(Не) любимая для демона (СИ) - Новак Нина

– Брай отрезало от Пазаданора?! – я чуть не выскакиваю из воды, но Ашиль сжимает меня в объятиях.

– Ненадолго. Каких-то несколько лет потерпим, и все, детка.

– Вы все еще безумнее Шассира!

– Твои родные, наверное, уже обезоружили гарнизон. Я ввел в него много своих людей и драконам просто некуда деться. Они отрезаны от своих.

– Думаешь, они так легко сдадутся?

– Если хотят жить, то – да. А сейчас отдыхай. Не забивай голову ужасами.

Легко сказать!

В ту ночь мы с Ашилем засыпаем в постели вместе. Тесно обнявшись, мы просто спим. Он кладет большую ладонь на мой плоский еще живот и я ощущаю себя самой счастливой женщиной на свете.

Он не спросил, почему я скрывала беременность, но, наверное, и так понимал, что уровень моего доверия к нему долгое время держался на нуле.

Среди ночи я просыпаюсь, и сразу вспоминаю о турнире. Поворачиваюсь к Ашилю и провожу пальцем по его скуле.

– Ты спишь?

– Мм, – мычит он что-то нечленораздельное.

– Не выступай на турнире, прошу.

– Я должен доказать песчаным, что раскаиваюсь искренне. Мы больше не изгои, Кати.

Смотрю на свое запястье – вокруг шрама появились тонкие контуры побега.

– Ашиль, метка расцветает...

Но мои губы запечатывают горячим поцелуем.

За окнами бушует магическая буря, которая успокаивается только к утру. В спальню проникает нежный розовый свет, поют птицы. Какое счастье, что природа не пострадала.

Я встаю с постели и выглядываю в сад. Небо Брая все такое же лазурное, как будто и не было ничего.

Представляю, как будет ругаться ди Кар’рас – ведь лорда дознавателя отрезали от Пазаданора и императорского двора. И смех и грех, что называется.

Оборачиваюсь на Ашиля – он пробудился и лежит на спине, заложив одну руку под голову. С удовольствием окидываю взглядом его обнаженное идеальное тело. Природа щедро одарила Ашиля, что ни говори.

Демон знает, что красив и криво улыбается. А я срываюсь с места и кидаюсь к нему.

За дверью слышны шаги, слуги осторожно передвигаются по дому. Издалека раздается голос мирри Лаизии.

Я одеваюсь и спускаюсь в холл. У лестницы сидит ди Кар’рас, прижимая к себе Софи. Оба какие-то потрепанные, уставшие. Дракон поднимает голову и подмигивает мне, а я подбегаю к Софи. Присаживаюсь возле нее на корточки.

Она на себя не похожа – ввалившиеся щеки, синяки под глазами, спутавшиеся волосы.

– Я так переживала, – шепчу я. – Темный демон сделал ее истинной? Он издевался над ней?

– Не беспокойтесь, Кати. С Софи все в порядке. На ее запястье нет демонской метки, – как-то странно хмыкает дракон. – Она была нужна им только, чтобы заманить вас в ловушку.

Я усаживаюсь рядом с ними на пол и вопросительно смотрю на ди Кар’раса.

– Вы же не станете наседать на Ашиля из-за того, что он провернул?

– Этого стоило ожидать, – фыркает дракон. – Он предал своего отца, предал бы и Гратина.

– Он поступил самым лучшим для нас образом. Но мне так неудобно, что вы остались заперты тут.

– Признаюсь, я думал испепелить этого паршивца, но... Кати, вы не представляете, что значит для дракона найти истинную. Кто мог предположить, что после гибели пары, мне снова так сильно повезет.

– Вы нашли истинную?!

И тут я понимаю. Он так осторожно ласкает Софи по голове большой ладонью.

– Софи Велье ваша пара? А она знает?

– Да, – дракон нежно касается губами макушки девушки.

А у меня сердце сжимается, потому что наши с Ашилем испытания еще не окочены.

***

Демоны берут власть над Браем и король Ханн назначает владетелем всей большой провинции Ашиля. Его это вполне устраивает – оазис ведь огромный, и даже имеет вокруг себя еще множество небольших островков с водой и растительностью.

Драконам приходится смириться. У них просто нет другого выбора.

А я со всей ясностью осознаю, что значит быть членом королевского демонского рода.

На время я переезжаю ко двору короля Ханна. Мне приходится носить дорогие наряды восточного типа с открытым животом, кутаться в прозрачные накидки. Я вся увешана золотыми украшениями, которые мелодично звенят при каждом движении. Это забавно и необычно.

С Ашилем мы не виделись уже месяц. Я страдаю, каждую ночь думаю о нем, но нужно соблюсти все формальности. Этот чертов турнир! Ненавижу саму мысль о нем.

Утешает только беременность. Живот уже не такой плоский и я с нетерпением жду, когда он начнет выпирать. Мечтаю, как Ашиль положит на него свою тяжелую руку, как прижмется щекой, а малыш станет пинаться.

Меня по утрам немного тошнит, но старая нянька Шаары и Канна, которая взяла надо мной опеку, поит зельями, помогает бороться с начинающимся токсикозом.

И разве можно беременным женщинам столько нервничать?

Турнир проводят на большой арене местного амфитеатра. Он огромен. Каменные трибуны украшены скалящимися мордами чудовищ, колонны и арки позолочены. До чего же давящая роскошь. И как же хочется побыстрее вернуться в Брай, в особняк наместника. Взглядом выхватываю ди Кар’раса, сидящего рядом с Софи.

Бедняжка немного успокоилась, поправилась рядом с любимым. У меня не было возможности с ней нормально поговорить, но мне передали, что Наварро не посягнул на ее невинность. Софи отдала ее своему истинному и они с драконом поселились неподалеку от Клары Асье, в небольшом, но уютном доме.

Звучат фанфары и этот резкий звук отдается вибрацией во всем теле.

Зажмуриваюсь, но потом все же открываю глаза. Арена поистине огромна и фигура Ашиля кажется совсем крохотной. Но только до тех пор, пока он не переходит в боевую форму.

Я сижу в королевской ложе. Возле меня новая семья. Король Ханн поглядывает хитро, изучающе. Знаю, он не до конца доверяет ледяному и намерен испытать его по полной программе. Спасает меня только необычная особенность песчаных объединять магические каналы и передавать эмоции, мысли. Сейчас Шаара и Канн сплотились вокруг меня, их сила не дает скатиться в отчаяние.

С лязгом открываются решетки и на арену выливается страшная и самая разнообразная жуть. Я вскрикиваю.

Никогда не видела подобных существ. Горы мускул с шипами, жалами, с пятью, десятью конечностями. Настоящий оживший кошмар!

– Он справится, – шепчет Шаара.

Ашилю приходится показывать всю свою силу, все свое мастерство, он бьется на пределе магических возможностей.

Клыки, кулаки, когти, крылья... Мой любимый прекрасен. И страшен.

Король Ханн улыбается. Я закрываю глаза ладонями. Незачем нам с малышом смотреть на такое.

Но пространство сотрясает страшный рык и я распахиваю глаза. Ашиль взлетает на огромных крыльях над ареной. Взгляд его светящихся ледяных глаз устремлен на меня.

– Она моя, Ханн! – уши закладывает от его громоподобного голоса.

Я быстро проверяю метку и губы сами растягиваются в счастливой улыбке – шрам сглаживается, исчезает. На его месте расцветает нежный льдисто-серебряный узор. Такой сложный, витиеватый, но безмерно восхитительный.

Ашиль еще больше увеличивается в размерах, его рогатая голова приближается к нашей трибуне.

– Ледяной демон во всей красе, – хихикает Шаара.

– Хорошо, что он на нашей стороне, – подхватывает Канн.

– Забирай свою истинную, Ферештех, – роняет король Ханн.

Я подскакиваю на ноги и трансформируюсь. Ашиль протягивает руку и я ловко перебираюсь к нему на плечо. Мой змей вырывается из браслета и сердце затапливает радостью – мы семья!

Возвращаемся домой через зеркальный портал. Выходим в холле особняка. Палмер кланяется, ни один мускул не дрогает на его невозмутимом лице при виде двух демонов, прикрытых только крыльями. У меня их, кстати, нет, и я скромно прячусь под крыльями Ашиля.

– Милорд, я вижу турнир прошел отлично, – замечает дворецкий.

– Все хорошо, Палмер, – отвечает Ашиль.

И только в купальне, превратившись в человека, Ашиль вдруг сдает и начинает шататься. Усадив любимого на мраморную скамью, я вижу, как серьезно его на самом деле потрепали. Человеческое тело все в синяках и порезах.