Во власти демона. Брак поневоле - Елена Белильщикова

ее, демоница. Не лезь к моей Руте! – зло воскликнула она, глядя на Ингрид.

Я невольно отступила на шаг. Инстинктивно я все еще боялась маму. Ее вечно недовольного лица, изможденного болезнью. Ее истеричного срывающегося голоса, так больно бьющего по всем слабым местам… И я боялась ее – так смешно! – больше, чем Ингрид. Губы слабо шевельнулись:

– Мама? Ты же умерла… Значит, ты пришла защитить меня?

– Иди ко мне, Рута, – мама протянула ко мне руки с темными следами от постоянных уколов и капельниц.

Я шагнула вперед, как завороженная. Но тут Ингрид ухватила меня за руку. Острый маникюр прошелся по запястью, оставляя болезненные царапины. Это немного отрезвило.

– Не вздумай, идиотка! – зашипела Ингрид. – Ее не вернуть, как Эля! Ее тело давно сгнило в земле. Она может уйти отсюда, только вселившись в тебя!

Мама бросилась к нам, вцепляясь в мою одежду. С такой силой, что ткань затрещала.

– И что теперь?! Не лезь не в свое дело! Мы – одна семья, тебя это не касается! Я всем жертвовала ради нее! Положила свое здоровье на то, чтобы ее вырастить! Одна, без мужа! А ее тело – молодое и здоровое!

Ингрид и мама перетягивали меня, как собаки – кость. Казалось, разорвали бы на клочки и не заметили бы. Стало противно. Горько до слез. Я напряглась всем телом, вырываясь из хватки Ингрид, отталкивая мать.

– Я вернула тебе долг, мама! – выкрикнула я со слезами. – Когда ухаживала за тобой до самой смерти!..

Меня оборвала пощечина. Хлесткая. Жгучая, как слезы в моих глазах. Как та пощечина, которую мама отвесила мне незадолго до смерти, когда я принесла ей бульон. Снова недосоленный, по ее мнению. А сейчас она прищурилась почти с ненавистью, зашипев:

– Так ты пришла не за мной? Не для того, чтобы вытащить меня?

А я поняла, что зря надеялась, что кто-то будет меня спасать. Ведь Кеана предупреждала. Здесь, в мире душ, откроются самые темные стороны каждого. Здесь каждый превратится в чудовище. И неважно, каким он был раньше.

Глава 23

Я метнулась взглядом от Ингрид к маме и обратно. Сейчас их лица выглядели, как в причудливом зеркале, обнажающем самое темное, неприятное. Коварный и темный взгляд королевы – еще более хитрой манипуляторши, чем обычно. Жадный и жесткий блеск в глазах мамы – большей эгоистки, чем при жизни.

Обе медленно приближались ко мне, как стая гиен. Набросятся – и растащат на сувениры, лишь бы не досталась другой.

Я попятилась.

– Ты боишься меня? Это обидно, знаешь ли! – мама зло поджала губы. – Я все для тебя делала, а ты…

– Только попробуй поддаться ей… – заговорила Ингрид. – Ты же знаешь, ей будет плевать на Алисию, когда она займет твое тело.

Я резко отвернулась от обеих, бросаясь прочь. В темноту. Магический огонек погас, и бежать приходилось вслепую. Я еще слышала голоса за спиной, но постепенно удалялась от них.

Несколько раз меня пытались схватить чьи-то руки из темноты. То женские, то мужские, то даже детские ладошки… Но я лишь вырывалась и продолжала бежать. Пока не впечаталась в кого-то прямо впереди меня. Сильные мужские руки придержали за талию, чтобы я не упала. А от одежды повеяло знакомым ароматом. Немного хвоей, немного ветром и горечью.

– Эль… – всхлипнула я, хватаясь пальцами за его рубашку.

Он взмахнул рукой, и в воздухе завис темно-синий магический огонек. Тени заиграли на благородном бледном лице, и его черты показались еще более чеканными… и холодными. Эль смотрел, чуть нахмурившись, поджав губы.

«Как будто и не рад, что я пришла», – подумала я, и по спине пробежал холодок.

– Зачем ты пришла, Рута?

Я вздрогнула, как от удара, отстраняясь. Дыхание перехватило. Голос Эля, еще недавно такой бархатистый и ласковый, сейчас резал по живому. Темные глаза смотрели холодно и отстраненно.

– Я пришла за тобой, – чуть дрожаще ответила я.

Рука сама собой потянулась к его ладони. Кончики пальцев нежно коснулись прохладной кожи. Но Эль дернулся, как от ожога.

– Уходи, – он чуть отвернулся, демонстративно глядя в сторону. – Я не верю ни одному твоему слову. После того, что ты сделала.

– Эль! – я все-таки ухватила его за руку. – Алисия там одна. Она ждет нас. Мы можем вернуться вместе, вдвоем! Если… если не хочешь думать о нас, подумай о дочке!

Он отдернул ладонь. Эль смерил меня взглядом, полным горечи. С губ сорвался тяжелый вздох.

– Ты обманывала меня с первого дня, – Эль покачал головой. – Скрывала, что ты – ангел. До самой свадьбы. Использовала меня, чтобы я женился на тебе и тем самым уберег от казни, которая грозит всем попаданцам. А потом… потом, когда правда раскрылась в первую брачную ночь, ты не придумала ничего лучше, как воспользоваться артефактом! Приворожить. Той магией, которая, в итоге, меня убила.

Он не повышал голос, словно самому было больно говорить. Эль выглядел уставшим и сломленным. И нарочно не смотрел в глаза.

Я протянула руку, погладив по щеке. Мягко, но непреклонно повернула его лицо к себе. Наши взгляды снова встретились. Глаза Эля выглядели кукольными. Стеклянными. Это место плохо на него влияло.

– Это был не приворот, – нежно прошептала я. – «Ангельская пыль» лишь раскрыла наши истинные чувства, убрав страхи и сомнения.

«Так вот, значит, какая самая темная сторона моего демона? – начала догадываться я. – Не коварство, как у Ингрид, не эгоизм, как у моей мамы… А его неумение верить. Вот оно и играет злую шутку здесь, в мире душ, где все отрицательное вылезает на первый план».

– Я знаю, – глухо сказал Эль. – От этого еще хуже. Ведь я был с тобой настоящим. А ты снова врала. Я больше не знаю, как тебе верить.

Эль сейчас напоминал говорящую шарнирную куклу. Неподвижное спокойное лицо, стеклянный пустой взгляд. Даже руки – холодные, бледные, как из фарфора.

– Но я не хотела, – заплакала я. – Эль, прости меня!

В контрасте с прохладным воздухом собственные слезы показались обжигающими. Эль смотрел немного в сторону, будто сквозь меня.

– И ты меня тоже, – прошептал он. – Я был слишком холоден с тобой. Просто надеялся защитить от проклятия. Прости.

Эль подался вперед, запечатлевая на моих губах короткий легкий поцелуй. И