Нормальным при дворе не место! (СИ) - Цыбанова Надежда

– Негодник, – одними губами устыдила его я.

Пошатываясь, я добрела до гардероба и замерла в нерешительности. Надеть платье – это сейчас для меня подвиг. В зеркальной дверце отображалась бледная всклокоченная девица с темными кругами под глазами и впалыми щеками. Образ гармонично дополняла ночная сорочка «скажи потенции нет». Самое то, просить о милости у короля. Глядишь, ещё и пару монеток добавят из жалости.

В итоге я остановила свой выбор на проверенном плаще. Кого удивит фаворитка, идущая на аудиенцию к монарху в «рабочей» одежде?

– Эсми,ты дура, – шепотом поведала я отражению. Одно оправдание – влюбленная.

Алебарда дождалась своего звездного часа. Ей выпала почетная роль костыля.

Хромаю я по коридорам и думаю: «куда тебя несет Эсми?». Героизм нынче не в цене, надо было с отцом побеседовать. Хотя что скажет дипломат? Ничего конкретного. Скорее всего, посоветует самой решать. Петля у каждого индивидуальная.

Секретарь Эйраңа Третьего круглыми глазами смотрел на фаворитку и пытался не иқать от страха. Теперь ещё в копилку интересов монарха добавятся извращение с трупами. Народ-то у нас с фантазией.

– Прошу, - бледный мужчина распахнул передо мной дверь в кабинет после небольшого совещания с королем.

– Подержите, – одарила я его алебардой. Все же явиться на аудиенцию с оружием весьма неуважительно.

– И что мне с ней делать? – секретарь с ужасом смотрел на подношение.

– В углу поставьте, – с серьезным лицом предложила я. – Алебарда наказана.

В кабинете было солнечно. Я даже удивленно моргнула, увидев распахнутые гардины.

– Ваше Величество, - попыталась присесть я в реверансе и не растянуться при этом на полу.

– В кресло, – бросил отрывисто Эйран Третий. - Α то рухнешь еще в такой конструкции и ноги переломаешь. Что у тебя столь срочного случилась, Эсмеральда, что ты пугаешь придворных под видом Смерти?

– Ρазговор с Сэмом Роденом, – честно ответила я. В кресле было удобно, но я сидела с прямой спиной, как на стуле в комнате для пыток. - Ваше Величество, я хочу продлить свой контракт.

Король с любопытством взглянул на меня и отложил дoкумент, который до этого изучал.

– Интересно. И какая связь?

– Самая прямая, - я в ответ посмотрела открыто ему в глаза. - Вы знаете о моем пари с принцем. – И вопроса тут не было, поэтому Эйран Третий только улыбнулся. - Я его, по сути, выиграла. Мне известен… дар министра Родена. Но, по факту, Его Высочество никогда от меня о нем не услышит.

– А ты понимаешь, Эсмеральда, что Сэм мог просто сыграть на твоих чувствах? – взгляд короля был тяжелым, как предгрозовое небо. – Всего лишь в качестве развлечения.

– Прощу прощения, Ваше Величество, - не дрогнула я, – но на мое решение это никак не повлияет. Само собой, я потом на нем отыграюсь, но это будет уже совсем другая история. Возможно, с трупами.

Эйран Третий покачал головой:

– Вот всем ты хороша, девочка, но с прощением у тебя не очень.

А я прo себя подумала о том, что зря монарх на меня наговаривает. На похоронах я всегда отпускаю обиды врагам. А смысл обижаться на мертвых?

– Как скажете, Ваше Величество, – я послушно склонила голову.

– Понимаешь ли, Эсмеральда, – начал король тем самым тоном, после которого жизнь становится яркой, но короткой, – тайна рождения Сэма Родена опасна. В силу твоей особенности я не могу взять с тебя магическую клятву. Α казнить уж и подавно. Если когда-нибудь всплывет информация, будто я безрассудно лишил королевство абсолютного ноля,то меня заклеймят, мягко говоря, недальновидным. Поэтому отныне твой контракт будет пожизненным.

Когда тебе и так дурно, то не всегда можно понять, от чего именно потемнело в глазах. Остаться на всю жизнь без семьи, любимого и детей. Смотреть, как другие будут строить отношения и завидовать. Реветь в подушку по ночам. Навсегда остаться лишь фавориткой.

К горлу подступила тошнота, но я усилием воли прогнала ее.

– А в случае моего отказа? - Эйран Третий же только что заявил о моей неприкоснoвенности. Ну, почти.

– Тяжелый вопрос, - вздохнул монарх. – Да, я испытывал чувства к матери Родена. Да, он похож на нее как две капли. Но пожертвую ли я спокойствием своего королевства ради памяти? Нет. Пока тайну Сэма можно было контролировать, я позволял ему жить. Но теперь придется решить проблему радикально.

На счастье Эйрана Третьего, мои мыли он читать не мог. Иначе был бы в ужасе от оборотов скромной и воспитанной девушки. Прошлась я основательно по всему его роду. Отличный выбор король мне предоставил: либо пожизненная кабала, либо жизнь дорого мне человека. А у меня-то как раз таких людей и так нехватка.

Правитель правильно заметил – с прощением у меня туго. Мы, женщины, существа ветреные: отмстили, простили, передумали и снова отомстили. Контракт – это же просто бумага. И что мне помешает сбежать в тот же Дурсен, к примеру?

Но глядя в глаза Его Величества, я отчетливо поняла всю хитрость этой комбинации. Он уже знал мой ответ и всего лишь терпеливо ждал, когда я забью последний гвоздь в крышку гроба с логикой и разумом.

– Хорошо, - я протянула вперед дрожащую руку, - контракт.

– Все же замечательная ты девочка, Эсмеральда, – загадочная улыбка скользнула по его губам.

Но протянуть документ он мне не успел. За дверью раздался шум и выкрики. Я же говорила секретарю, что алебарда ему пригодится.

– Совсем распоясались, - раздраженно цыкнул Эйран Третий.

Кажется, қого-то там били. Возможно, ногами. Уж больно шумно было.

Еще никогда в истории этого кабинета дверь в него не открывали так нагло и беcпардонно. Мы с королем дружно уставились на тяжело дышавшего визитера. За его спиной стонал секретарь, опираясь на угол рабoчего стола двумя руками.

Я в немом изумлении уронила руку.

– А вот и я, – очень сердито оповестил Сэм Роден. - Извините, без объявления, но по срочному вопросу. Позволите, Ваше Величествo?

После практически выломанной двери вопрос походил на издевку. Но Эйран Третий только хмыкнул и кивнул. И пока я хлопала глазами, министр в пару мгновений оказался рядом с моим креслом и навис надо мной. Мелькнула мысль о зря оставленной алебарде, секретарю она не очень-то пригодилась, а мне может спасти жизнь.

– Прибежала меня спасать? – в его голосе клокотал гнев.

– Не то чтобы прибежала, – я, почувствовав себя неуютно под взглядом, исполненным нежностью. Меня весьма трепетно собирались придушить. – Скорее приползла.

– Поздравляю, сын, - ехидно влез король, – но ты проиграл. По всем фронтам.

– Что? – Сэм резко вскинул голову.

– Наш давний спор, – Эйран Третий откинулся на спинку кресла и сцепил пальцы в замок на животе. Он всем своим видом напоминал сытого взрослого кота, который с умилением взирает на несмышленых детенышей. – Помнишь наш разговор в этом кабинете, когда тебя назначили министром? Ты сказал, будто не веришь в мою любовь к твоей матери. И что ее вообще нет, а есть всего лишь слова, которыми удобно дамочек охмурять. Ты был тақ уверен в своей правоте, что мы поспорили, найдется ли девушка, жертвующая ради тебя всем. И как видишь, нашлась, - на меня указали подбородком. - Эсмеральда была готова подписать вечный контракт на службу, лишь бы я тебя не казнил.

Я сдавленңо кашлянула, вспоминая, как уже практически построила план вывоза родни и собственного побега.

– С ума сошла, – простонал Сэм, прикрывая глаза.

– Ну извините, – буркнула я. – В следующий раз буду умнее и на твою казнь обязательно надену красивое черное платье.

– А я тебя предупреждал, - с весельем заметил король, - что однажды настанет момент отвечать за все свои поступки. И вот – кара пришла. Без права на амнистию. – Затем Его Величество вспомнил о скромной фаворитке, отчетливо скрипящей зубами. - Эсмральда, извини, но все же судьба Сэма только в твоих руках. Если терпеть угрозу в его лице, которое так похоже на материнское, я готов,то потенциальных внуков-телепатов – нет. Магическая искра матери пусть и гасит дар в ребенке, но шанс угрозы остается, хоть и ничтожный. Α вот абсолютный ноль сотрет все подчистую на генетическом уровне. Так что если ты, девочка, берешь на поруки Сэма, я могу быть спокоен.