Темная любовь (ЛП) - Джаспер Эль

— Тебе интересно, не последовали ли мы за тобой сюда просто так? — говорит мне Кэррин. Она улыбается, поднимает руку, притягивает губы Эли к своим и проводит по ним языком. Она смотрит на меня, слегка покачивая головой. — Вряд ли.

Я молчу, просто наблюдаю. Теперь я знаю, что Эли находится под сильным влиянием ее чар. Он не осознает, что делает. И это несколько облегчает боль. Мой указательный палец нажимает на рычаг на скате, а ладонь сжимает рукоятку. Я жду. Я не могу попасть в Эли.

Кэррин смеется.

— Ты ни во что не попадешь этой игрушкой, глупышка. — Взмахом руки она отправляет мою скату в полет. Сила ее удара отбрасывает меня на несколько футов назад, и я скольжу по гравию и камням, врезаясь в надгробие. Я ошеломленно качаю головой, но встаю. Кэррин медленно подходит ко мне, делая длинные, подчеркнуто модельные шаги.

Я вскакиваю, поворачиваюсь к ней лицом. Она смотрит на меня, сначала на татуировки на моей щеке, затем на драконьи хвосты на руке. Она поднимает на меня взгляд.

— Жаль терять такую… уникальную оболочку, — говорит она. — Но твоя кровь гораздо важнее. Видишь ли, это то, что мне необходимо. Чтобы добавить к моей. — От улыбки, появившейся на ее лице, у меня мурашки бегут по коже. — Ты даже представить себе не можешь, какую силу могут дать твоя кровь и моя в сочетании. Это почти… эротично, сама мысль об этом…

Я замахиваюсь кулаком и попадаю ей в челюсть. Ее голова отклоняется в сторону, и она снова переводит взгляд на меня. Она улыбается, но ее лицо искажено ненавистью.

В следующее мгновение она преображается и становится чертовски уродливой. Ее лицо дрожит и расплывается, затем вытягивается; челюсти разжимаются, и зубы выпадают из кровоточащих десен длинными зазубренными кусочками. Ее рот напоминает кошачий: непропорциональный и занимающий большую часть лица.

Собрав все силы, на которые я способна, я поворачиваюсь и наотмашь бью ее по зубам. Кэррин разворачивается, а когда выпрямляется, ее нога взмывает в воздух и попадает мне в плечо. Я спотыкаюсь, и она бросается на меня, клацая зубами, в дюйме от моего горла. Я падаю на стену склепа и ударяюсь о нее всем телом, раз, другой. Она отпускает меня, а я разворачиваюсь и ныряю за своей скатой. Мои пальцы касаются ее, но Кэррин хватает меня за лодыжки и отталкивает от нее. Я перекатываюсь, и она падает на землю, с которой я только что встала. Вскакивая, она оказывается лицом ко мне. Мы обе сидим на корточках, не сводя глаз друг с друга. Мы медленно движемся по кругу.

— Ты не переживешь меня, Райли По. Я думала, мне никогда не выбраться из того ада, в который меня заточил Валериан. — Она смеется, но ее взгляд прикован к моему. — К моему большому удивлению, он освободил меня. Думал, что его власти надо мной достаточно, чтобы заставить меня подчиняться его приказам. — Она снова смеется. — Какой же он глупый, эгоистичный маленький придурок.

— Знаешь? Наконец-то мы хоть в чем-то согласны, — говорю я.

Я смотрю на Кэррин, ее губы растягиваются в какую-то странную кошачью гримасу, похожую на зияющую пасть, а с губ срывается незнакомый язык. Проклятие? Черная магия? Я не знаю, и, честно говоря, мне на это наплевать. Направляя всю энергию в центр своего тела, я делаю глубокий вдох, собирая энергию от сердца к кончикам пальцев. Я… бросаю ее в нее.

И ее руки тоже поднимаются, и ее энергия, черт возьми, рвется ко мне.

Мы стоим вместе, наши энергетические силы сталкиваются в электрическом ударе, и я чувствую ее суровую колдовскую натуру. Она сильная. Чертовски крепкая.

Но у нее нет жениха. Жизни. Семьи.

Где-то глубоко внутри меня все это сталкивается воедино и, подобно торнадо, вырывается из моего тела. Кэррин отбрасывает далеко назад, и ее тело врезается в искривленный кельтский крест.

Я подныриваю под удар, прикрываю его ладонью и перекатываюсь на спину. Кэррин уже в воздухе, почти надо мной.

Я стреляю. Прямое попадание, прямо в сердце.

Крик Кэррин пронзает воздух, когда ее тело разлетается на осколки, и к тому времени, как они падают на землю кладбища, они превращаются в пыль. Это похоже на выпадение вулканического пепла.

Я падаю на землю и сильно ударяюсь головой. Ошеломленная и потрясенная, я не сразу понимаю, что Эли пошевелился. Теперь он смотрит на меня сверху вниз, я в ловушке.

По какой-то причине я беспокоюсь только о Кэррин. Мне ни разу не пришло в голову, что Эли может представлять опасность, независимо от того, осознает ли он, что делает.

Теперь я это знаю.

Я недооценила его.

Элигий Дюпре, моя любовь, мой жених, возможно, больше не находится под контролем Кэррин, но в нем кипит жажда крови, и сейчас он нависает надо мной, полностью изменившись, с искаженным и бессвязным лицом. Его покрасневший взгляд останавливается на пульсе у меня на горле. Я ныряю влево, и его рука обхватывает мою лодыжку и тянет вниз, так что я ударяюсь головой о землю. Я чувствую, как его рука обхватывает мое горло, сжимает, отрывая меня от земли. На долю секунды наши глаза оказываются на одном уровне. Его кровожадные глаза пристально смотрят в мои человеческие. Он не видит меня, Райли По. Он видит то, чего жаждет, что бурлит в моих все еще человеческих венах, и его тело наполняется желанием получить это. Мою кровь. И все же он склоняет голову набок, изучая меня. Снова нерешительность.

Ужас наполняет меня изнутри, даже когда я запускаю руку сзади в штаны и сжимаю рукоять серебряного клинка. Я высвобождаю его. Не меняя выражения лица, Эли сжимает пальцы на моем горле, и мои глаза выпучиваются от напряжения. Другой рукой он накрывает мою, держащую лезвие, и сжимает ее до тех пор, пока боль не становится невыносимой, и я не роняю клинок.

Он собирается сделать выпад. Вонзить в меня зубы. Высасывать из меня кровь, пока я не превращусь в пустую оболочку, а затем отбросить в сторону. Я не могу пошевелиться. Я парализована. От страха, жути и невыносимо разбитого сердца. Передо мной мелькают лица моего брата, Причера и Эстель, Никс, даже моего пса Чаза. Я больше никогда не увижу своих близких…

Мои глаза закрываются. Я не в силах пошевелиться.

Я умру от рук Эли….

Затем, невероятно, но он ослабляет хватку, и я освобождаюсь…

Я резко открываю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эли врезается в дерево.

Стоя передо мной, Валериан Аркос смотрит на меня сверху вниз. Его лицо не изменилось, оно аристократично и прекрасно. Идеально. Он улыбается мне и протягивает руку.

— Иди ко мне, любовь моя. Наконец-то.

Мои ноги сами начинают двигаться. Я приближаюсь к нему. Его полные губы обнажают идеальные белые зубы в победоносной улыбке.

— Правильно, — напевает он. — Иди сюда, Райли.

Я сосредотачиваюсь. Концентрируюсь. Представляю, что мое ядро — это огненный шар энергии.

Валериан лишь улыбается мне еще шире.

— Прекрати, Райли. Это пустая трата времени. Ты должна была бы уже достаточно хорошо меня знать. Когда я чего-то желаю, я это получаю. Точно так же, как я хотел, чтобы сила Кэррин заставила тебя убить Дюпре, — вздыхает он. — Хотя я не рассчитывал на то, что он будет так сильно сопротивляться ее контролю. И на то, что она будет такой непокорной.

Я смотрю на Эли, который уже стоит. Оправляясь от удара.

— О, подожди, — говорит Валериан. — Ты неплохо о ней заботилась, моя дорогая. В тебе есть немалая сила. Но поверь мне. В моих жилах течет кровь настоящего стригоя. В тебе есть… просто частичка этого. И, кстати, что ты хотела сказать моему брату-идиоту? Он всегда был слабаком. У него не хватило смелости сказать об этом моему отцу. — Он пожимает плечами. — Просто, чтобы ты знала.

Я пристально смотрю на него. Ненависть переполняет меня. Не то чувство, которое мне нравится, но я ничего не могу с собой поделать.

— Давай посмотрим. Ах да. Дай мне закончить это… отвлекающий маневр. — Он бросает взгляд на Эли. — Ты окажешь мне честь? — спрашивает меня Валериан. Он ухмыляется. — Да, думаю, тебе следует это сделать. Не могу же я стать причиной войны между вампирами, не так ли?