Призрак дождя - Маргарита Дюжева

улыбка выглядели открытой и обычной, — у меня возникли вопросы…по одной книге. Уверена, он сумеет разобраться, что к чему.

Роззи моего интереса к книгам не различала, поэтому развела руками:

— Тут я тебе не помощник, девочка. А хозяина я тоже ищу. Весь день где-то по близости был, постоянно на глаза попадался. Сам попросил подать чай в парк. Я принесла, а его там нет. Чая, правда, теперь тоже нет, — она с трудом опустилась на колени и начала подбирать части разбитых чашек. При этом кряхтела так надсадно, что пришлось помогать.

Вдвоем мы быстро собрали осколки и сложили их на поднос.

— Ох-ты, порезалась, — айкнула экономка и, достав из кармана серую тряпицу, принялась заматывать кровоточащий палец.

— Я помогу, — подхватив поднос, я потащила его на кухню. А она семенила следом за мной и продолжала сокрушенно ворчать:

— Россомаха неуклюжая. Не руки, а крюки!

Я ее практически не слышала. Все думала, куда мог запропаститься Рейнер. Как мне его найти? Бегать по острову, в надежде, что повезет? У меня и так голова шла кругом от страха. Даже начинало мутить, стоило только представить, что Брейви-Бэй опять вторгся в мою жизнь.

Оказавшись на кухне, Роззи тут же села на свой любимый конек:

— Ужинать будешь?

— Я не голодна, — ответила не своим голосом, поставила поднос на стол и попыталась уйти, но выход перегородил старый Бен.

Как всегда, уставился на меня глазищами своими злыми и, не сказав ни слова, начал надвигаться. Я от страха аж присела, отшатнулась, снова налетев на Роззи.

— Ты чего? — она ловко подхватила, не позволив мне упасть, ее муж протиснулся мимо нас и принялся копаться в одном из выдвижных ящиков.

Они выглядели обычными, но в какой-то момент мне показалось, что передо мной два чудовища, жаждущих моей крови.

Я оттолкнула Роззи и бросилась прочь с кухни. Мне вслед неслось взволнованное:

— Мина!

Я даже не обернулась. Бежала так, будто за мной гнались демоны Преисподней.

Ноги сами вынесли меня на берег. Там я упала на колени и зажала уши руками, пытаясь спрятаться от чужих голосов. Они звучали из ниоткуда, то вкрадчивым шепотом, то яростным ревом. Звали меня!

— Мина…Мина. Мина!

По спине струился холодный пот, в животе все превратилось в кисель, красные пятна полыхали перед глазами. Над головой, как и прежде гудели раскаты и яркие зарницы подсвечивали тяжелое брюхо туч. Сквозь пелену страха я едва цеплялась за мысль, что надо найти Эйса, что он где-то рядом, близко. Надо просто позвать.

Набрав полную грудь воздуха, я закричала, но с губ не сорвалось ни звука.

Со мной что-то было не так. Что-то сломалось! Тьма в голове ширилась, все больше застилала взор и затмевала разум. Звуки тонули в душной пелене, а движения – в невидимой патоке.

В груди болело. Сразу за ребрами под сердцем. Так сильно, что от любого движение простреливало насквозь. А еще нестерпимо жгло те места, где ко мне прикасалась Роззи. Чуть ниже локтя алел след, оставленный ее кровью.

Давясь слезами, я принялась стирать его, но он будто намертво въелся в кожу.

Я снова попыталась кричать, и снова получился лишь жалкий сип. На шее стягивалась удавка.

Тогда, кое-как поднявшись, я поплелась обратно к замку.

Мне нужно в каменный парк. Я должна туда попасть. Немедленно. Эйс там!

Ноги не слушались. Мотаясь словно пьяная, я продвигалась вперед на чистом упрямстве. Аркан на моей шее стягивался все сильнее, мешая дышать, препятствую каждому шагу. Он тянул меня совсем в другую сторону. В обход парка, на тропу, ведущую к восточному берегу

Я знала лишь одно. Мне туда нельзя, ни в коем случае.

Но когда пелена перед глазами ослабевала, я с ужасом понимала, что парк далеко за спиной, а я шагаю по бурой редкой траве, скупо укрывающей каменистый берег. Впереди уже маячили два валуна, возвышающиеся над морской гладью, словно гребень ящера.

Каждый шаг через силу, будто во сне, и нет возможно не то, что воспротивиться, а просто поднять руку и смахнуть прядь волос, упавшую на лицо. Я чувствовала себя куклой, которой управлял кто-то другой. Безвольной игрушкой.

У кромки воды я остановилась. Сквозь белое марево видела Тора, вышедшего из своего укрытия. Почему-то он уже не казался таким жалким, как прежде. Наоборот, выглядел внушительным и очень опасным. Глядя на него, я как молитву повторяла самой себе: не заходи в воду, не заходи в воду, не заходи.

Жизненно важно было находиться на берегу. Здесь до меня не доберутся, здесь безопаснее.

Глаза снова безвольно закрылись…

Сквозь мягкую вату, обволакивающую со всех сторон, я ощутила ласковое прикосновение.

— Идем, милая.

Голос был знакомым, женским, но я не могла вспомнить кому он принадлежал.

Послышался плеск воды, и тонкие ботиночки на моих ногах тут же промокли. Я остановилась, уперлась, вяло сопротивляясь мягким прикосновениям.

— Идем.

— Мне нельзя. Я не хочу.

— Хочешь, солнышко, хочешь.

В какой-то момент мягкое прикосновение сменилось жестким. Я почувствовала, как на талии сжимаются чьи-то твердые ладони и сквозь непреодолимую дрему пробился холодный голос:

— Пора домой, Мина. Тебя заждались.

Глава 13

Эйс

Чертова духота и предгрозовая темень измучили. Уже ничего не хотелось: ни есть, ни шевелиться. Только спать. Я сам не заметил, как задремал прямо в парке, привалившись спиной к шершавым лапам каменного дракона.

Снилось что-то тяжелое, сумрачное, наполненной тревогой и ожиданием дурного. Темные переходы незнакомого лабиринта, шелест дождя за спиной, бесконечные тучи, запах морского прибоя. Я искал кого-то так отчаянно и безнадежно, что сердце заходилось в агонии. Бежал, а ноги будто вязли в липком сиропе, звал, срывая голос, просил вернуться. В ответ тишина.

Я чувствовал, что рядом кто-то есть, что стоит только протянуть руку, поймать и все изменится. Но руки были словно ватные и не подчинялись моим желаниям, тело вялое и неподатливое. В результате даже во сне, я сполз на землю и, утопая во мгле, стелящейся по земле, начал засыпать. Растворяясь, теряя самого себя. И в какой-то момент показалось, что еще немного и от меня ничего не останется.

Я дернулся, выныривая на поверхность.

В реальности оказалось не лучше. Все те же тучи, теплый липкий воздух и шум волн, налетающих на каменные ступени острова. Непонятно сколько времени я провел здесь в