Отмеченная драконом - Джеймин Ив

зон, похожих на усики. Они служили тюремными камерами для каждой группы. В камерах не было никакого смешения между разными расами; это строго соблюдалось — вампиры были только с вампирами и так далее. В этих областях были установлены особые меры защиты. Они учитывали слабые стороны каждой сверхъестественной расы. Если бы мне пришлось угадывать, то, судя по силе волчьего аконита, серебра и кровавого жертвоприношения, которые я могла видеть в каменных конструкциях над нашими головами, место, куда мы вошли, находилось под зоной оборотней.

После нескольких минут молчания все затаили дыхание. Казалось, мы были в безопасности. Что ж, никто не последовал за нами через стену, что означало, что нас никто не видел.

Брекстон начал пробираться по туннелю, согнувшись почти пополам, чтобы пролезть в него.

— Следуйте за мной, — сказал он.

Нам потребовалось около десяти минут, чтобы выйти к тому, что я бы назвала линией центральной канализации.

Брекстон продолжал лидировать и вкратце рассказал нам о случившемся.

— Нэш рассказал мне, как найти место, где он спал. Оно находится между секцией оборотней и секцией вампиров в тюрьме. Канализационные системы он использует для передвижения.

— Значит, в это помещение на самом деле нельзя попасть из главной тюрьмы? — спросила Миша.

Брекстон кивнул.

— Я так не думаю. Я провел достаточное количество исследований, но так и не смог понять, как попасть в восточную часть Вангарда. Нэш в некотором роде подсказал мне, как это сделать.

Мы снова двинулись в путь, держась поближе к стене. С другой стороны от нас был полукруглый провал в камне, в котором содержалась та отвратительная жижа, что стекала по канализационной системе, и я была очень благодарна не только за то, что на мне была обувь, но и за то, что мне не пришлось лезть в это дерьмо.

Примерно через десять минут Брекстон остановился.

— Мы поднимемся сюда. — Он протянул руку и оперся на металлическую лестницу, которая крепилась к каменной стене. До этого момента я ее даже не замечала. — Дай мне пройти первым и убедиться, что вокруг никого нет.

И он исчез, преодолев высоту за считанные секунды. Остальные стояли вокруг и болтали, но я осталась стоять у самой нижней ступеньки, глядя вверх и ожидая, когда он вернется. Я была примерно в восьми секундах от того, чтобы сказать «к черту все это» и последовать его примеру, когда до нас донесся его голос.

— Все чисто.

Я была на четвертой ступеньке, когда Максимус стащил меня с лестницы и поставил на ноги.

— Я пойду первым, на случай, если это ловушка.

Мне удалось не закатить глаза. Я знала, что они защищали, потому что любили, но все же… оставьте это дерьмо с Суперменами в покое, парни. Под всем этим спандексом, должно быть, чешется.

В итоге я последовала за Максимусом, Миша сразу за мной, а двое других замыкали шествие. Там было намного выше, чем казалось с земли, и, в отличие от Брекстона, мне потребовалось несколько минут, чтобы добраться до потолка. Там был небольшой темный проем, я проскользнула через него в следующее помещение. Комната была узкой, в ней совсем не было естественного освещения, только несколько магических камней, вделанных высоко в стену. Они отбрасывали синие тона искусственного освещения, и я ненавидела пытаться что-либо разглядеть в этом свете. Это сбило меня с толку.

Нам пришлось идти гуськом. Компассы почти касались стен своими широкими плечами. Брекстон и Максимус, шедшие впереди меня, полностью перекрыли туннель, и я ненавидела себя за то, что ничего не могла разглядеть. Но я не испугалась, несмотря на темноту и жутковатость нашего окружения. Никто не проронил ни слова, и я восприняла это как знак держать язык за зубами. Хотя, когда мы продолжили наш путь, я начала жалеть, что не попросила больше информации до того, как мы пришли сюда. Например, насколько большой была эта долбаная тюрьма?

Мое терпение было на исходе, когда Максимус остановился. Конечно, я врезалась ему прямо в спину, а Миша врезалась в меня. Но это не сдвинуло его с места ни на дюйм.

Я услышала скрежет, похожий на звук открываемой ржавой двери, и мы снова двинулись, повернув налево и пройдя через металлическое отверстие. Теперь была видна ржавая дверь, прислоненная к стене, со следами оспин и коррозии. Наконец, мы вошли в комнату побольше. Четверка разошлась в стороны, и я наконец-то смогла разглядеть их широкие плечи.

Мое сердце перестало биться. Или мир замер.

Черт возьми!

Вместо одного маленького мальчика, которого я ожидала увидеть, к нам было повернуто так много лиц… так много лиц. И молодых, и старых. У меня перехватило дыхание, когда я лихорадочно осматривала комнату из одного конца в другой.

Они были все грязные, так как низко пригнулись к полу. Я громко сглотнула, подняв руку, чтобы прижать ее к своему быстро бьющемуся сердцу. Я все еще отчаянно пыталась охватить взглядом всю комнату. Как это было возможно? Там были дети всех возрастов… даже несколько младенцев смешались со взрослыми. В полумраке я заметила большие наручники, которыми они крепились к болтам, вбитым в пол.

Внезапно я разозлилась настолько, что была готова закричать. Мне было все равно, что сделали эти сверхъестественные существа, это была самая жестокая форма наказания, которую я когда-либо могла себе представить. Мой демон зарычал на меня вместе с волком, они оба пытались освободиться от ограничений, которые я на них наложила, оба хотели крови за это.

Максимус казался таким же взбешенным, как и я.

— Что это за хрень, Брекстон? Ты сказал, что там один мальчик. Здесь… по меньшей мере пятьдесят.

И без того суровое выражение лица Брекстона напряглось.

— Я никогда не заходил в эту комнату, — выпалил он. — Нэш просто показал мне, как пройти к месту, где он спал; в остальном мы общались, только когда он находил меня.

Низкий голос Миши прозвучал совсем рядом с моим ухом.

— Как думаете, на них метки дракона?

Я не смогла ответить, я старалась не расплакаться. Здесь были дети. Я не была большой поклонницей крысят с их скулящими и липкими пальцами, но это была пытка.

— Брекси. — По комнате разнесся тихий голос, и к нам подошел мальчик. Похоже, он был единственным, кто не был прикован. — Ты вернулся.

Когда он подошел ближе, я обратила внимание на растрепанные каштановые волосы до плеч, бледную, нездоровую кожу, которая должна была быть оливкового оттенка, но была болезненно белой, и огромные карие глаза, которые выделялись на его лице.

— Почему он просто не сбежал сам? —