Проклятие Айсмора - Ольга Зима

Простите, господин Бэрр! — он, распахнув дверь, поджал одну ногу. — Просто я сплю очень крепко. Было, как-то умаялся разок, заснул после покоса, а дверь чурбачком придавил, чтоб чужой не зашел кто: знаю ведь за собой, ничем не разбудишь, так отец стучал-стучал, уж думал — помер я, а потом окна выломали…

— Рот закрой, трепло ушастое!

Бэрр, отодвинув его с дороги, заскочил в комнату. Он был весь мокрый; с одежды капало, черные волосы прилипли ко лбу, щекам и резко выделялись на мертвенно-бледной коже.

Гаррик потер ладонями лицо и заодно потрогал свои уши — и торчат-то в стороны самую малость.

— Одевайся, быстро! А то выгоню наружу в чем есть!

Гаррик вернулся к кровати и, стащив с рядом стоящей скамьи штаны и кафтан, принялся торопливо натягивать их. Затем потянулся к соседней скамье: форму стражника он всегда складывал отдельно.

— Да что случилось, господин Бэрр?

— Нижний топит… Шлем и кольчугу оставь, у нас другой противник, — Бэрр сунул Гаррику в руки широкий ремень с отличительной бляхой. — Слушай меня! Надо поднять твоих: с дюжину стражников всегда есть в Управе на смене, кого на патруле по дороге подберешь, тех тоже веди. И пошевеливайся! Левая нога на одном мосту, правая — на другом.

— А оружие? Оружие брать?

— Нет. Не надо. Лишнее, помешает.

Гаррик вытащил из-под кровати один башмак, второй, покачиваясь печальной лодочкой, выплыл сам. Выливая воду, юноша бросил взгляд на Бэрра снизу верх и удивиться все-таки успел: его начальник казался слишком напряженным, можно даже сказать — напуганным. Он выглядел, словно опоздал куда. Резкие черты лица освещали вспышки молний.

— Стражу-то собрать можно, а делать-то что? — спросил Гаррик и встал; в обувь, и так не сухую, тут же плеснулась вода: холодом побежала по телу, заставила вздрогнуть.

— Пойдете всей толпой в Нижний, к Северному кварталу.

Гаррик не удержался и зевнул. Зябко, но спать все одно хотелось.

— Проснись, дурило, и начинай соображать, что я говорю — нельзя дать людям вместе с домами под воду уйти! Надо вывести их с последней линии!

— Наводнение? — Гаррик как-то сразу успокоился. — Так ведь… Зачем выводить? Проще дать им в домах переждать — не привыкать, ну заберутся на чердаки, да просушат потом все, что намокнет, а что не просохнет, то выбросят, а что не выбросят, то волной слизнет, как сами говорят…

— Гаррик, не в этот раз, — перебил его Бэрр и поморщился досадливо: — Сваи… Они не выдержат.

— А почему? Столько стояли и всегда выдерживали, уж как ни било, а тут в обычное наводнение.

— Не выдержат, я говорю! — к начальнику вернулась прежняя свирепость. — Шевелись ты уже! Время только потерял на поиски, а его и так не осталось… Никого нет, чтоб не силой, так властью людей вытащить. А там домов прилично будет. Шона нет, Аезелверда нет, ты спишь…

— А он… это…

— Знаешь, где Айаз? Говори! — Бэрр встряхнул Гаррика основательно, словно ожидая, что ответ выпадет сам.

— Ну так не дома же он, — начал Гаррик и замялся: — Он…

— Придушу, — прищурился Бэрр и был так же холоден, как вода под ногами.

— Он у вдовушки своей, вот его и нету, — затараторил Гаррик, решив, что сегодня можно трезвонить, где начальство.

— Говори где.

В Айсморе было принято объяснять дорогу двумя способами. Первый — простой и спешный — выбиралось известное здание, мост или лавка, и от него объясняли, как идти, показывая при этом все счеты и повороты руками. Так было проще запомнить — и на слух, и на вид. Второй способ включал в себя все, что человек мог встретить по дороге: детали жизни тех людей, мимо домов которых можно было пройти, рассказ о лодочниках, могущих помочь с быстрой переправой в каналах, где мосты находились далеко друг от друга, истории с пристанями, воспоминания о прежних хозяевах лавочек, вопросы — что за интерес ведет человека и почему, а также что ищет в жизни каждый.

Гаррик только сегодня слышал: «Пойдете прямо, на мосту, который уже давно пора бы починить, будьте осторожней. У лавки с большим блестящим колокольчиком остановитесь, но в саму лавку не ходите, хозяин там дурной, впихнет, что вам и вовсе не надобно, сами не заметите как. Остановитесь и посмотрите направо — увидите дом с флюгером в виде корабля, но вам он не нужен, там живет семейство, которое от всех соседей нос воротит. А вот уже за этим домом будет жить нужный портной. А почему вы идете именно к нему? Он хорошо шьет? Вы это точно знаете? А что он за человек?» — «Да он мой кузен троюродный, с материнской стороны, давно…»

Гаррик сказал коротко:

— Красивый такой дом, с петушком… — отложил на кровать куртку, которую уже взял, и принялся махать руками и растопыривать пальцы: — По второй улице Нижнего от Гнутого моста налево пятый.

— Вторая… Гнутый… пятый… Запомнил уже, не маши плавниками. А может, тебе известно, и где начальник стражи?

Гаррик пожал плечами:

— Он озерный, мне с ним дружбу водить не с руки.

— Озеро, берег, — скривил губы Бэрр. — Дай вам только повод или предлог, разделитесь на чем угодно, да еще грызться начнете. Земля с водой не дерутся, и их жителям нужды нет.

Сказал — будто обвинил в чем. Повернулся и шагнул к двери, только вода брызгами разлетелась под сапогом.

— Подождите меня! — вскрикнул Гаррик, бросаясь к скамейке за шапкой.

Бэрр замер на пороге вполоборота:

— Ты не понял, что ли? Бегом в Управу за стражей!

— А вы разве не в Управу?

— Вот тупица заспанная. Как я только тебе доверил… Я — в Нижний! Аезелверда из постели вытащу, раз он сейчас там. Вы пока провозитесь, сони камышовые, мы хоть что-то попробуем сделать.

Гаррик успел подумать, что в одиночку ему командовать стражей из Управы не позволит сама стража из Управы, как Бэрр, словно прочитав его мысли, нахмурился:

— Так, — он сдернул значок первого помощника со своей куртки и, широко шагнув обратно в комнату, вручил его Гаррику. — Возьми. Будешь вроде как за меня. Должны подчиниться.

— Ага, поверят они, как же… Приду, объясню, а скажут — спер! — воскликнул в отчаянии Гаррик. — Точно скажут. Свидетель бы нужен, что