Диана Сахончик - Линии любви

Через час безрезультатных поисков, я уже с трудом понимала вообще, где нахожусь. Глаза уже болели от пыли, а нос отказывался дышать.

— Ты как, жива? — спросил Эван, подходя ко мне.

— Если так можно сказать, — ответила я, пытаясь снять очередную громадную паутину с незнакомого портрета.

— Я там ничего не нашел, только те, о ком я и так знал.

— Я тоже никого похожего не нашла. Остались те, что наверху, — сказала я, указывая на несколько портретов, лежащих на самой верхней полки у стены.

— Слава богу, что это — последние! — сказал Эван, снимая оставшиеся портреты на пол. — И кто у нас здесь? Ага! Жаклин Мэридин. Она была одной из самых талантливых толкователей снов. Больше всего её нравилось расшифровывать именно те сны, которые люди видели днем. Она считала ночные сны скучными и неинтересными, а в дневных, по её мнению, было заложено намного больше полезной информации.

— А вот эта девушка очень похожа на Нору, — сказала я, глядя на другой портрет. — Только намного моложе и черты лица более резкие.

— Здесь нет подписи? — удивленно спросил Эван.

— Нет, кажется, нет.

— А ты уверена, что между ними действительно есть сходство?

— Я бы сказала, что они могли быть родственницами. А тебе она не кажется знакомой?

— Впервые вижу, — ответил Эван.

— А больше нигде нет изображений всех этих людей? Может в книгах? — спросила я.

— В книгах встречаются только те, кто сыграл значительную роль в истории Дэвэра, а эти портреты были нарисованы много лет назад, просто как дань уважения к тем, кто обладал необыкновенными способностями.

— И как же нам найти Нору? А может быть так, что она не имела к Дэвэру никакого отношения, поэтому её портрета и нет здесь?

— Возможно, конечно, хотя и странно. Хранители ведь всегда существовали как раз для того, чтобы находить таких людей. Даже если она и не училась в Дэвэре, сведения о ней должны были находиться здесь, по крайней мере, о её способностях.

— Тогда давай выбираться отсюда, мне уже нечем дышать. Попробуем поискать в другом месте, — сказала я, беря лампу и направляясь к выходу. — Дарси просила меня помочь с приготовлениями к фестивалю. Он ведь обычно проходит у восточной границы Дэвэра?

— Да, я тебя к ней отведу. Заодно и посмотрим, что на этот раз придумал совет старост. Каждый год члены совета создают арену для фестиваля в новой форме, в прошлом году она была в форме корабля. А заключительным номером стало выступление студентов Эмбра, которые подняли в воздух над этим кораблем огромные белые паруса из ткани. Получилось довольно зрелищно. Хотя, конечно, именно на это и рассчитан фестиваль. Только те, для кого он одновременно является и выпускным экзаменом относятся к нему более серьезно. Для всех остальных это прекрасная возможность продемонстрировать свои навыки, в том числе и друг перед другом.

— Ну, в этом, наверное, нет равных Визарди?

— Не правда. В Дэвэре никогда не считалось, что магия — лучше всех других способностей. Да, это, безусловно, очень почетно, стать студентов Визарди, но ты и сама уже видела на что способны другие талантливые студенты.

— Кстати, о талантах! Я еще не видела твоего показательного номера.

— Увидишь на фестивале. Пусть это будет сюрпризом.

— Так нечестно! Я видела даже то, что готовит Кристиан! Почему ты не хочешь показывать?

— Я же говорю это — сюрприз.

— Ты имеешь в виду только меня или всех?

— И для тебя и для всех. Эйлин, имей немного терпения. Через неделю все увидишь собственными глазами.

Я вздохнула разочарованно. Эван рассмеялся.

— Ты сейчас похожа на капризного ребенка, которому не хотят покупать игрушку.

— А если я так и буду капризничать, ты хотя бы расскажешь, что задумал?

— О, нет! Шантажировать меня не выйдет. Я очень упрямый, знаешь ли.

— Это я уже как раз поняла.

Мы вышли через восточные ворота кампуса и направились к тому месту, где уже полным ходом шла подготовка к фестивалю. Даже издалека было видно, что готовится нечто грандиозное. Я не сразу поняла, что изогнутые контуры сооружения на самом деле были будущими лепестками распустившегося цветка, который и станет формой арены в этом году. Самые высокие лепестки должны были уставить креслами для зрителей, так, чтобы создавалось впечатление, будто все смотрят внутрь самого цветка.

— Неплохо, — сказал Эван, останавливаясь на одной из площадок. — Интересно, что они придумают для заключительно номера?

— А кто обычно его готовит.

— Кто будет в этом году, я не в курсе. Но каждый год это новый факультет. Иногда объединяются и студенты нескольких факультетов, но только в том случае, если на фестивале присутствуют особо важные гости, на которых нужно произвести впечатление.

— Эван! Эйлин! — окликнула нас Дарси с соседней площадки. — Идите сюда!

Мы прошли несколько будущих зрительных рядов и остановились рядом с ней.

— Что скажете? — спросила она, указывая на еще не оконченную арену.

— Будет здорово, — ответила я. — Представляю, как красиво будет смотреться номер Эмбра с лепестками.

— Ты видела их номер? — спросила Дарси.

— Вообще-то никто не знает, что готовит другой факультет до самого выступления, — сказал Эван.

— Ой! Я же не знала! Не мог раньше предупредить? — зло прошипела я, пока Дарси объясняла что-то другим студентам.

— Извини, не подумал.

— Так что ты там говорила про номер Эмбра? — снова спросила Дарси.

— Так, ничего. Может, это был даже не номер, я просто присутствовала на одном из их занятий.

— Ладно. Вот, что тебе надо делать, — начала объяснять мне Дарси.

— Увидимся позже, — сказал Эван, оставляя нас одних.

Когда вчера вечером Аманда сказала о просьбе Дарси я и предположить не могла, что мне так понравится во всем этом участвовать. В основном я помогала её самой. Мы вместе достроили те лепестки, которые были у подножья зрительных рядов, и покрыли саму арену ярко красным бархатным ковром. Дарси объяснила, что именно на красном фоне лучше всего смотрятся все номера выступлений, поэтому этот атрибут фестиваля остается одним и тем же из года в год. Лепестки же самого цветка мы сделали зелеными, желтыми и оранжевыми. Все они покрывались специальной золотой пылью, так что при солнечном свете или искусственном освещении переливались тысячами разными оттенков. Если бы я не знала, что при создании этой красоты не использовалась магия, точно решила бы, что такое создать иначе просто не возможно.

Так прошел незаметно весь день. В свою комнату я вернулась уже почти к одиннадцати вечера. К моему удивлению, Аманда была там не одна, а в компании Эвана и Кристиана. Они что-то живо обсуждали, но стоило мне войти, как разговор сразу же прекратился.