Оберег для царевича (СИ) - Яна Епринцева

она должна умереть. Эта мысль проникала в сознание, не давая никакой возможности от неё избавиться.

За окном разгоралась такая же алая, как кровь, заря. Ветер бился в окно и трепал резные ставни. Деревья, растущие вблизи дома, скрипели и дрожали под его порывами.

Ещё несколько минут девушка лежала без движения, а слова песни продолжали крутиться у нее в голове. Рядом расположился Борислав. Он тоже не спал, а смотрел в потолок. На лице его была однобокая ухмылка, в глазах застыла тоска. Когда Олеся пошевелилась, он повернул голову и посмотрел на неё. Девушка поняла — он тоже знает.

— Зачем мы приехали, любимая моя… — прошептал он, глядя ей в глаза. — Зачем мы только приехали…

— Хватит предрекать мне смерть! — воскликнула она, поднимаясь с постели. — Сегодня ведь наша свадьба! А завтра спокойно вернёмся домой и заживём лучше прежнего!

Олеся храбрилась, но сердце её сжималось от нехорошего предчувствия.

В дверь постучали.

— Уходите! — крикнул Борислав, вскакивая с постели.

— Не велено, — раздался из-за двери голос служанки. — Нам приказано невесту наряжать. А жениху велено к царю, он видеть желает.

Борислав сел на постели и обхватил голову руками. Он не хотел оставлять Олесю одну. Но не знал, как избежать встречи с царём, для того чтобы остаться рядом с ней.

— Батюшка! — тихонько позвал он. — Батюшка, постереги мою невесту!

— Иди спокойно, я тут, — послышался низкий голос из дальнего угла комнаты.

Борислав кивнул. Он встал, оделся, сунул ноги в сапоги, подпоясался и вышел из комнаты.

Не успел он скрыться за дверью, как внутрь вошли несколько женщин. Две из них осторожно, на вытянутых руках несли пышное, шитое золотом и драгоценными камнями платье. Другие держали рубашки, нижние юбки, ленты и остальные принадлежности, необходимые невесте.

Олеся встала с постели, и служанки окружили её. Они принялись хлопотать вокруг, умывая, причёсывая и наряжая девушку. Она безропотно выполняла всё, о чём её просили, поворачивалась куда нужно, наклоняла и поднимала голову. А мысли её были только об одном — поскорей бы всё это закончилось.

Платье было очень жёстким и тяжёлым. Оно ослепительно сверкало на солнце, а драгоценные камни, украшавшие его, блестели разными цветами и переливались. Служанки охали и ахали, они качали головами, восхищённо разглядывая невесту.

Но вся эта красота не радовала Олесю. Больше всего на свете ей хотелось вернуться в тот день, когда они лежали вдвоём с Бориславом на лесной поляне и смотрели на звёзды. Тишина леса, запах дикорастущих трав и опавших листьев. Как хорошо было тогда у неё на сердце, и как тяжело сейчас! Страх и дурное предчувствие никак не оставляли её.

«Неужели я никогда больше не увижу леса?» — думала она с тоскою, и слёзы сами собой наворачивались у неё на глазах.

Женщины закончили наряжать невесту. Они подвели её к большому зеркалу, висящему на стене. Девушка вскрикнула от удивления, увидев своё отражение. Богатый наряд и сложная причёска, украшенная большим количеством драгоценных камней, изменили её до неузнаваемости. Из зеркала смотрела совсем не она, а настоящая царская невеста. Вот только вид у неё был очень печальный.

— Что ж ты плачешь? — вдруг спросила у Олеси самая молодая из служанок.

Девушка вздрогнула и обернулась. Она быстро вытерла глаза, но ответить ничего не успела.

— Все невесты плачут! Это хорошая примета, — ответила вместо девушки другая служанка, постарше.

— Если бы я выходила замуж за царевича, уж я бы не плакала! — продолжала гнуть своё первая. — Или он тебе не люб? Так зачем согласилась? Из-за богатства?

— Не твоё дело! Ишь, разговорилась! Место своё знай! — прикрикнула на девчонку более взрослая служанка.

— Люб он мне! Ой, как люб! Жить не смогу без моего любимого! — воскликнула Олеся, смотря прямо в глаза болтливой девице.

Та смутилась и отошла в сторону. Другие продолжали хлопотать рядом, поправляя наряд и прическу невесты.

На улице разыгрался сильный ветер. Он завывал, как на похоронах, стучал в окно, рвал последние осенние листья и швырял их на крышу. От этих тоскливых стенаний Олеся почувствовала себя ещё хуже.

«Что-то Борислава долго нет? Не случилось ли чего?» — думала она с всё нарастающим волнением.

Наконец в дверь постучали.

— Готова ли невеста? — услышала девушка голос любимого.

Служанки побежали открывать. Распахнув дверь, они впустили в комнату жениха. Он неспешно вошёл и замер, восхищенно оглядывая свою возлюбленную. Парень смотрел на неё широко распахнутыми глазами и не мог найти слов, чтобы сказать, как прекрасна она в подвенечном наряде. Бледное лицо его озарила улыбка, а серые глаза сияли. Олеся улыбнулась в ответ.

Когда Борислав подал ей руку и повёл прочь из комнаты, сердце у девушки застучало как бешеное. Напрасно пыталась она преодолеть тревогу. Не на венчание шла она, а на казнь.

«Главное, что любимый в безопасности. Пусть я умру, главное, чтобы он жил. Будь что будет!», — думала она, спускаясь по каменным ступеням в большой зал.

Шаг за шагом она обретала уверенность и постепенно перестала бояться.

Пройти осталось совсем немного. Вот уже и резные двери готовы распахнуться перед ними. А там толпа гостей замерла в ожидании жениха и невесты в богато украшенном зале. Но не успели они дойти каких-то двух шагов, как из узкой боковой двери, которую они только что миновали, появился Ярополк.

Он двигался бесшумно и стремительно, никто и не заметил его, пока он не оказался слишком близко. Борислав, задумчивый и погружённый в свои мысли, смотрел совсем в другую сторону. Он любовался на свою невесту и лишь изредка бросал рассеянный взгляд вперёд. Вот и сейчас всё его внимание было приковано к Олесе.

Девушка увидела Ярополка раньше. Она почувствовала его спиной, ощутила вибрацию гнева и ненависти, исходящей от него.

Царевич приближался к Бориславу, а в руке его блестел длинный нож. Ещё секунда, и Ярополк вонзит острое лезвие в спину молодого жениха.

Девушка набрала в грудь воздуха, чтобы закричать, но не смогла выдавить из себя ни звука.

А царевич между тем был уже совсем близко. Он отвёл руку с зажатым в ней ножом и замахнулся, готовый ударить Борислава. Олеся внезапно ощутила невесть откуда взявшуюся решимость. Собрав все свои силы, оттолкнула любимого и встала на его место.

Нож проткнул нарядное платье и вонзился в живот девушки. Кровавое пятно мгновенно растеклось по шитой шелковыми и золотыми нитками ткани.

Глаза Ярополка расширились от ужаса и изумления. Он не собирался убивать девушку, в его планы входило навсегда избавиться от ненавистного сводного брата.

Мужчина выдернул нож, посмотрел на него безумным взглядом и швырнув