Заложница метки. Демона. - Анастасия Алексеевна Смирнова

— Айшир... — начала я, чувствуя, как тревога сжимает сердце.

— Не волнуйся, — произнёс он, его голос звучал почти ласково. — Я буду терпеливым.

Я отвернулась к окну, пытаясь скрыть своё смущение. Мои щёки всё ещё горели, а сердце билось чаще обычного.

Глава 30

Мои щёки всё ещё горели от смущения, а сердце никак не могло успокоиться. Я сидела, отвернувшись к окну, пытаясь собрать разрозненные мысли в единое целое. Пейзаж за окном сливался в одно размытое пятно — деревья, поля, редкие домики... Всё это проходило мимо моих глаз, не оставляя следа в сознании.

Я чувствовала его взгляд на себе, этот пронзительный, изучающий взгляд Айшира. Он больше не говорил, но я знала, что он наблюдает за мной, пытаясь прочесть мои мысли.

"Что я наделала?" — думала я, чувствуя, как тревога сжимает сердце. — "Почему оттолкнула его?"

В памяти снова и снова всплывали моменты поцелуя — его тёплые губы, сильные руки, настойчивый взгляд... От этих воспоминаний по телу пробегала дрожь, а дыхание становилось прерывистым.

"Это неправильно," — убеждала я себя, хотя и сама не верила в эти слова. — "Мы не должны так поступать."

Но чем больше я думала об этом, тем меньше верила собственным доводам. Каждое прикосновение Айшира, каждый его взгляд, каждое слово — всё это отзывалось в моём сердце каким-то особенным эхом.

"Он не отступит," — думала я, вспоминая его последние слова. — "Он обещал быть терпеливым..."

От этой мысли по спине пробежал холодок, но не от страха, а от какого-то странного предвкушения. Я чувствовала, что этот день изменит всё — наши отношения, наши жизни, наше будущее.

"Что будет дальше?" — думала я, чувствуя, как волнение смешивается с трепетом. — "Как мы будем смотреть друг другу в глаза?"

Но в глубине души я знала ответ. Мы будем смотреть так же, как и раньше — с той разницей, что теперь мы оба знаем правду. Правду о том, что между нами происходит нечто особенное, нечто, что нельзя просто так игнорировать или отрицать.

И хотя я пыталась убедить себя, что нужно сохранять дистанцию, что всё это слишком быстро и неправильно, моё сердце говорило совсем другое. Оно говорило, что иногда мы должны следовать за своими чувствами, даже если разум пытается нас остановить.

— Мелисса, — наконец нарушил тишину Айшир, его голос звучал почти небрежно. — До моего дома ехать ещё несколько часов. Мы остановимся в гостиничном дворе, чтобы отдохнуть.

При этих словах моё сердце ёкнуло. Гостиничный двор... Это означало...

— Ты... ты взял нам отдельные номера? — спросила я, пытаясь сохранить спокойствие.

Айшир усмехнулся, его взгляд был полон какой-то загадочной насмешки.

— Конечно, — ответил он, его голос звучал почти игриво. — Как ты могла подумать иначе?

— Я... я просто... — запнулась я, чувствуя, как краска приливает к щекам.

— Не волнуйся, — произнёс он, его улыбка стала шире. — Я понимаю твою тревогу.

— Это не... — начала я, но осеклась.

— Мелисса, — прервал он меня, его голос стал серьёзнее. — Я обещал быть терпеливым, и я сдержу своё слово.

Я отвернулась к окну, пытаясь скрыть своё смущение. Мои мысли метались в голове, как пойманные птицы.

"Отдельные номера," — думала я, чувствуя странное облегчение. — "Это хорошо... правильно..."

Но почему тогда моё сердце так сильно билось? Почему каждая мысль об Айшире вызывала эту странную дрожь?

— Мы прибудем через час, — сообщил он, его голос звучал почти буднично. — У тебя будет время отдохнуть и собраться с мыслями.

— Спасибо, — ответила я, всё ещё не глядя на него.

— Не за что, — произнёс он, его усмешка стала ещё шире. — В конце концов, мы должны соблюдать приличия, не так ли?

Я кивнула, хотя он, вероятно, не видел этого. Мои щёки всё ещё горели от смущения, а сердце никак не могло успокоиться.

Мои мысли метались в голове, пока экипаж медленно приближался к гостиничному двору. Отдельные номера... Это должно было успокоить меня, но почему-то тревога только усиливалась.

Когда мы вышли из экипажа, холодный вечерний воздух ударил в лицо. Айшир галантно помог мне спуститься, его рука на мгновение задержалась на моей талии.

— Пойдём, — произнёс он, его голос звучал почти спокойно. — Нам нужно зарегистрироваться.

Мы вошли в просторный холл гостиницы. Портье за стойкой приветствовал нас почтительным поклоном.

— У вас заказаны два отдельных номера? — спросил портье, глядя на Айшира.

— Да, всё верно, — ответил Айшир, его взгляд на мгновение встретился с моим.

Пока портье оформлял документы, я старалась не смотреть на Айшира. Мои пальцы нервно теребили край перчатки.

— Вот ваши ключи, — портье протянул два металлических брелока. — Ваши комнаты находятся на втором этаже, номер 12 и 14.

— Благодарю, — Айшир взял ключи и повернулся ко мне. — Пойдём, я провожу тебя до двери.

Мы поднялись по широкой лестнице. Каждый шаг эхом отдавался в пустом коридоре.

— Вот твой номер, — Айшир остановился у двери с табличкой "12". — Если что-то понадобится, просто постучи в стену.

— Спасибо, — ответила я, беря ключ. — Я... я буду ждать тебя внизу через час.

— Хорошо, — он улыбнулся, но в его глазах я увидела что-то, что заставило моё сердце забиться чаще. — До встречи.

Я открыла дверь номера и вошла внутрь. Просторная комната встретила меня полумраком и теплом. За окном уже темнело, и первые звёзды начинали появляться на небе.

Я подошла к окну и посмотрела вниз, где виднелся силуэт Айшира, входящего в свой номер. В этот момент я поняла, что несмотря на отдельные комнаты, расстояние между нами стало каким-то иллюзорным.

Но в глубине души я знала ответ. Мы будем смотреть так же, как и раньше — с той разницей, что теперь мы оба знаем правду. Правду о том, что между нами происходит нечто особенное, нечто, что нельзя просто так игнорировать или отрицать.

И хотя я пыталась убедить себя, что нужно сохранять дистанцию, что всё это слишком быстро и неправильно, моё сердце говорило совсем другое. Оно говорило, что иногда мы должны следовать за своими чувствами, даже если разум пытается нас остановить.

Я стояла у окна, глядя на темнеющий двор гостиницы. В комнате становилось всё темнее, и только