Ольга Резниченко - Друзья

— Патти…

(глотаю слезы, глотаю всхлипы — пытаюсь ровно дышать; не оборачиваюсь)

— Ну, прости меня, придурка старого. Прошу…

(вдруг несмело коснулся моих плеч руками — еще движение… и, обняв, силой поднял с дивана, притянул, прижал к себе, спрятал в объятиях) —

Прости… Переклинило меня, — взволновано прошептал на ухо, — как увидел вас двоих. Сразу старое всплыло. Как Женье меня предала. Взбесился, с ума сошел — и любая трезвая мысль тут же растаяла. Прости меня… идиота. Прости, что сомневался…

(пытаюсь не дышать, сдавить истерику)

— Но я… действительно, его не целовала. Марат.

— Прости меня…

(крепче сжал в объятиях)

Прости…

(короткий, несмелый поцелуй в макушку)

— Ты же не уйдешь больше?

(жадно сжимаю, удерживаю его руки подле себя)

— Нет. Не уйду…

…

Три часа ночи. Пора стелиться — и спать.

— Ты… ты на диване будешь спать?

(оторопела я от удивления)

— Да. Не хочу… тебя смущать.

— Марат…

(не слушал — неспешный разворот… и пошагал в залу со своей подушкой и одеялом)

.. и снова слезы застыли на моих глазах.

Значит, не верит. Не простил… меня.

…

(свернуться калачиком — и попытаться уснуть)

… гадкое одиночество, непонимание, обиды — как же вы жалите, как же бездушно сгрызете, сжираете сердце дотла!

Зачем, зачем… говорить, что помирились — если тут же поступать… совершенно иначе, напротив, вопреки своим словам…?

Зачем?

… вдруг рыкнула дверь… едва слышные шаги…

Несмелые движения — и лег рядом. Затаился, словно преступник, боясь… судьи реакции.

Невольно, неосознанно, улыбаюсь, как дурочка, краснею, белею, робею от смущения… и дикой радости, вмиг обернулась;

смелый рывок — и прижалась к нему, улеглась на руку, уткнулась носом в грудь своего Марата, и застыла я… -

секунда сомнений — и благодарно обнял в ответ, прижал к себе, короткий поцелуй в висок — и замер.

Друзья?

… ну что же, называй это… как хочешь. Да только одно прошу — никогда, и никуда…. больше не уходи…

Глава Сорок Девятая

Время. Время вновь стало набирать свои шальные обороты…. нервно пытаясь, норовя меня выбросить из колеса бытия вон.

И пусть, я все еще в строю — руками жадно цепляюсь за лопасти "мельницы", держусь, силюсь — но долго так не сможет продолжаться…

Еще чуток — и меня зашвырнет, Бог знает куда,

и это падение будет если не летальным, то невероятно… болезненным — ни одна надежда, ни одна вера… уже не спасет.

Любовь?

Казалось бы…. чего бояться??? Ведь останется — Любовь!

Всемогущая Богиня живых и мертвых. Коварная лицедейка циников и прагматиков… Смерть и воскрешение… романтиков.

Но… и она со мной не в ладах.

Что же ты сделала, безумная? Что натворила?

Кому сердце мое продала, отдала за бесценок?

Уж лучше бы выбросила сразу на помойку, чем… не по адресу… заслала, подкинула…

С Маратом мы сильно отдалились. Сильно? (ха. не то слово…)

Пропали прежние шуточки, издевки, всё то, что воодушевляло меня на новые попытки… жить…

Раньше, рядом с ним… я чувствовала себя ЖЕНЩИНОЙ,

… желанной, красивой, востребованной,

Я чувствовала себя НУЖНОЙ!

…

С ним, с ним пропало мое одиночество,

Пропало? — нет,

Это он его забрал…

Но а теперь, а теперь, просто, вернул,

Вернул… всё не только сполна, а с лихвою — вместе с болью…. с разочарованием. И отчаянием.

Вернул, или… выбросил "назад" — по ненадобности. "Вовремя"… осознав свою ошибку.

Замахнулся на необъятное?

Да что же… разве я так много прошу? Разве я мало пытаюсь отдать взамен?

Всю, ВСЮ бери меня — что хочешь бери, БЕРИ!!!!!!!!

НЕ ЖАЛЕЙ!

… не стесняйся.

Но, увы — ответ, всё равно, — …

… нет.

Всё чаще и чаще командировки, всё чаще и чаще "вынужденные" ночевки в клубе.

… всё реже и реже… мы остаемся вдвоем, наедине.

Ты как-то сказал, что я — твоя маленькая сестренка…

Господи, да разве так можно?????

Марат, неужели…. неужели не видно, как я схожу с ума, когда тебя нет со мной? как я ревную, бешусь, когда слышу, вижу других женщин рядом с тобой?

Как я…. дурочка, ищу каждый раз в твоем взгляде… что-то большее, чем дружескую поддержку, понимание?

Неужели не видно, не чувствуешь…. что каждый раз, когда нам всё же приходиться ночевать вместе, спать в одной кровати — я окунаюсь в мир иллюзий…. сон встречаю… в объятиях мужчины, ЛЮБИМОГО мужчины, а не… брата…

Друг.

Когда-то это слово, образ, смысл, чла, чла я, как святыню.

Мечтала обрести, найти… этого… "друга".

Заоблачные обещания и мечты… Но… ВОТ ОНО! ВОТ!

Да…

но стало это для меня… — приговором.

Жестоким, холодным, бездушным… итогом.

КАК долго можно смотреть в глаза человека… и безуспешно искать там любовь? Ту, настоящую, глубокую и искреннюю,

… как в книгах, как в сказке?

КАК глубок колодец… человеческой веры, и глупой надежды?

Сколько сил… в нем покоится… бессрочного ожидания?

Знаете…

… хорошо, что мне не отписана вечность — однажды…

Однажды всё равно придет всему этому — КОНЕЦ,

И неважно, что он — несчастливый.

Забыть, забыть, забыть — не так уж и велика беда… отныне.

Глава Пятидесятая

— Ты уже уходишь?

— Да, Патти.

Прости, но нужно бежать…

— … а я сегодня к врачу собралась.

— К врачу?

— Да, мне прошлый раз сказали явиться через две недели, но…

— Некогда? — колко (едко) ухмыльнулся Марат.

— Работа много времени отбирает…

— Скажи, просто, что боишься.

— Я?? Боюсь???

(невольно закатил глаза под лоб).

— А то. Иначе бы не растянула две недели — в месяц.

— Ну, и причем тут "боюсь"?! Я их просто "не люблю"!

Ненавижу…. когда меня щупают, лапают, рассматривают…

И вообще, для меня больница — это… ад.

— Патти…

— Ну, что, Патти?