Западня для оборотня - Эми Мун

волка за шею, прижималась так крепко, как могла, и мечтала остановить эти секунды. Но мужчина первый отстранился, опять заглядывая в глаза.

– Любимая…

О, как ей нравилось это слово! Вот бы Ньял говорил это чаще.

– … Халле отвезет тебя в Айсвинд. Он единственный, кого мой волк не воспринимает соперником, ведь у него  есть пара. А мы отправимся в столицу Империи.

Глория так и вцепилась в обнаженные мужские плечи:

– Зачем?!

Только не после того, что было! Нет-нет! Они вместе вернутся в Айсвинд и будут там жить! Всегда! Нет никакой Империи, чтоб она сгинула.

– Убийство людей – нарушение договора, – Ньял выглядел серьезно и собранно. –  Я должен сказать об этом Императору. Сам.

– Я иду с тобой!

– Нет, моя храбрая Дикарка. Император не тронет оборотней – ему слишком дорог союз. А вот ты станешь для него мишенью. Поверь, Седерик еще щенок, но хитрый. Мы пойдем и расскажем то, что посчитаем нужным. А потом вернемся.

Глория отрицательно завертела головой. Не отпустит!

– Пусть Император идет в…  – осеклась, почувствовав легкий шлепок по попе. – Пусть сам разбирается.

– Поверь, он разберется, и тогда лесам Айсвинда может угрожать новая война, а Седерик уже знает наш маленький секрет. Не переживай. Клянусь, я вернусь к тебе очень быстро, и больше нас ничто не разлучит.  Считай, что я побегу в столицу за подарком к свадьбе… – искушающее зашептал на ухо.

Глория укоризненно посмотрела на будущего мужа.

– Лучший свадебный подарок – не бежать в столицу.

– Верь мне, любимая. Я бы не стал, если бы моей жизни и жизни соплеменников грозила опасность.

И ей ничего не оставалось, как попробовать эту не позволительную когда-то роскошь – довериться обещанию.

Глава 29

– Ну вот мы и пришли.

Голос Гвен  напоминал шуршание дождя по опавшим листьям.  Шаманка совсем не удивилась ее просьбе, так же, как и Глория не удивилась увидеть сидевшую на траве волчицу у логова Ньяла.

Тело еще ныло после долгого забега. Халле двигался без передышки, стремясь как можно скорее доставить ее в Клан. Их, конечно, встретили. Марна – бета альфы, и Рагна – его мать. Но объяснять почти ничего не пришлось. По своей недальновидности Глория верила, что оборотни вот так просто искусают кого нужно и прибегут обратно, но это оказалось заблуждением. И так мало волков пошло с ними, потому что варвары отлично знали – убийство человека во время договора грозит неприятностями.

Но обвинять ее никто не собирался.

– Я подготовила логово, – сообщила Рагна. – Свежая еда и постель. Если будет слишком тихо – зови. Обещаю прийти без Вегарда.

Глории оставалось лишь мысленно вздохнуть. Отец Ньяла по-прежнему относился к ней прохладно и избегал встреч. Перед походом в Империю, правда, явился, но общался исключительно с сыном. Ну что ж, насильно мил не будешь… Хотя сейчас Глория предпочла бы, чтобы старый волк хоть немного смягчился.

Марна тепло ее поприветствовала, но общалась больше с Халле. Кратко выспросила, как все прошло, и отправилась созывать Клан, чтобы передать им новости. Следом испарился и варвар. Убежал к своей паре, чтобы хоть немного побыть вместе. Ему тоже надо было вернуться в Столицу.

Ну а Глория добралась до логова в сопровождении Рагны и там наткнулась на Гвен.  И пусть была измотана физически, но сразу же попросила старую волчицу отвести ее в Святилище.

И вот они у  камня, напоминавшего очертаниями лежащего волка, а урна с прахом будто прилипла к рукам. И амулет Ютаи не достать из кармашка на груди… Глория чувствовала тепло, исходившее от камня. И вдруг поняла, что расстаться с ним будет труднее, чем казалось.

– В долине быстро темнеет, огненная Глория, – опять прошелестела шаманка. – Отпусти сестру. Пусть же о ней  заботится Мать Волчица.  У нее много работы…

Если бы это было так просто! И ужасно не хватало рядом Ньяла…

– Она поможет, да? Ариэлла будет счастлива?

– Будет. Пройдет время, и наши леса поприветствуют новую жительницу. Сумеют ее защитить и сделать счастливой. Ты сделала правильный выбор.

Глория очень хотела на это надеяться. Вытащив амулет, она крепко-крепко поцеловала теплый камушек, а потом пошла к статуе. Поставила между лап урну с прахом, а рядом положила амулет.

– Все будет хорошо, сестренка. Тебе тут понравится.

Теплый ветерок дунул в спину, и амулет рассыпался на голубые искорки. Легкой стайкой они взвились в воздух и опустились на статую, впитываясь, как роса, в каменную шкуру. А ей стало во много раз тяжелее. И легче, как ни странно. Теперь все кончено.

– Пойдем домой, – сухая ладонь Гвен тихо легла на плечо. – Сегодня я буду рассказывать тебе о нашей жизни и обычаях. А завтра придут гости…

– Какие гости?

Видеть никого не хотелось. Кроме Ньяла. Да, больше всего Глория мечтала прижаться к широкому плечу и заснуть под ласковые поцелуи, считающие ее веснушки.

– Айла. Она очень хотела с тобой познакомиться… И не надо больше печали, огненная. Детям это не на пользу.

Под коленками резко ослабло.

– Каким… детям?

– Тем, что растут сейчас в твоем чреве. Славные волчицы.

Дочки? У нее?! Глория схватилась за живот, не в силах поверить услышанному.

– …Ох, неужели я все-таки дожила до этого времени, – прошелестела Гвен, легонько подталкивая ее вперед. – Ну же, идем. И не надо так смотреть – оборотни чуют многое. А я – еще больше.

***

– Дорогой Ньял, мне искренне жаль, что вашему народу нельзя солгать. Я упускаю такую выгоду…

Щенок на троне смотрел на него взглядом мудрого оборотня. И если блеск столицы заставлял волка внутри раздражённо скалить клыки, то сейчас зверь угрожающе ворчал, требуя не связываться с этим еще, по сути, мальчишкой.

Юное лицо Седерика – нового Императора человеческих земель – всего лишь обманчиво-добродушная маска. А сладкие речи – сильнейшая отрава. Ньял не мог представить, как можно жить в паутине обмана и не сойти с ума.

– … Лорды – два жирных клеща на теле моей страны. Были. Но, к сожалению, у подонков много поддержки при дворе и полезных связей. Знать стоит на ушах, придворные шепчутся о демонах, что явились за грешниками лично…

Император подхватил кубок, прихлебывая  терпко пахнущую жидкость, очень похожую на ту, что люди называли вином. Но, в отличие от него, эта не дурманила разум. Взгляд мальчишки оставался все таким же цепким. Ньялу казалось, что вокруг горла незаметно затягивается железный ошейник.

– … Вы правильно поступили, не позволив людям увидеть лишнего, – продолжил Седерик. – Однако слухи – такая зараза. Кто-то уже поминает древние легенды про оборотней.