Джейн Касл - Жертва обсидиана

— Сама тоже не веришь? — прошептал он едва слышно под шум прибоя.

— Конечно нет. Слушайте, не знаю, кто распустил слухи, мол, я разбила сердце Круза, но, уверена, это просто шутка.

— В семье мы не шутим о настоящей любви. К ней мы относимся крайне серьезно. Ты разбила сердце моего внука, и меня это очень злит.

— Да, а он украл у меня аметистовую комнату. Если бы не он и не «Эмбер», я была бы уже богата.

— Ты была бы богата, если б подписала чертово соглашение, которое предложили наши юристы.

— К этим деньгам прилагалось слишком много ограничений.

— Каких, блин, ограничений?! — рявкнул Джейк.

Винсент вдруг отреагировал на повышенное напряжение в атмосфере. Принимать охотничий вид он не стал, но забросил рыбалку и поскакал по камням к Лире. Она тут же сунула пушка под мышку, как обычно благодарная за излучаемое им спокойствие.

— Возьми я деньги, пришлось бы передать свое право на владение руиной.

Джейк постучал по ближайшему камню тростью:

— В этом-то и соль.

— Я никогда этого не сделаю. Комнату нашла я, и принадлежит она мне. К тому же, кроме передачи прав собственности ваши юристы потребовали, чтобы я подписала контракт о неразглашении и не давала интервью СМИ. Я не могла отказаться от возможности поливать вас грязью в прессе — это единственное, что мне оставалось.

— На кой тебе сдалась эта руина, черт побери?

— Спросите Круза.

— Он нес какой-то призрачный бред, де вы переживаете, что аметистовые реликвии оттуда могут оказаться оружием, и вы не доверите их ни «Эмбер», ни Гильдии.

Лира кивнула:

— Верно. А теперь из вашей лаборатории пропал один из артефактов, что только доказывает обоснованность наших тревог.

— А еще утверждаешь, что не склонна к романтике. Только романтичная дурочка отказалась бы от таких отступных, лишь бы не дать реликвиям попасть «не в те руки».

— Романтика тут ни при чем. Я не понаслышке знаю, как действует «Эмбер».

— А сейчас ты скажешь, что так называемое «не понаслышке» означает мнение твоего деда.

Лира вскинула подбородок:

— Угадали.

Джейк молча изучал ее, затем тяжело вздохнул:

— Артур Дор воспитал тебя в ненависти. Именно он вызвал меня на партию в покер. У нас обоих была собственность. Все досталось бы победителю.

— Он был пьян, а вы этим воспользовались.

— Он немного выпил, но понимал, что делает. — Джейк немного смягчился. — Хотя я готов согласиться, что он плохо запомнил те события.

— Круз рассказал, что там была замешена женщина.

— Да. Мэдлин, моя жена. Дор бросил мне вызов, ибо втемяшил себе в голову, мол, если выиграет и получит обе шахты, то Мэдлин выйдет за него, а не за меня. Но у него не было ни единого шанса.

— Почему вы так в этом уверены? — Лира вскинула руку, не давая ответить: — А, погодите. Круз говорил, что у Суитуотеров особый нюх на любовь.

— Дело в нашем таланте. С первой встречи я знал, что Мэдлин — моя суженая. Они с твоим дедом встречались, но ничего серьезного — ни с ее, ни с его стороны. По крайней мере, пока Дор не узнал, что Мэдлин гуляет со мной. Он пришел в ярость, но вовсе не из-за разбитого сердца, а из-за проигрыша.

— Вы так в этом уверены?

— Совершенно уверен! Я знал твоего деда лучше, чем ты. Во всяком случае, тогда. Черт, да тебя еще и на свете-то не было. Мне жаль, что ты лишились родителей, но я рад, что Артур Дор взял тебя к себе, хоть он и рассказал измененную версию той истории.

Лира ослепительно улыбнулась:

— Но одно точно: теперь нельзя доказать его версию событий. Историю пишут победители, а им как раз оказались вы.

— Какого черта я должен был делать? Отдать ему обратно документы на шахту?

— Да, это было бы правильно.

Большой Джейк возмущенно засопел:

— Еще чего! Я честно выиграл у Дора, мы оба это знали. Попытайся я вернуть ему документы, Артур бы отказался.

— Почему же?

— По той же причине, по которой ты не приняла компенсацию, предложенную Крузом за аметистовую руину. Гордость. Артур решил бы, что я возвращаю ему документы из жалости.

Лира почувствовала знакомое покалывание и посмотрела на тропинку, ведущую к отвесной скале. Привычно уверенным шагом к бухте спускался Круз. Темные очки закрывали глаза, но даже отсюда Лира видела, как мрачно сжаты его губы.

Она перевела взгляд на Джейка:

— Знаете, я никогда об этом не думала, потому что не стоит представлять, как бы все обернулось, если бы да кабы. Однако вы правы, дедушка бы отказался.

— Я его не обманывал, — тихо произнес Джейк. — И даже если так, это не дает тебе права разбивать сердце моего внука. Если у тебя появились претензии, надо было прийти прямо ко мне.

— Ага, но к вам-то у меня нет претензий. Я прекрасно жила безо всяких Суитуотеров. Проблема в Крузе. И если меня еще раз назовут разбивательницей сердец, клянусь, я вплавь отправлюсь на материк.

Джейк слегка улыбнулся:

— Долго плыть придется.

— Значит, украду одну из ваших лодок. А сейчас, если не возражаете, я собираюсь в дом позавтракать.

— Я тоже голоден и составлю тебе компанию.

— Остров ваш, делайте, что хотите.

— Спасибо, я так и собирался. — Старик пошел рядом, с каждым шагом погружая трость в песок. Затем посмотрел на тропинку. — О, вот и спасатель подоспел.

— Меня не надо от вас спасать.

— Точно не надо. Ты сама в силах о себе позаботиться. А что это у тебя, пушок?

— Его зовут Винсент.

— Они, по слухам, кусаются.

— О да!

Джейк усмехнулся:

— Прямо как ты.

Лира не сочла нужным ответить.

Перед ними остановился Круз. Его черные очки блестели на солнце.

— Какие-то проблемы? — спросил он опасно бесстрастным тоном, переводя взгляд с Лиры на деда.

— Да, — подтвердил Джейк. — Но мне сказали, что проблема в тебе, а не во мне, так что мы собираемся позавтракать. Присоединяйся.

Круз улыбнулся Лире:

— Спасибо, с удовольствием.

Глава 27

Завтрак накрыли на веранде, откуда открывался потрясающий вид на бухту. Повариха пришла сюда из так называемого «Особняка» — просторного поместья в полутора километрах от коттеджа Круза. На столе красовались сочные фрукты и ягоды, пышные омлеты с сыром и овощами, бессчетное количество тостов, кофейники.

Винсент превратился в симпатичного зверька и очаровал повариху так, что она тут же наложила ему в тарелку понемногу от всего этого изобилия. Пушок устроился с добычей на перилах и, как и все присутствующие мужчины, с аппетитом приступил к трапезе.

— Вот, что нам известно, — начал Круз, цепляя на вилку кусочек омлета. — Прошлой ночью убили Валентина Фэйрстеда. Вероятно, в связи с пропавшей реликвией, которая, как мы знаем, еще вчера днем находилась в хранилище.