Хизер Диксон - Сплетение

Он все говорил и говорил — о дорогах, о пропускных пунктах, об импорте, о приросте выручки и об издержках; и к немалому изумлению в голове у Азалии пронеслось — боже мой. Фейрвеллер был прав. Из него выйдет толковый член парламента.

— …это скучновато, — заметил он в конце пути. — Но я могу целый день только об этом и рассуждать.

— Совсем не скучно, — Азалия улыбнулась. — Мистер Брэдфорд, почему вы не баллотируетесь в парламент? Вы станете достойным последователем своего отца.

Веселость мистера Брэдфорда рассеялась, словно пламя задутой свечи. Он затих, взгляд стал серьезным.

Помолчав какое-то время, он произнес приглушенным голосом:

— Правительство уничтожило моего отца. После смерти матери. Работа его изнуряла, а затем и вовсе сломала.

Азалия сочувственно прикоснулась к нему мокрой перчаткой. Легонько, возле локтя. Ей захотелось угостить его гренком, на котором тает масло и растекается ложечка меда. Глупая мысль, но от нее веяло уютом.

Мистер Брэдфорд повернулся — его грустные глаза излучали надежду. Он положил руку — в такой же мокрой перчатке — поверх пальцев Азалии. Сердце девушки едва не взорвалось.

— Ага! Принцесса!

Отшатнувшись друг от друга, они увидели лорда Хоули, который стоял в конце тропинки и прикладывал к лицу платок. Поодаль, на каменной скамье, сидел разгневанный Король. Запинаясь, Азалия произнесла:

— Лорд… Хоули.

— Какого лешего с вами стряслось? — фыркнул он. — От вас несет как от… от… мокрой тряпки! А вы еще кто такой?

Мистер Брэдфорд замер. Застыли даже его карие глаза. Лишь капли падали с лица и одежды. Он хладнокровно смерил взглядом лорда Хоули, затем посмотрел на Азалию и снова на лорда Хоули.

— Это лорд Хоули, — объяснила Азалия, призывая на помощь всё изящество Наследной принцессы. — Он наш гость. Он здесь по… Делу Королевской Важности.

— Да. Знаю, — мистер Брэдфорд не шелохнулся. — Дело Королевской Важности. Слышал.

Все знают — подумала Азалия, стараясь улыбнуться мистеру Брэдфорду.

— Если лорд Хоули станет Королем, — сказала она, — то он повысит налоги.

— Да ну?

Джентльмены, внешне сохраняя приличия, минуту с вызовом смотрели друг на друга.

— Я окоченела, — разрядила напряженную обстановку Азалия. — Мне надо переодеться. мистер Брэдфорд, вот Король. И еще раз спасибо.

Мистер Брэдфорд заметно смягчился. Он нежно взглянул на нее и грациозно поклонился, по-военному стукнув каблуками.

— Принцесса, — попрощался он.

Азалия побежала во дворец. К следующей их встрече она собиралась во что бы то ни стало вернуть его часы. Юбки и блузка обледенели и царапали кожу, но воспоминание о ласковых карих глазах согревало, и Азалия не чувствовала ни холода, ни боли.

Глава 18

За неделю до Рождества снег превратил сады в сказочный мир — в солнечных лучах переливались обледенелые прутики и не желающие опадать листочки, на статуях мерцали снежные шапки, изгороди и беседки укутало белое полотно. Девочки целый день играли в саду, дышали чистым воздухом, а свежий морозец игриво щипал им щечки.

Они забавлялись в снегу, скользили по замерзшему пруду и бросали снежки в барона Губерманна. Новый гость держался достойно, но ударился в бега, стоило проказницам в третий раз сбить с него шляпу, после чего девочки собрались в дальнем углу сада и наблюдали за катающимся верхом Королем.

— Он хороший наездник, — заметила Дельфиния, когда Король пустил Диккенса легким галопом. Проехав мимо, Король кивнул дочерям. Из-под копыт летели комья снега.

— Нам пора, — напомнила Азалия. — Если вы поможете мне накрыть на стол, то мы еще успеем поискать сахарные зубы в серебряном кабинете.

Послышался дружный стон.

— Неужели тебя это еще заботит? — проворчала Брэмбл.

Азалия возмутилась:

— Но у него часы мистера Брэдфорда!

— И что? — невозмутимо парировала Брэмбл. — Мистер Брэдфорд — толстосум. Купит себе другие.

Азалия негодующе пнула снег, и белые хлопья засыпали ботинок Брэмбл.

— Как бы там ни было, я вот что думаю, — Брэмбл стряхнула снег без малейших признаков обиды. — Нам осталось-то танцевать в павильоне несколько дней, а после мы сможем плясать где угодно. Так почему бы в последнюю ночь не сказать: «Здоров, Хранитель, было потрясно, спасибки тебе, будем и дальше искать заколдованную штуковину, и как найдем, тут же к тебе заглянем. Где тебя найти мы в курсе!» Ну как? По-моему, неплохо. Просто у меня мурашки от одной мысли, что он будет шариться поблизости. Пусть сидит в своем шатре.

— Абсолютно согласна, — сказала Ева, которая так плотно укуталась в шаль, что выглядывали только очки, да тронутые румянцем щечки. — Что Хранитель будет делать, если мы освободим его? У него ни земли, ни дома.

— Хранитель? — Брэмбл поморщилась. — Да кому он нужен? А мы? Король прикончит нас, если расчухает, что мы танцевали рядом с таким экземплярчиком, как Хранитель. Насколько известно, Король последний раз пользовался переходом, когда был мальчишкой — если он вообще был мальчишкой, в чем я лично сомневаюсь. И хорошо бы так все и оставить.

Король на полном скаку остановился возле ворот. Диккенс фыркал и тряс гривой.

— Дамы, идите на лужайку, — позвал Король. — Вы и так уже тут столпились. Правила не запрещают — это королевская собственность. Давайте, вперед.

Девочки со скрипом отворили ржавую и подмерзшую калитку и вступили на ярко переливающийся в сумеречном свете снежный покров.

— Кто-нибудь хочет прокатиться? — спросил Король.

Девочки попятились.

— Нетушки, — пискнула Айви.

— Категорически нет!

— Что-то не очень.

Король сдвинул брови, отчего младшенькие вцепились в юбки Азалии и лишь украдкой поглядывали на Диккенса, который стучал копытом и выпускал из ноздрей клубы пара. Король втянул щеки, кивнул и пустил лошадь галопом.

Немного погодя, когда девочки уже вздохнули с облегчением, Король развернул Диккенса и поскакал обратно. Сестры вскрикнули и прижались к каменной стене. Галопируя мимо, Король склонился с седла и подхватил Холли. Малышка пронзительно завопила.

Азалия в изумлении увидела, как Король, крепко удерживая Холли за талию, посадил ее перед собой. Она уже не кричала, только смеялась. Король рысью промчался вокруг лужайки три раза и натянул поводья возле девочек. Холли сползла с лошади, потрясенная, но на веснушчатом лице сияла довольная улыбка.

— Мы так быстро ехали! — с восторгом произнесла она.

Девочки наперебой упрашивали покатать. Король повиновался. Он усаживал каждую перед собой и скакал вокруг лужайки. Ева, Дельфиния, Айви и близнецы ликовали, вцепившись в гриву Диккенса. Жасмин же вцепилась в шею Короля и уткнулась в его камзол, лишь изредка открывая один голубой глаз. Даже Кловия и Брэмбл согласились прокатиться, но исключительно, как они утверждали, потому, что они держали Кейл и Лилию, а малышек нельзя лишать удовольствия. Соскальзывая с лошади с Кейл на руках, Брэмбл улыбалась, хотя и немного стыдливо.