В плену у ректора (СИ) - Миленина Лидия

Попав в Академию, она как-то быстро получила обо всем этом более точное представление. Она целовалась с Каем, проклятый Кранг раздел ее и трогал. У нее появилось некоторое мнение о том, как это все должно быть. И в какой-то момент она искала мужчину, чтобы быстро зачать ребенка. Теперь же понимала, что на самом деле это было… в значительной степени игрой. Она знала, что сейчас этого не произойдет. До момента, когда Кранг увез ее насильно, она чувствовала, что нет никакой неизбежности — она в любой момент может сделать шаг назад.

А теперь этот шаг был невозможен. Неизбежность нахлынула, как неумолимая волна морского прибоя.

Мечта о романтической красивой близости рухнула. Мечта о сносящей все на своем пути нежности и страсти рухнула. Оставалось только надеяться, что Брейгиль будет осторожен, и ей не станет особенно неприятно.

А небольшую боль она может потерпеть.

Какая-то ее часть еще надеялась, что сейчас придет Герберт и скажет, что все отменяется. Что он не позволит подобному свершиться. Но его так и не было. По вторникам он обычно уезжал в город, Эдиан знала это. Видимо, и в этот раз уехал. Оставил все происходить своим чередом.

Она вздыхала, смахивала несуществующую слезу — теперь рыдать уже не хотелось, и продолжала отдавать Сэйре распоряжения. Ближе к вечеру она отпустила служанку. Поглядела на часы. Магистр Брейгиль должен был прийти через полчаса.

Он постучал в дверь вовремя, минута в минуту. Вошел без особого стеснения, но Эдиан заметила, что он немного волнуется. Сама она, кстати, была куда спокойнее. Ей ведь просто нужно «сделать дело». Как это умеет Герберт.

Молодой магистр в облегающем черном костюме был гладко выбрит, хорошо причесан. Красивый вообще-то мужчина. Он ведь ей по-настоящему понравился. Просто в душе не было отклика. Душа тонко и протяжно ныла, лишь когда она думала о другом мужчине. Том, кто обычно жил за стенкой, а она ощущала его густое и сильное присутствие.

Брейгиль галантно подвинул ей стул, налил вина ей и себе. А дальше…

Он хотел подружиться с ней. И у него это неплохо получалось. Он оказался приятным собеседником. Как-то непринужденно они перешли на «ты». Выпитое вино тоже подняло настроение. Эдиан даже вспомнились светские вечера из ее прошлого, когда родители устраивали балы, или они втроем выезжали в гости.

Тогда Эдиан еще не вошла в возраст невесты, но некоторые мужчины старались привлечь ее внимание. Большинство из них были старше, они умели вести беседу, развлекать девушек.

Так и Брейгиль.

А еще она заметила, что его глаза блестят. Ему явно нравилось, что Эдиан начала смеяться, охотно принимала его шутки и расспросы.

А что еще ей оставалось?

Когда они немного поели, он неожиданно накрыл ее ладонь на столе своей рукой, и Эдиан обнаружила, что это… вполне приятно. Не так, как когда ее касался Герберт, но ощущение было теплым, и чувство надежности тоже возникло.

А потом он неожиданно предложил ей потанцевать.

— Ты потанцуешь со мной, Эдиан?

«Ну вот и началось…» — подумал Эдиан. Опустила глаза. По большому счету, она была не против. Просто немного тревожно, что, видимо, это начало их близости.

— С радостью. Но где мы возьмем музыку?

— Мы ведь маги, Эдиан, — улыбнулся он.

Махнул рукой, и со всех сторон полилась приятная мелодия из тех, что Эдиан когда-то слышала на балах. Этой магии она не знала.

Брейгиль галантно предложил ей руку и вывел в центр комнаты.

То, как он взял ее за талию, как принял в свою ладонь ее кисть, тоже было приятно. Пожалуй, она сможет пережить это все. Медленно повел ее, постепенно сближая дистанцию — обнимал все крепче, мягко притягивал к себе.

Было не страшно, даже приятно закружилась голова. А потом Брейгиль остановился, взял ее лицо в руки и начал медленно склоняться, чтобы поцеловать.

— Ты невероятно прекрасная девушка… — с легкой хрипотцой в голосе прошептал он.

И тут Эдиан затрясло.

В голове неожиданно встали две картинки. То, как ее неприятно целовал Кранг. А потом перед глазами возникло лицо ректора… Мужественное, твердое и странно-грустное. Он словно горько улыбался ей издалека.

Эдиан попробовала сдержать дрожь, закрыла глаза, чтобы дать Брейгилю возможность поцеловать ее и сделать… что там дальше нужно делать. Наверное, он будет ее раздевать?

Но поцелуя не случилось. Брейгиль чуть отстранился, убрал руки от ее лица, а потом вдруг резко обнял и прижал к груди ее голову. Почти так же покровительственно и надежно, как это делал Герберт.

— Ты боишься, моя милая девочка, — услышала Эдиан. — Давай еще поговорим. И… может быть, сегодня мне лучше просто уйти.

Чуткий какой, подумала Эдиан с досадой. Проклятье! Проклятье — потому что это значит, что такие вечера будут повторяться. Он захочет добиться от нее истинного доверия. А ей просто нужно сделать дело! Пережить необходимое!

— Нет, подожди, пожалуйста, минутку! — сказала Эдиан. Мягко выскользнула из его рук и под его удивленным взглядом кинулась в ванную.

Там застыла, глядя на себя в зеркало. Щеки пылали, в глазах был странный блеск. Наверное, она тоже испытывала невольное возбуждение. И… да, ей тяжело. Ей опять страшно и немного противно. Хотя бы поэтому она не может позволить невыносимой ситуации затянуться.

А Брейгиль — чуткий и хороший — очень хочет все это затянуть! Возможно, он даже хочет отношений с ней.

Эдиан выдохнула и решительно потянулась рукой к полочке. Было у нее тут кое-что. Взяла флакон, пару секунд с сомнением смотрела на него. Затем еще раз судорожно вздохнула, одним движением вытащила пробку, вылила себе на ладонь почти половину жидкости и размазала ее по своей шее, груди и запястьям.

Еще пару мгновений смотрела на себя в зеркало, потом вышла к Брейгилю, непринужденно улыбаясь. Сделала ему кокетливый книксен и произнесла:

— Дорен, — так звали Брейгиля по имени. — Я бы хотела еще потанцевать. Ты мне не откажешь?

Глаза магистра сверкнули. Эдиан заметила, что крылья его носа невольно расширились, вдыхая неощутимый аромат. Кажется, он хрипло сглотнул.

«Действует!» — победно подумала Эдиан. Теперь главное, чтобы все было быстро.

Он шагнул к ней, снова полилась музыка, и на этот раз его руки легли на ее талию хищно и требовательно. Танцевали они буквально полминуты, потом Брейгиль замер, притянул ее вплотную к себе и прошептал:

— Останови меня, если что-то пойдет не так… Я… остановлюсь, если смогу. Ты… просто сводишь с ума, Эдиан… милая…

Его горячие жадные губы коснулись ее шеи. Эдиан словно обожгло, томная волна прошла по телу… Пожалуй, это может быть даже хорошо, подумалось ей.

Глава 27

О том, как они договорились с Эдиан, Герберт узнал от Брейгиля. Магистр все понял, сумел корректно обсудить все с девочкой и пришел доложить ректору о результатах.

Сам Герберт предпочитал не видеть Эдиан. Пару раз, не выдержав, включал шар ясновидения и наблюдал за ней. Но тут же выключал. Видеть ее, когда она вскоре будет принадлежать другому мужчине, было невыносимо. Его девочка. Его маленький хрупкий и глупый эльф!

Он не сомневался в Брейгиле, и его срочный визит лишний раз свидетельствовал о том, что магистр понял все правильно. И прежде мальчишка ему нравился. Но теперь Герберт ненавидел его просто за то, что Эдиан предпочла его. За то, что Брейгиль сумел дать ей что-то, чего не смог сам ректор.

Впрочем, что вообще он Эдиан дал, кроме мучений и высокой цели, заставляющей пожертвовать обычной жизнью? Прискакал за ней на границу, загнав лошадь? Убил Кранга и спас девочку? Так он действовал в своих интересах, это ясно любому. О том, что чувствовал на этот счет он сам, никто не знает. И Эдиан в том числе.

Насколько она дорога ему. Насколько нужна! Насколько…

Да он уже готов плюнуть на все, чтобы только она… искренне потянулась к нему.

— Захотела встретиться у себя? — деловито переспросил он у Брейгиля. Конечно, он ничем не показал молодому магистру, что чувствует по этому поводу. Пусть парень думает, что ему оказали особое высокое доверие, а прекрасная принцесса выбрала его из многих. Это дает гарантию, что он будет… нежен с его эльфом, не сделает ей плохо, будет ласкать ее бережно…