Кофейня мадам Мирабель (СИ) - Юлия Марлин

с каким мы беседовали накануне, разыскался за третьим от входа столом, заваленным кипами гербовых бумаг. Оторвав сосредоточенный взгляд от документа и узрев на пороге элегантную девушку в легком платьице и милой шляпке, он искренне изумился.

- Мадам?

Из его пальцев выпало писчее перо.

- Доброе утро, мсье, - кокетливо касаясь плетеной шляпки, я приблизилась к чиновничьему столу, достала из сумочки завещание и предъявила. – Вот, прошу.

- Э… не ждал вас так скоро, - промямлил мужчина, только с третьей попытки сунув перо в пустую чернильницу.

- Знаете ли, не люблю откладывать срочные дела в долгий ящик, - ласково улыбнулась и без приглашения села на стул для посетителей. – И всегда стараюсь решить их быстрее.

Сбитый с толку моим неожиданным появлением представитель королевской власти с минуту пялился на завещание, затем взял себя в руки и кивнул.

- Да, это правильно. Что ж, посмотрим.

Подтверждение прав собственности и оформление бумаги заняло двадцать минут. В новеньком перламутровом свидетельстве, под номером 10068, черным по белому было написано, что, начиная с 1702 года от Всемирного Зарождения, кофейней по улице Верхняя Речная владею я и только я, госпожа Мирабель Веймаер, а в девичестве – Мирабель Хофф.

- Ваш документ, - протянув оригинал, копию чиновник оставил себе. – Огромная просьба не терять. Время от времени, эм, в заведение возможны инспекции чиновников самого разного уровня, мадам Веймаер. Ну, вы меня понимаете.

- Разумеется, - фыркнула самым доброжелательным тоном, правда, в душе вскипела огнем. Йен до последнего будет ставить мне палки в колеса, и стремиться разрушить семейное дело? Конечно, да. До окончания срока пари осталось чуть больше месяца – уверена, муж не пожалеет ни сил, ни средств, чтобы тетино заведение перестало существовать.

- Хорошего дня, герцогиня, - выдернул из мыслей елейный голос чиновника, взиравшего исподлобья.

- И вам до свидания, мсье.

- Куда прикажете теперь, хозяйка? – Осведомился Клод, когда мы покинули сырое, мрачное и насквозь ледяное помещение, не прогревающееся даже в летний зной.

- Заедем в два салона, и домой, - рассеянно обронила, вырываясь из темных мыслей. Правда, интуиция настойчиво шептала – с недавних пор у Веймаера объявился достойный противник: дерзкий, самоуверенный, с невероятным пленительным взглядом и потрясающими твердыми губами, умеющими дарить бесподобные поцелуи. Одним взмахом властной ладони причинить вред беглой жене приемник короля уже не сумеет.

… Последующие дни были наполнены бытовыми заботами и, казалось, походили один на другой. Управление кофейней отнимало всё мое свободное время. Посетители медленно, но верно прибавлялись. Брэм готовил изумительный кофе в самых невообразимых сочетаниях, сестры незаметно для себя втянулись в роли разносчиц, Терсен и Бред с сыновьями почти весь световой день перетирали кофейные зерна и приносили на кухню, где в течение двух-трех часов они превращались в бесподобный ароматный напиток.

Первую неделю, признаюсь честно, я ожидала ответного визита Веймаера. Думала, явится с упреками и требованием вернуть украденное из его имения завещание, но герцог подозрительно затаился. Алекс тоже не появлялся. Я очень скучала по нашим ночным рандеву и с замиранием сердца ждала его возвращения в Ривтаун, хотя в глубине души понимала, что питаю иллюзорные надежды, и совместного будущего у нас все равно нет. Безумно жаль.

… Новый вечер выдался прохладным и пасмурным. Клиентов было немного, часть незанятых столиков сиротливо белела свежими скатертями. Окинув взором полупустой зал, прошла на кухню и, сев за отдельный стол в углу, обложившись сметами, накладными и расчетами с компаньонами, погрузилась в мир цифр. Через два дня я планировала закупить у Отула новую партию зерен, далее собиралась наладить связи с поставщиками сладостей и молока. Кроме того, следовало наведаться в банк – уточнить сроки погашения выданного на льготных условиях заёма и заодно выплатить заработную плату помощникам.

- Мадам Мирабель!

Из царства точных математических расчётов выдернул взбудораженный вскрик возникшего на пороге молодого изобретателя. Грегори лихорадило от возбуждения. Его глаза пылали, камзол из грубого сукна был криво застегнут, а волосы спутаны – но это его никоим образом не беспокоило.

- Грегори? - Я незамедлительно поднялась. – Что случилось?

- Я это… - парень встряхнул головой и понизил голос до шепота, - кажется, получилось, мадам. Первый электрический двигатель только что прошел все необходимые испытания.

- Ты его изобрел? – Ахнула, ни секунды не сомневаясь в блестящем таланте молодого ученого.

- Ну, об этом рано судить. Я добился устойчивых связей в цепи, устройство работает. Пока еще медленно, и часто ломается, это только первый прототип. Впереди много работы.

- Сейчас же идём в твою лабораторию, - распорядилась, моментально забыв о бумагах и, охваченная острой необходимостью увидеть всё своими глазами, выбежала из кухни. – Покажешь, каких результатов добился. Клод, ты со мной.

В лаборатории Грегори царил полный хаос. Кипы бумаг, чертежей, карандашных набросков усеивали два письменных стола – сверху на них валялись металлические детали и алюминиевые провода. Пол был усыпан обрывками ткани и осколками стекла. Умоляя меня быть очень осторожной, изобретатель включил под потолком белые лампы и пригласил к механизму посреди просторного помещения.

- Вот он. Смотрите.

Демонстрация электродвигателя, что по виду напоминал жутко гудящий железный бочонок, заняла несколько невероятно интересных часов. Грегори дотошно всё показывал, объяснял, извинялся, когда из устройства начинал валить дым и пообещал доработать его в течение двух-трех недель.

Потрясенная столь быстрыми успехами парня из самых низов вестальского общества, не сдержала эмоций и крепко его обняла.

- Ты молодец, Грегори. Я тобой горжусь.

- Что вы, мадам. Вы дали мне кров, работу, возможность заниматься любимым делом в столице. Это я вам всем обязан, - покрываясь краской смущения, проговорил мятущийся изобретатель.

Решив разрядить обстановку, засыпала парня множеством вопросов, уточнила – можно ли будет установить двигатели в мясорубку и прессы местного производства, тем самым свершить над ними так называемый апгрейд.

- Ап… чего? – Захлопав глазами, Грегори искренне растерялся.

- Усовершенствовать старьё, - объяснила с улыбкой и устроилась в единственном на всю лабораторию жестком кресле с грубыми подлокотниками. Я пребывала в хорошем расположении духа и хотела зарядить позитивом и уверенностью преданных помощников. Настроение не испортило даже подозрительное молчание Веймаера и длительная разлука с таинственным покровителем.

- А, понял, - Грегори кивнул, поскреб подбородок и заверил. – Да, я смогу внедрить электродвигатели в перечисленные вами приборы.

- Отлично. Дерзай, но… - мой голос упал до шепота, а интонации прибрели нотки тревожности, отчего изобретатель напрягся всем телом, - будь предельно осмотрителен. О