Заноза для графа (СИ) - Ерш Ника

— благо вы догадались хотя бы зачаровать бумагу.

— А вы? Вы читали?

— Разумеется, дорогая.

Последняя краска отлила от лица Джейд. Она прикрыла глаза, устало спрашивая:

— И что теперь?

— Я ведь сказал — теперь вы выспитесь. Хватит с вас на сегодня, — спокойно ответил граф Баррингтон.

— А завтра?

— Завтра придет вызов. Лакей привезет записку о болезненном состоянии моей матери. Она попросит явиться вас лично и понаблюдать за ее пошатнувшимся здоровьем. Ужинать будем у меня.

— Для чего все это? Я могу рассказать сейчас. Ответить на ваши вопросы.

— Их больше, чем вы думаете. А ваших сил — меньше.

— С чего бы такая забота?

— Теперь вы моя невеста, Джейд. Я буду защищать вас, вашу репутацию и искать разумные объяснения всем вашим действиям. Ведь я не мог обручиться с недостойной девушкой. Честно говоря, после ресторана я засомневался в том, насколько нам с вами нужна эта афера. Но вы не оставили мне выбора.

— Выбор есть всегда. А я всего лишь пошутила насчет вашей любви.

— При свидетелях, — напомнил граф. — Пойди я на попятную, мы стали бы предметом сплетен и насмешек.

— Скорее, стала бы я, — кивнула Джейд. — Вышло ужасно глупо. Потому. еще раз благодарю вас за предложение руки. Но насчет завтрашнего дня — я не уверена в правильности вашего решения. Для чего мне ехать в ваш дом?

— Там мы сможем спокойно поговорить — это первое. Если матушке станет совсем плохо и вам придется остаться, чтобы присмотреть за ней, то в доме удобные кровати — второе. Ну и третье. В связи с новыми обстоятельствами, вынудившими нас столь скоропалительно прокричать о чувствах на весь Рагос, матушка в любом случае захочет вновь с вами встретиться, Джейд. Лучше не откладывать неизбежное.

Глава 11. И странные дела

Во время учебы на лекаря Джейд часто случалось уставать настолько, что сновидения обходили ее стороной. И она была рада этому. Не потому что ей снились кошмары — наоборот. Там, в грезах, она снова становилась влюбленной и наивной, но потом непременно приходилось возвращаться в реальность, где все изменилось.

Жизнь во время учебы была пресной и однообразной, но это ей и нравилось: с утра до позднего вечера Джейд изо всех сил занималась, стараясь не оставить в своем расписании ни одной свободной минутки. Она посещала лекции, дополнительные факультативы, изучала литературу в огромной библиотеке университета, готовила доклады и сдавала зачеты, напрашивалась на дополнительную практику. Никаких знакомств или, тем более, дружеских отношений Джейд не допускала. Ей нравилось быть среди толпы, но отдельно ото всех.

И все же иногда, перед тем как уснуть, она ненадолго становилась собой прежней и с тоской задумывалась, ту ли дорогу выбрала? Был ли ее порыв учиться поступком, доказывающим силу, или напротив, проявлением трусости, побегом от проблем? Возможно, имело место и то, и другое. А потом ей, как любой девушке, неожиданно приходили в голову мысли об отношениях, семейности, детях... о том, от чего она отказалась из-за Пола Буэлье...

Особенно часто она вспоминала бывшего жениха в первые полгода обучения. Его длинные белые волосы, заплетенные в аккуратную косичку, синие глаза, длинные ресницы, мягкие губы и нежные прикосновения никак не выходили из головы, заставляя Джейд тихонько вздыхать, отвернувшись к стене. Иногда она винила его в разрыве помолвки и называла про себя предателем и трусом, иногда говорила себе, что виновата сама. Часто нехорошо думала про отца.

Но потом, с приходом зимы и первого снега, кое-что изменилось. Мир погружался в сон, накрывшись белым покрывалом, и обиды Джейд медленно притупились, переставая причинять острую боль. А однажды, возвращаясь вечером из библиотеки в общежитие, она увидела, как из окна второго этажа спрыгнул боевой маг. В голове сразу всплыло имя: Каспиан Вудс. Только ленивый не знал этого балагура и красавчика, вечно шатающегося по девчонкам и меняющего их, как перчатки.

“Вот уж кто умудряется получать удовольствие от жизни’", — усмехнувшись, подумала Джейд. И когда заверещала магическая сирена, а из здания выбежал заспанный комендант, она, заметив, где спрятался молодой человек, неожиданно солгала представителю администрации университета, сказав, что никого и ничего не видела, хотя стояла внизу уже несколько минут, дышала свежим воздухом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ей поверили.

А на следующий день обнаглевший Каспин нашел ее и сказал, что понимает, почему она его не сдала: решила таким образом обратить на себя внимание. Ведь он потрясающе хорош, а она, хоть и заторможенная, тоже ничего. Джейд послала его к ругху, велев держаться подальше. Позже она поняла, что совершила роковую ошибку, ведь чем дальше шлешь Вудса, тем сильнее ему хочется стать ближе! Тем же вечером этот тип влез к ней в окно, притащив с собой настойку на пятнадцати ягодах, вяленое мясо, вкуснейшие пирожные и двоих своих закадычных друзей: близнецов Вирджинию и Байрона Рапье.

— Это — всезнайка Дэвис, ребята, — сказал он, пока Джейд рассматривала их в онемении.

— Красивая, но вздорная и печальная. Ей бы согреться в моих объятиях, может, оттает слегка. А это Вирджиния, будущий специалист по магической обороне, и ее брат Байрон — биомаг, лучший на своем курсе. Ты, наверное, видела его в вашем клубе ботаников.

Ботаников?!

— Ну а где вы там, умники, встречаетесь, чтобы обсудить, какие вы потрясающие?

— Я — будущий лекарь, а мистер Рапье — биомаг! — ответила Джейд, сверкая глазами от ярости. — Есть разница между теми, кто изучает жизнь растений, и теми, кто лечит людей!

— Он знает, — мягко улыбнулся Байрон, откидывая в сторону длинную черную челку и поправляя очки с толстыми линзами, — но всю информацию, что считает ненужной, просто отсеивает. Каспиан думает тем, что у него в штанах, мисс Дэвис.

— Зато у меня мускулы и улыбка шикарная. Зацени, — кивнул Вудс, ни капли не обидевшись и растянув губы так, что стали видны все тридцать два зуба. — А где у тебя фужеры, Дэвис? Или из чего вы, ботаники, пьете?

Она их не выгнала.

Больше того, тем вечером Джейд впервые за долгое время снова искренне смеялась, шутила сама и даже приняла приглашение всем вместе сходить на выходных в кафе. Это знакомство со временем переросло в дружбу и совместные каверзы, хотя Джейд и раздражали непрекращающиеся попытки Вудса стать ближе к телу... Каспиан умудрялся встречаться с другими девушками, но постоянно повторял, что он открыт для отношений с ней, хоть она и редкая заноза.

А дальше случилось и вовсе невероятное — как-то раз, проснувшись, она поняла, что давным-давно ей перестал сниться Пол Буэлье. Бывшего жениха вытеснили красочные сны о прогулках с друзьями, об учебе, появились и кошмары о несданных экзаменах. Учиться изо всех сил Джейд не переставала, обнаружив, что и в этом получает истинное удовольствие, зато прекратила искать виноватых в прошлых ошибках, отпустила обиды и приняла выбранную однажды дорогу, как единственно верную.

Лекарь — вот ее путь. Она полюбила свое дело и часто доставала профессоров энтузиазмом, требуя давать больше практических знаний. Чтобы мужчины уважали ее мнение, пришлось прорезаться новым чертам характера, так что в редкие встречи с родными те все меньше узнавали в ней прежнюю милую Джейд и неприятно поражались остротам, срывающимся с ее губ.

Мисс Дэвис изменилась, больше не стараясь стать идеальной для всех, и ее все устраивало в новой жизни, пока она не столкнулась с Рагосом. Страшный серый город, тонущий в густом белесом тумане, полный опасностей и обнажающий все, что скрыто.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В эту ночь Джейд все же открылась собственным страхам.

Слишком много навалилось на нее, и теперь. она бежала.

Плотный туман бросался ей под ноги, пытаясь догнать и поглотить в себя. Где-то совсем близко выли ворлоки, кричала ее первая пациентка, кто-то застонал справа, протянув к ней прокушенную зверем руку.