на самом деле.

Проглотив комок в горле, Келли посмотрела на Джереми. Он тоже был в отключке, развалившись прямо поверх своего спального мешка, но что-то было не так. Ноги были вымазаны красновато-бурой полузасохшей жижей, да и пальцы также были перемазаны ею. Она медленно подняла взгляд на его лицо, нахмуренное во сне. На щеке был красный мазок.

Кровь. В этом не было сомнений. Джереми был вымазан кровью.

Келли выбралась из спального мешка и огляделась. Пенелопы нигде не было видно. Тед и Зак тоже исчезли. Она была одна. Один на один в лесу с парнем, с ног до головы покрытым кровью и спящим без задних ног, даже не отмывшись.

«Что ты сделал, Джереми?» подумала Келли, закрывая рот рукой. «Что ты наделал?»

Келли схватила подол своей футболки и скрутила её, глядя по сторонам.

Единственным человеком в поле зрения была Лиза. Её мёртвая серая рука выглядывала из-под её савана.

Джереми перекатился и застонал. Келли юркнула на тропу. С прошлой ночи на ней остались походные ботинки, что было очень даже кстати, но ноги ослабли, а в голове была необъяснимая лёгкость. Эти два дня она почти ничего не ела. Пошатываясь на грязной тропке, она поняла, что понятия не имеет, куда идёт. Неужели она идёт в том же направлении, откуда они пришли? Голова закружилась.

- Соберись, Келли. Соберись, - прошептала она, закрывая глаза. Она услышала шёпот, или возможно дыхание, и замерла. Воздух был густым и влажным, словно кипящее на огне молоко, но холодный палец страха коснулся её затылка. Она снова открыла глаза. Ничего.